Страница 119 из 133
Итог чистки был неутешительным — сотня героев подверглись действию Скверны. И всех их пришлось уничтожить, в не зависимости от того, могли они себя контролировать, или им уже долгое время мыли мозги жрецы. Одним из убитых был Гарт, и после его казни Ораю проплакала у меня на плече полвечера — парень ей нравился. Меня этот ублюдок бесил, но разбираться в женских закидонах я и не собирался. Понравился же я, в конце концов, Инче, которая вообще-то должна была прикончить меня ещё в первую нашу встречу.
Я же пытался всё это время достучаться до Комка, но тот молчал, будто его и не было. Поначалу мне показалось, что его как-то задела Скверна, но я быстро в этом разуверился — всё было нормально, он всё ещё внутри меня, его сила никак не изменилась, просто он не откликается. Возможно, причиной тому Тьма, что влил в меня Некромант... или что-то ещё... В любом случае, я мог использоваться его оболочкой, не трогая сознания, и на там спасибо. Для сабель Нервила я создал "карман" вроде того, где у меня хранился Клинок Тени — обе сразу использовать я не мог. Разве что в зубы одну взять, но эту идею из-за бредовости я даже не рассматривал.
Следующий день прошёл в других заботах — Судья собирала войско героев, рассылала приказы по подконтрольным городам, писала письма в города неподконтрольные. Каждый, способный держать в руках оружие, должен был явиться в Каменный Мешок, а потом идти к Сердцу Мира по указаниям оставленных по всему пути информаторов. Так себе план, но другого у нас не было — возможно, в условленный день Алая что-нибудь подскажет. Если она не объявится, планировалось дожидаться Свея (он должен был объявиться через три дня) и героев, что были разбросаны по территории, подконтрольной Ораю. Учитывая, что приёмная дочь Корда говорила о паре месяцев, которые у нас ещё оставались, задержка в два дня не представлялась такой уж критичной. Тем более, после той победы над жрецами — первое время поход будет вроде лёгкой прогулки по зачищенной территории, что поможет сэкономить время.
Я в этот день занимался игроками, что остались в местах компактного проживания, и переписывался со Свеем. Игроки, в целом, представляли из себя жалкое зрелище — кроме десятка приличных вояк мне и положиться было не на кого. В основном в Мешке остались отребья и безынициативные товарищи, предпочитающие условную безопасность под крылом Судьи борьбе за собственное государство. В общем, я больше испортил себе настроение, пока разбирался с ними, но какую-то личную гвардию всё же подобрал.
В ту ночь мы с Ораю всё-таки переспали, в первый и последний раз. Произошло это чисто механически, без особой страсти и эмоций, скорее из-за того, чтобы молодые мужчина и женщина улеглись спать в одной комнате и в какой-то момент испытали острый приступ одиночества. Думаю, у Ораю были и другие мотивы — она явно собиралась нарушить клятву, данную отцу, да и умирать девственницей не хотела. Я, понимая, что на моём месте должен был находиться Гарт, ни о чём не спрашивал. Я бы тоже предпочёл уйти к Инче, но та ещё за день до этого дала мне знать, что до глубины души оскорблена моим предательством, и вообще, всё, что произошло между нами, было ошибкой. Я ошибкой это не считал, но если не быть послушным пёсиком на побегушках — это предательство, то я уж лучше посплю ночь спокойно. Спокойно не вышло, но то уже не забота Инчи.
Ночью я несколько раз просыпался от того, что мне снилась странная чёрная фигура, расхаживающая вокруг нашей с Ораю кровати, но это каждый раз оставалось лишь сном. Комок по-прежнему молчал, Судья сопела у меня на плече — видимо, просыпалась ночью и плакала. Я же лежал, уставившись в потолок, и спрашивал у себя, что будет дальше. Дальше ко мне приходил сон, но я вновь просыпался и задавался тем же вопросом.
Кроме того, что скоро начнётся бойня, которую эту мир не видел со времён прошлой Смуты, а может, и куда более кровавой Первой, я ничего не мог себе ответить. Возможно, пришло время просто делать то, что должен, и не задавать лишних вопросов. В омут с головой, как всегда.
С этой мыслью я уснул в последний раз за ночь. А перед рассветом к нам ввалилась окровавленная и измазанная копотью Алая и велела быть у храма Корда через полчаса.
