Страница 88 из 141
— Эй, дружище, — знакомый голос дракона, раздавшийся из-под толстого слоя брони шлема, вывел лиса из секундного ступора. — Не забудь закрыть голову — там совершенно нечем дышать, помнишь?
— Ах да, — в замешательстве ответил лис, коснувшись сканера на левом запястье. Ещё секунда, и молниеносно собравшиеся в шлем пластины надежно скрыли голову лиса от пагубного воздействия внешней среды Педантора. — Спасибо, что напомнил.
— Чего-то ты больно рассеянный стал, пушистик, — усмехнулся Эронс, взведя в боевое положение свою снайперскую винтовку. — Это Кувирсант на тебя так повлиял?
— С чего бы это? — возмутился лис, скрестив лапы на груди.
— Не делай вид, будто ты ничего не понимаешь. Не надо врать — это ни к чему, — ответил монотонным голосом Эронс. — Я видел твою морду, когда дракоша валялся на полу, показывая выставку своих внутренностей. Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Ты боишься потерять его, как Айнон боится за Нельтею, как Шорган и Норвин боятся за своих жен. Все эти вещи делают нас слабее…
— Что ты несёшь, мать твою?! — возмутился Шорган. — Только они и поддерживают нас сейчас.
— Понимаю твое возмущение, зеленокожий, — все с тем же спокойствием ответил Эронс. — Но не забывай — войну выигрывают циники. Не думаю, что императорам есть какое-то дело до моей семьи, сгоревшей в пламени этой чертовой войны, до твоей, — он указал на Шоргана, — твоей, — перст офицера упал на Айнона, — твоей, — Норвин пришел в негодование, заметив жест Эронса на себе. — Им важнее то, сможем ли мы достигнуть цели и спасти свои собственные задницы.
— Ты что, придурок усатый, совсем голову потерял? — от злобы руки орка затряслись, как готовящиеся к извержению вулканы. — Да как тебя, падла подзаборная, в армию вообще взяли?
— А потому, Шорган, — сказал эльф, вмешавшись в словесную перепалку, — что в военное время, тем более в столь обескураживающее, циники — самый ценный товар. Холодный расчет, тактическая точность, ни пощады, ни милосердия, ни совести — всё это очень ценится в военное время.
— Спасибо, Айнон, — кивнул Эронс, улыбнувшись эльфу в ответ на лестные слова в свой адрес.
— Нам пора, — вмешался в разговор дракон, явно не желая слышать нравственные разборки. — Сейчас не время для словесных перепалок. Айнон, открой дверь.
Эльф недовольно кивнул и коснулся сканера открытия шлюза. В ту же секунду толстая дверь скрылась в обшивке корабля, и нашим героям открылась безрадостная атмосфера отчужденности оскверненной миллиардолетней войной планеты: единой почвенной породы, как таковой, попросту не было — вся лишенная малейших биологических признаков жизни планета была вспахана вдоль и поперёк огромными воронками, на стенках которых просматривались сглаженные куски оплавленных руд; в многочисленных перепадах высот просматривались вековые слои твердой планетарной почвы, означавшие то, что за многие века войны поверхность Педантора была в буквальном смысле выкопана бесконечными чередами бомбардировок и взрывов — иными словами, раньше, когда-то давно, уровень почвы был выше приблизительно на пятьсот метров; не было ни одного места на изуродованном лице планетного шарика, где бы ни вспыхивали пламенеющие столбы разорвавшихся резервуаров с боевой магмой или уничтоженных оборонительных объектов — на первый взгляд могло показаться, что Педантор освещался только пламенем бушующих пожаров и плескавшейся из недр белой материей ядра.
О трупах ушедших лет тоже особо никто не заботился, поэтому при более пристальном рассмотрении в расплавленных планетарной смесью каньонах можно было увидеть очертания давно убитых педанторцев, чьи раздробленные тела послужили этаким жутким настенным и почвенным барельефом, восхвалявшим апогей многовековой гражданской войны. Осмотрев пробирающую до кончиков костей обстановку планеты-склепа, наши герои медленно начали спускаться по трапу на лишенную жизни поверхность неспокойного уголка Млечного Пути. Вокруг из земли торчали до жути странные сталагмиты, которые, при детальном рассмотрении, оказывались конечностями или кусками тел давно убитых солдат враждующих сторон. Планета была подвержена жуткому циклу: один день жители Педантора разрушали почву, другой-сами же и восполняли её потери, удобряя собственными телами. Но все явления имеют свойство заканчиваться. В худшем случае, планета либо взрывалась, не выдерживая постоянных терок между враждующими сторонами, либо просто становилась безжизненной пустыней. Чтобы представить масштаб конфликта, следует сказать, что до уничтожения Кроноансестеров в огромной системе Фернан было аж двадцать пять планет, но к моменту прилета наших героев их осталось всего лишь одиннадцать, две из которых превратились в безжизненные памятники мироздания. Спустившись по выдвинувшемуся вперед трапу, наши герои медленно двинулись вперед, осматривая ужасающие достопримечательности музея апофеоза войны.
— Вы это видите? — пробормотал Айнон, обходя стороной жуткие находки. — Поверить не могу…
— Ничего себе планетка, — усмехнулся Норвин, обламывая торчащие из земли конечности. — Народ здесь явно не гостеприимный. Интересно, у них есть какие-то города или что-то в этом роде?
— Если и были, то очень и очень давно, — сказал дракон, подав лапу пожелавшему забраться на его плечо лису, который с трепетом смотрел на выпирающие из стен останки убитых инопланетян. — Если уж планеты не выдержали такого напора, то города и подавно. Я даже представить себе не могу, что здесь все еще можно жить.
— Эронс, как там с картой? — спросил Шорган, сняв с предохранителя плазменный дробовик. — Ты знаешь, куда нам идти?
— Судя по всему, объект, который мы ищем, находится в нескольких десятках километров от дислокации «Гиперборея», — ответил офицер, открыв шарик с голограммой поверхности Педантора. На экране появились извилистые лабиринты поверхности, а также некоторые предметы рельефа, отсканированные «Гипербореем».-При нашей скорости мы доберемся до туда примерно через четыре часа без происшествий.
— А мы не могли сесть где-нибудь поближе? — недовольно простонал лис.
— Это самый безопасный район этой планеты, — сказал Эронс. — Здесь наименьшая концентрация орудий обороны. Так что придется плюхать до туда пешком.
— Что ж-не будем терять времени, — сказал Норвин, выставив руки экзоскелета в бока, растерянно осматриваясь по сторонам. — Э-м-м… Эронс, куда идти-то?
— Ох… — тяжело вздохнул Эронс, обогнув Норвина и направившись в сторону глубокого каньона. — Давай-ка лучше я поведу, хорошо?
— А я что — разве против? — пожал плечами гном, повернувшись к остальным подоспевшим членам отряда. — Я просто помочь хотел.
Пропустив мимо себя всю группу, Норвин тяжело вздохнул, покачал головой и, кинув прощальный взгляд на покрытый темнотой «Гиперборей», направился в обволакивавшую темноту каньона-склепа, освещаемого лишь тусклым сиянием тактического фонарика снайперской винтовки Эронса и время от времени прерывистым сиянием взрывавшихся на орбите Педантора космических кораблей. Они еще не знали, что их путь лежит через Гервотор — место обитания жутких существ, под именем кариноты, которых опасались даже самые отважные воины враждующих сторон.
Место посадки «Гиперборея» уже давно скрылось за нерушимыми шероховатыми каньонами-склепами, а наши отважные герои без малейшего признака усталости продолжали идти по вырубленному взрывами окопу-каньону, в основании которого лежали привычные скалы-останки убитых педанторцев. Иногда безрадостная картина сменялась искусственно-сделанными предметами рельефа, представлявшими из себя давно забытые космические корабли, рухнувшие в эти места много лет назад и теперь гордо, словно величественные памятники ушедшей эпохи, возвышались искореженными хвостами над изрытой взрывами землей. В каких-то местах, в большей степени в воронках и искусственно-выдолбленных ямах, можно было заметить брошенные огневые точки. Что такое огневая точка педанторцев? Прежде всего, огневая точка — это многофункциональное спаренное орудие, способное вести огонь как по орбитальным целям, так и по наземным. Эти точки могли формироваться самими педанторцами из любых подручных материалов, в том числе, при крайней необходимости, из них самих. Эти штуки были довольно-таки эффективным оружием, так как их заряды могли беспрепятственно стрелять на любые расстояния и поражать как пехоту, так и тяжело-бронированные цели. Такие точки обычно выставлялись на подступах к штабам и точкам обзора, чтобы отвлечь противника до подхода главных сил. Так что, вполне вероятно, что нашим героям оставалось совсем немного до обнаружения какого-нибудь опорного пункта.