Страница 12 из 24
Димка наспех собрался, заверил маму, что явится к обеду, и взглядом указал друзьям на выход: мол, теперь уж вы сами поторапливайтесь, пока мама, чего доброго, не накинулась с расспросами.
На лестничной клетке Димка поинтересовался:
— А змей где?
— Да тут змей, не суетись, — Славка указал куда–то за спину.
Димка проследил жест друга и только сейчас заприметил у того на плечах рюкзак.
— Не в руках же нести…
— Это да.
Женя жила в соседнем дворе.
Друзья быстро преодолели детскую площадку. Протиснулись между трубами теплотрассы и, обогнув старенькую котельную с проржавевшей трубой, вышли к Женину дому.
Девочка сидела на качелях и медленно раскачивалась. Завидев ребят, она безразлично помахала им рукой. Димка махнул в ответ. Женя отчего–то смутилась, опустила голову в синей бейсболке.
Славка сжал кулаки.
— Вот ведь сволочь! — сказал он сквозь стиснутые зубы и быстрым шагом направился к качелям.
Чита моментально оторвался от чтения. Поспешил за Славкой.
Димка, в недоумении, стоял на месте. Потом тряхнул головой и двинулся вслед за друзьями. Когда он их настиг, Славка навис над Женей:
— Покажи.
Девочка шмыгнула носом. Нерешительно подняла голову…
Димка увидел часто вздрагивающие губы. Затем следы слёз на впалых щеках. Красные глаза.
— Это что? — глупо спросил он, сам стыдясь своего вопроса.
Женя смутилась. Хотела было снова опустить голову, но совладала с чувствами и только лишь отрепетированным жестом спрятала выбившийся из–под бейсболки локон за ухо.
Димка почувствовал, как не по–детски защемило в груди.
— Гад, — проронил Славка и, развернувшись на носке правой ноги, решительной походкой направился к подъезду.
— Там никого нет, — прошептала Женя. — Все на работе.
Славка резко остановился. Спросил, не оборачиваясь:
— Почему ты никому ничего не говоришь?
Женя ничего не ответила. Принялась безразлично раскачиваться под скрип качелей.
— Да что происходит?! — не выдержал Димка. — Кто–нибудь может мне это объяснить?
Какое–то время все молчали.
Потом Чита неуверенно произнёс — Димка ещё не слышал в его речи подобного тона:
— Понимаешь… Тут такое дело…
— Не надо! — тут же прервала его Женя. — Я сама. Потом.
Чита понимающе кивнул.
Женя спрыгнула с качелей.
— Идёмте. Нечего вам из–за меня тут грустить.
Чита развёл руками.
Димку всего буквально трясло. Но он не мог понять из–за чего именно. То ли из–за жалости к Жене. То ли из–за злости, причём к ней же. То ли из–за того, что он сам, в очередной раз, как бы лишний.
«А как ты хотел, дурья твоя башка?! Они знают друг друга буквально с первого класса… а кое–кто, может, и в ясли вместе ходил! Славка вообще ведёт себя по отношению к Жене, как старший брат! Ты же тут — никто! Пока никто. Пока сам молчишь, не выдавая ужасов прошлого. Своего прошлого. Прошлого своего мёртвого брата…»
Димка вздрогнул.
«А ведь правда. Какое я имею право лезть в их чувства, когда они элементарно не знают моих?.. Но, даже не смотря на это, ребята всё же открыли мне одну из своих тайн. Возможно, самую главную. А я же…»
Димка покраснел. Огляделся. Славка, Женя и Чита застыли на углу дома — молча ждали.
Димка почувствовал, как на глаза наворачиваются слёзы. Как нельзя кстати! Он проглотил подкативший к горлу ком и решительно зашагал в сторону друзей.
В троллейбусе Димка спросил:
— А Огонёк как же? Он ведь вчера всё и затеял, а мы за ним даже не зашли…
Чита улыбнулся. Не отрываясь от книжки, сказал:
— Мы заходили, перед тем как к тебе идти. Он ещё с утра самого умотал куда–то. Так его мама сказала.
— Надо было не Огоньком обозвать, а Ветерком, — пошутил Славка. — Теперь думай весь день, где его носит. Всё ли с ним в порядке…
— Думаешь, могут выследить? — с тревогой в голосе спросил Димка.