Собирались молча, на это ушло минут пять — всё было приготовлено ещё с вечера. Наконец, собрав оружие и скудные припасы, я уставился на Судью и, слабо усмехнувшись, сказал:
— Удачи нам.
— Удачи, — кивнула Ораю и, ссутулившись, будто весь груз ответственности перед этим миром в один момент лёг на её плечи, вышла из комнаты.
Я шёл следом, но мои плечи были расправлены. В моей груди кипела Злоба, а Тень тихо и мягко нашёптывала мне, что мы с ней справимся.
Всё, что было раньше — ничто, по сравнению с тем, что нас ждёт в Сердце Мира. Все эти смерти и лишения, все битвы — лишь прелюдия. Сейчас, в ближайшие часы или даже минуты, мы начнём решающую схватку за этот мир. К чему грусть Судьи? К чему её хмурый взгляд и ссутуленные плечи? Нужно лишь убивать всех, до кого дотянешься, а после тянуться к другим, и их убивать тоже.
За моими плечами росли Крылья Тени, и ими я бережно окутал Светоч, идущий впереди — чтобы ни капли Тьмы на него не попало. Судья почувствовала это и, обернувшись, впервые улыбнулась мне по-настоящему.
Бойня I
У храма Корда (полуразрушенного здания, с которого безуспешно пытались стереть пятна от крови и прижаренных внутренностей) нас уже ждали Инча с Гаей. Алая кивнула старухе, будто старой подруге, но Гая смотрела на падчерицу Корда со страхом. Инча, кажется, не совсем понимала, что происходит. Что ж, не она одна.
Алая прошла в здание, одним пассом левой руки выломала заколоченную дверь, ведущую к тайному капищу, и, подойдя к постаменту, тяжело на него уселась. Какое-то время она ковырялась в своей поясной сумке. Вскоре на свет были извлечены два ломтя вяленого мяса и небольшой амулет — миниатюра тайного капища. Амулет отправился на постамент, мясо — в рот.
— Так, — промямлила Алая, старательно разжёвывая мясо, — так, так, так... Палач, Судья, действуем вот как — набираете отряд из дюжины человек... нет, из десяти — с вами будет двенадцать, и идёте за мной. Вы, девочки, остаётесь здесь с отрядом... не знаю, сколько хотите человек, столько и берите, главное, чтобы из внутреннего двора в город ничто не проникло. Чем больше, тем лучше, в общем. Да храм окружите в три-четыре ряда. — Девушка замолчала, старательно прожёвывая особенно жёсткий кусок мяса, но через какое-то время просто выплюнула его. — И готовьте второй ударный отряд — человек ещё тридцать-сорок, больше за один раз я перебросить не смогу даже по налаженному каналу. Через час чтобы был готов. Второй такой же отряд ещё через час. А дальше всё будет зависеть от нашего спасителя, — Алая кивнула на меня. — Если он облажается, по крайней мере, потеряете не больше сотни человек. Так... ну, если ты, Палач, облажаешься, придётся выдумывать другой план... Но тебе-то уже будет плевать, ха!
— Что я должен буду сделать?
— То же, что и в Белой Роще — открыть проход для армии. Ты же был в Сердце Мира, как думаешь, пройдёт там армия или нет? Значит, нужно перебросить её туда как можно скорее. Ладно... — Алая поднялась с постамента, сплёвывая под ноги коричневую слюну. — Сначала тебе нужно будет выжить. И тебе тоже, — она грубовато толкнула Судью в плечо.
— Сколько у нас времени на сбор первого отряда? — спросила Ораю.
— Нисколько, они уже идут сюда — я нашла имена в твоей голове и вызвала их обладателей сюда. Минут через пять выдвигаемся. У меня как раз будет время как следует всё подготовить. Вы же не хотите, чтобы из портала повалила орда осквернённых, ха-ха?
— От тебя можно ожидать чего угодно, — холодно произнесла Гая, глядя куда-то в сторону.
— Девочка обиделась, когда её мальчика запихнули в тюрьму, чтобы он охранял останки Корда? Девочка обиделась, когда ей не отдали Руку Бога? Тебе сто тридцать, неужели до сих пор не поняла, что у тебя кишка тонка богом стать?