Год багульника. Осенняя луна

Мощный удар заставил Кравоя нырнуть под воду — она уже доходила ему почти до пояса. Благополучно вынырнув в нескольких шагах, он снова вернулся к эллари и сунул ей в руки мокрый сверток.

— Вот, возьми меч и лезь, только быстро, а я попробую отвлечь этого красавца.

Она испуганно схватила его за руку.

— Я не оставлю тебя здесь с ним!

— Иди! Быстрее! — прикрикнул на нее краантль. — Я догоню тебя!

Моав еще раз с сомнением взглянула на него, но выражение его лица было столь непреклонным, что она послушно двинулась к стене. Кравой развернулся грудью к осьминогу.

— Эй, медуза-переросток! Иди сюда, будем тебя развлекать! — громко закричал он.

Извиваясь всеми щупальцами, скользкая громадина двинулась на него. Круглое студенистое тело дрожало, как фруктовое желе, присоски с чавканьем отрывались от скал. Жрец солнца поморщился — морская тварь вызывала у него неодолимое чувство гадливости. Разозленный осьминог неистово выбрасывал вперед грозные конечности, но поймать краантль не смог: юркий, точно вьюн, тот снова и снова выскальзывал из-под гладких щупалец, подбираясь все ближе к голове. Только бы увидеть, где у него глаза! — лихорадочно думал он. В конце концов, он увидел их — два почти прозрачных круга, несоразмерно крошечных по сравнению с огромной тушей. Собрав все свои силы, Кравой подскочил к ним и резко хлопнул в ладоши. В центре каждой из них вспыхнул желтый свет — яркий, как луч солнца в зените. Ослепленный, осьминог дрогнул всем телом, смялся, отступил назад. Щупальца бестолково заколотили по воде. Не дожидаясь, пока монстр придет в себя, Кравой кинулся к стене вслед за Моав — она была почти возле входа в тоннель.