Год багульника. Осенняя луна

Другой спрут тем временем подбирался к Кравою. Завидев его, солнечный эльф сделал попытку подняться с колен, но снова осел в воду: брошенное заклятие лишило его последних сил. Перед глазами у него все начало расплываться, ему пришлось опереться на руки, чтобы не упасть совсем. Его подбородок коснулся воды. Видимо, поняв, что противник ослаб, монстр стал приближаться смелее; на расстоянии пяти шагов он на мгновение замер, затем резко кинулся вперед, мокрые щупальца вмиг обвили все тело краантль. Тот застонал, отчаянно силясь освободиться, его стон перешел в хрип — могучие кольца сдавливали его все сильнее и сильнее. Внезапно до его слуха донесся гневный крик, что-то сверкнуло в воздухе, и в следующий миг он почувствовал, что хватка ослабла. Какое счастье, что лунная магия действует и под водой!.. Кравой с трудом сбросил с себя обмякшие щупальца.

— Ну, кажется, все. Мы можем идти дальше! — воскликнула Моав, пробираясь по колено в воде к нему.

— Куда?! Здесь ведь уже нет выхода!

— Значит, мы найдем другой!

У Кравоя не было сил спорить: он покорно поднялся, оперся о плечи эльфы, и они двинулись туда, откуда только что пришли. Теперь вела Моав; Кравой мог лишь слепо следовать за ней — ему приходилось прикладывать невероятные усилия, чтобы просто держаться на ногах. Моав то и дело с тревогой поглядывала на него — было совершенно ясно, что долго он не протянет… Он все чаще спотыкался и уже ничего не говорил; почти всем весом он теперь висел на плечах эллари, но она не останавливалась: что-то будто толкало ее вперед, придавая силы бежать самой по пояс в воде и тянуть за собой друга. Очень скоро Кравой потерял счет коридорам, в которые они сворачивали. Как в тумане пробегали мимо него бесконечные тоннели; некоторые из них он узнавал, некоторые нет… Вот развилка, где они впервые встретились со стражниками — они до сих пор лежали в воде, оглушенные; один из них извивался, пытаясь высвободиться из серебристой сети. Где-то в стороне слышался скрежет — наверное, это все еще пытался освободиться краб. Откуда-то доносился свист навов, громко плескала вода… Все эти звуки сливались для Кравоя в единый гул, среди которого ничего нельзя было разобрать. Он поднял голову, затуманенным взором пытаясь осмотреть коридор, по которому они бежали, но в этот же момент в ушах у него зазвенело, и он потерял сознание.

Очнулся он в удивительно знакомом месте. Оно было намного более просторным, чем шахты коридора. Белые мокрые стены, яркий блеск металла… Тот самый грот, где они впервые встретили гигантского краба! Кравой лежал на дне пещеры, оно было покрыто водой примерно по щиколотку — пол здесь слегка возвышался над общим уровнем лабиринта, и вода затапливала его медленнее. Рядом, положив его голову к себе на колени, сидела Моав. Она изо всех сил трясла его за плечи, пытаясь привести в чувство. Увидев, что он пришел в себя, она быстро склонилась над ним.

— Кравой, ты слышишь меня?!

Жрец солнца с трудом остановил на ней взгляд и чуть заметно кивнул. Отчаянье охватило его — они были в самом сердце лабиринта, отсюда до выхода было дальше, чем откуда-то ни было! Бедная Моав, и зачем она только не послушалась его! Теперь им обоим не оставалось ничего другого, как ждать неизбежной смерти, сидя в этом тупике!.. А смерть и впрямь была неизбежной — вода поднималась буквально на глазах! Вскоре она уже полностью покрыла тело краантль. Сделав усилие, Моав приподняла его так, чтобы его голова находилась над водой. Он попытался встать на ноги, но даже малейшее движение давалось с трудом — все его силы исчезли, точно их кто-то вытянул из него… Кравой почувствовал, как соленая вода подкрадывается к его лицу. Вот она уже полощется у шеи, заливается в уши… Лунная эльфа рывком подняла его с земли и поставила на ноги — тонкие руки держали его удивительно крепко. Глаза Кравоя отчаянно взглянули ей в лицо. Они уже ничего не говорили друг другу — все и так было ясно.

***

Прошло еще некоторое время, прилив заполнил зал сначала по пояс, затем по грудь. Из последних сил Кравой пытался держаться на ногах, но тщетно — он чувствовал, как все больше и больше наваливается на маленькую эльфу, впадая в черное беспамятство. Вряд ли она продержится так долго… Вода тем временем прибывала, вливаясь в зал, точно вино в кувшин. Вот она уже охватила шею Моав, белые волосы поплыли по ней, как водоросли. Из-за плеска воды донесся ее голос:

— Кравой, Кравой! — громко позвала она, на мгновение выхватив солнечного эльфа из небытия. — Нам надо держаться! Слышишь меня?!

Он кивнул. В следующий момент вода поднялась так высоко, что стоять на дне было уже невозможно. Кравой инстинктивно оттолкнулся ногами и завис в воде, стараясь держать голову как можно выше. Моав поддерживала его, схватив поперек шеи. Белый искристый потолок, казавшийся таким высоким, вдруг оказался совсем близко: еще чуть-чуть и вода заполнит зал полностью, яркие рыбы поплывут там, где только что ходили двуногие существа, но они этого уже не увидят… Почти упираясь головой в потолок, Моав из последних сил выдернула Кравоя из воды.

— Постарайся держаться на плаву! — крикнула она и, отпустив его, нырнула вниз.