Страница 103 из 117
Кто мог, сбежали порталами. То тут, то там то и дело мелькали искры спешно строящихся переходов: алые – дэвов, бирюзовые – эльфов, темно-лиловые - дроу. Кто не мог спастись таким образом, пытались укрыться в парке и в глубинах герцогского замка.
Лишь некоторые смельчаки, вооружившись тем, то попало под руку, готовились дать отпор захватчикам. Милор им мысленно отсалютовал и попрощался. Выстоять против до зубов вооруженных гардианов с чародеями было чистейшим самоубийством.
У него была другая задача: Милор следил за своим отцом. При первых же звуках сильфского рога герцог, бесцеремонно схватив Аридию, потащил ее к потайному ходу в задней стене. Новобрачная, споткнувшись по дороге о чей-то упавший драгоценный гребень, не удержалась и полетела на пол под чужие ноги. Герцог даже не остановился. Пока гости метались в панике по залу, он открыл ключом едва заметную дверь за постаментом Слезы света, рывком и пинками заставил жену подняться и затолкал в узкий проход.
Милор знал, куда ведет ход. В свое время он наизусть выучил карту внутренних переходов и теперь мог отчетливо представить весь путь, что пройдет отец. Сначала – мимо оружейной, там есть дверь за большим портретом какого-то давнего родственника в полный рост. И если в папеньке, как выражалась Лиатрис, осталась хотя бы капля мужества, герцог заглянет туда взять меч или кинжал для защиты.
Затем проход поведет его к жилым комнатам, огибая будуар герцогини. Дальше потайной ход раздвоится и одно из коротких ответвлений выведет к кабинету хозяина замка. Милор был уверен, что конечная точка тайного путешествия герцога лежит именно там. Спасать свою жизнь без важных документов и ценностей было глупо.
Хорошо, что в свое время, изучая магию порталов, он настроил в замке несколько точек для магического перехода. На всякий случай.
Незаметно покинуть зал Слезы света оказалось проще простого. Легким жестом нарисовать руну перехода, влить немного магии, совсем чуть-чуть, чтобы никто не сумел засечь. Хотя… Милор чуть улыбнулся кончиками губ. Магией в замке сегодня никого не удивишь.
Портал перебросил его у жилых комнат Оливии, откуда до отцовского кабинета рукой подать. Стражи в коридоре не было, только у лестницы послышался лязг железа и спешные звонкие шаги, сбегающие вниз по мраморным ступеням.
«Смельчаки!» - с презрением подумал о перетрусивших стражниках Милор и, постоянно оглядываясь по сторонам, пошел вперед. В коридоре было темно и пустынно, свечи почти потухли. Мрачные тени ложились на темно-красный ковер, когда Милор проходил мимо очередного едва светящего канделябра.
А вот из-под двери отцовского кабинета горела тонкая полоска яркого света. Милор осторожно приоткрыл дверь и вошел.
В комнате царил полный бардак. Картина на противоположной стене рывком сорвана с крюка, тайная дверца сейфа открыта. Все документы, что герцог прятал в небольшой шкатулке, валялись на столе скомканной кучей, а сам хозяин кабинета, стоя на коленях перед узорным шкафчиком, копался в его ящиках. Рядом со столом Милор заметил небольшой битком набитый холщовый мешок. Герцог нечаянно задел его ногой и тот подозрительно звякнул. На кресле лежали ножны и меч. Все-таки в оружейную папенька заглянул.
Слуг рядом не было, лишь новобрачная, бледная как фата, что сползла с прически набок, забилась в угол, испуганной ланью следя за мужем. В руках она бережно держала подарок Великой матери Шасс-нир, ярко-красный цветок киассар. Его приторно-сладкий аромат плыл по комнате удушающей тошнотворной волной, но Аридия, казалось, этого не замечала.
Найдя то, что искал, герцог, кряхтя и грязно ругаясь, встал на ноги. Получилось с трудом – за годы мирной жизни он располнел и потерял былую сноровку и расторопность. Бросил перевязанную кипу бумаг на стол, выдохнул и, сдвинув к самой спинке кресла свое вооружение, упал на бархатную подушку сидения.
Покрасневший, располневший, со лба крупными каплями стекал пот. Милор презрительно скривил губы – вот он, великий правитель герцогства Иллийского во всей красе! Достойная защита маленького государства!
Отца он никогда не любил. Поначалу просто боялся. Герцог в молодости был скор на расправу и слуги старались ему не попадаться на глаза, особенно, когда его светлость был не в духе. Что уж говорить о маленьком дворовом мальчишке, помощнике старого конюха. Когда герцог Иллийский приходил в конюшню проведать и приласкать своего громадного черного жеребца, маленький Милор всегда убегал к дальним стойлам.
Но герцог приметил юного конюха, и, как только выяснилось, что его матерью является одна из фрейлин леди Ислин, с которой герцог пару раз поразвлекся, то мальчишка был взят в замок. Поручив его обучение тем же учителям, что занимались и с законными дочерями, герцог стал присматриваться к хваткому и умному пареньку, а позже и привлекать к своим делам. В конце концов, Милор занял место доверенного секретаря герцога. Он так надеялся, что в один прекрасный день тот объявит его своим сыном, родным сыном. Признает перед всеми, даст свою фамилию, назовет наследником в обход Оливии, которая была его старше на всего лишь пару месяцев.
Но герцог не собирался признавать бастарда и Милору он очень доступно это объяснил, самостоятельно выпоров до полусмерти, когда тот пришел к нему с просьбой.
И ведь какой день выбрал – свой день рождения! Думал, смилостивится отец, расщедрится на подарок.
Расщедрился. Пятьдесят ударов Милор запомнил навсегда.