— А то, — Славка глянул в окно. — Хотя Горбунов с дружками редко остаются в городе на выходные. Лишь бы Огонька не потянуло на дальняк.
— Одного? — Чита качнул головой. — Не думаю. У Пашки «Дымка», скорее всего, мопед чинят. Как пить дать!
— А чего не зашли к этому Дымку? — спросил Димка.
— Так это на другой конец города нужно добираться, — Чита снял с носа очки, аккуратно протёр линзы клетчатым платочком. — Полдня бы угробили.
— По крайней мере, там Горбунов его точно искать не станет, — подвёл итог беседы Славка. — Так что если Огонёк действительно променял нас на мопед, то за него можно не волноваться.
— А что если он не у Пашки? — тихо спросила Женя из–под козырька бейсболки.
— Ну не искать же его идти!.. — Чита спрятал платочек, придирчиво осмотрел проделанную работу, поковырял приставшую грязь ногтем. — Тем более, мы даже не знаем, с чего начать поиски.
— К тому же, его ещё вчера предупредили, что лучше держаться вместе, — добавил Славка.
— Но ведь он же Огонёк, — напомнила Женя. — Он не виноват.
Чита кивнул.
— И часто он вот так пропадает, подав идею? — спросил Димка.
— Постоянно, — Славка даже не обернулся, продолжая всматриваться в проплывающие за окном дома.
Лишь сейчас Димка понял, что Славка ищет Огонька.
Деревья гнули кроны. Яркое солнце затмевало глаза. В душе жил восторг. Он ослеплял похлеще звезды.
Змей парил высоко над пустырём. Игриво вилял длинным хвостом. Смело встречал наскоки встречного ветра, словно сёрфингист пенящиеся волны. Изредка срывался вниз, в некоем подобии плоского штопора. Однако у самой земли делал крутое пике и вновь уносился красно–зелёной кометой в безоблачные небеса.
Димка был в восторге. Леер так и стремился вырваться из рук. Складывалось впечатление, что на том конце лески трепыхается огромная рыбина, которую не так–то просто выудить из воды! Какое там выудить, просто удержать — и то проблематично!
Славик стоял за спиной и тихим голосом подсказывал, как легче приручить змея. Оказалось, что запуск последнего — это целая наука! Например, если в спешке разматывать леер, элементарно может оборваться леска. Слишком медленно — змей просто повиснет в воздухе и тут уж никакого веселья. То же самое и с движениями рук. Будешь то и дело дёргать из стороны в сторону — картонная птица полетит, как бабочка. Дрыг–дрыг. Дрыг–дрыг. Медленные же развороты кисти придадут движениям змея небывалую грацию — как будто высматривающий добычу орёл. Но самое сложное — это бежать и на ходу поворачивать в сторону. Тут нужно не только поочерёдно смотреть то под ноги, то на змея — как это поначалу делал Димка. Хотя и этого хватало, чтобы кубарем полететь в лебеду. Нужно было ещё толково мыслить. Где отпустить картонную птицу — «дать ей почувствовать волю», — где вовремя приструнить, чтобы не рванула стрижом в небеса, где чуть потянуть, задав правильный курс. Если смотреть со стороны, то ничего такого сложного Славик не делал — просто бежал по траве, крутя головой по сторонам. Однако как только сам становишься поводырём, всё сразу же кардинально меняется, причём неизменно в худшую сторону. Димка даже разозлился, а Славик тоном строго учителя сказал, что не всё сразу — опыт приходит постепенно. Просто сперва нужно потренироваться стоя на месте. Точнее даже не потренироваться, а почувствовать змея, стать с ним одним целым. Леер вовсе не маток лески, он — продолжение руки. Именно это Димка должен уяснить в первую очередь.
Димка дулся, дулся, но всё же мотал на ус. А куда деваться? Особенно когда на тебя смотрят друзья.
В пылу игры повеселела и Женя. Козырёк её бейсболки больше не закрывал большую часть лица, как во дворе, у дома, — он сначала сдвинулся на лоб, а потом и вовсе развернулся в обратную сторону.
Димка был несказанно рад. Однако внутри по–прежнему сидела тревога: что же всё таки происходит с девочкой? Димка крепился, как мог, но когда Женя умчалась в даль со змеем, под чутким присмотром забывшего про книжку Читы, он всё же спросил Славку: