Страница 21 из 24
В плавучую крепость в итоге попали десять термоядерных боеголовок, больше половины из которых взорвались очень близко от её почти километровой длины корпуса, развалив его на несколько искорёженных горящих кусков. Не менее печальная судьба постигла и остальной конвой: на прямом киле остался лишь один из пяти эсминцев, но если на нём и был кто-то живой, он уж точно завидовал тем, кто погиб. Эту операцию, как я теперь понимаю, готовили в такой тайне, что о её цели знало всего несколько человек. Скорее всего, капитаны остальных судов получили лишь приказ прибыть в определённый район у побережья Пасифиды, и только наши знали о том, ради чего собирается вся группа. А это значит, что они не просто капитаны "Киклопа-4", но адмиралы девятой отдельной флотской группы, почти безукоризненно решившие стратегическую задачу, при выполнении которой можно было погубить целый флот. Операция, которой руководили Озавак-Ан, легендарный Дважды Рождённый, и Скванак-Ан, была в итоге успешно решена силами нескольких малых и одного полноразмерного ракетоносцев и небольшой авиационной поддержки. И наше судно, и его экипаж не понесли потерь, а получили в той битве лишь честь и славу.
Я, как и остальная вахта, наблюдал горящие останки кораблей конвоя на экранах в рубке, и душевное волнение и возбуждение, вызванные боем, сменились ликованием от победы, а затем и сожалением. Мы меньше чем за полчаса убили стольких людей... Кого-то разорвали в клочки ударные волны и осколки металла, кто-то сгорел заживо. Один из атаковавших конвой с севера "Киклопов" был расстрелян и теперь горел и быстро тонул, второй получил серьёзные повреждения, и их экипажи, в которых было много раненых, нужно было спасать, для чего к пострадавшим уже направлялся "Курай". Строки из Книги Истины встали тогда перед моими глазами: Людям присущи страдания по причине их же собственного несовершенства, поэтому, когда тебе плохо, нечего пенять на Богов. Пройдя через страдания, ты укрепишь свой дух, а Боги пошлют тебе прозрение истинного пути. Тебе помогут в том и страданиях других, если ты умеешь сострадать. Также и то, подумал я, что мы сделали здесь и сейчас, хотя и было необходимым злом, когда-то потом и нас самих ударит откатом. Это непреложно, таков закон жизни. Всякий раз, когда Ардуг Ужасный вспоминает о тебе, с тобой случается несчастье.Лишь сами Боги могут проявить милость и смягчить этот удар...
Столетия назад, прямо посреди Фаора располагалось большое озеро. Именно по его имени и был когда-то назван город, в наши дни разросшийся до гигаполиса. Озеро давно осушили, а питавшие его речки, со всех сторон спускавшиеся к озеру с холмов, теперь заключены под землёй в трубы и питают своей водой городские кварталы. Единственная река, когда-то вытекавшая из озера Фаор, превращена теперь в судоходный канал. Канал тянется к востоку до самого моря, а по берегам его раскинулись фермерские угодья. В тех краях и появилось у Снайпера поместье, на полях которого трудилось больше тысячи крестьян, и вот тут-то, на золотом исходе жизни, всеми уважаемого и во всём благополучного, его настигло неизбежное возмездие Ардуга... Мой предок был практичен и заботился о своих крестьянах: построил им большой храм, больницу, школу и несколько посёлков. Он платил своим работникам больше, чем положено, участвовал в крестьянских собраниях, чтобы лучше знать их нужды и лучше помогать. Но тем он лишь развратил крестьян и привил им неумеренные аппетиты: они требовали всё больше и в итоге подняли бунт, убили почти всю семью Снайпера, сожгли и поместье, и храм, и даже амбары с запасами семян. Сам мой предок, бывший уже в весьма преклонном возрасте, и один из его сыновей с семьёй, уцелели, потому что к тому времени уже постоянно жили в городе. Крестьянский бунт смогли тогда подавить только армейские части. После смерти Снайпера его сын продал эту землю, и на ней кто-то вскоре построил порт и фабрики по переработке рыбы. Семейная неприязнь и недоверие к крестьянам дошла и до нас - мои родители, к примеру, никогда не ходят на фермерские рынки за продуктами, хоть там и продают всё дешевле, они покупают продукты только в магазинах или у городских лоточников. Я, наверное, уже не исполню этот долг мести и не передам его своим детям: тех крестьян давно пора простить.
А вот на нас удар Ардуга обрушился гораздо быстрее, чем я ожидал. Я только было выдохнул с облегчением, что битва наконец закончилась, но тут же услышал в наушниках, как кто-то тревожно произнёс: "радужные нити". Как оказалось, их заметили наблюдатели с "Курая". Наши камеры почему-то не видели никаких нитей: наверное, им не хватало для этого разрешающей способности. Я немедленно доложил о радужных нитях, и Озавак-Ан тут же приказал поднять броневые щиты на остеклении нашей рубки. Все мы, забыв про субординацию и устав, повскакивали со своих постов и прильнули к толстым стёклам. Потом мы спорили с Ибильзой, на что это больше было похоже: на струи дождя, или же на тонкие верёвки. Наверное, это явление слишком необычно, чтобы использовать простую аналогию. Струи, нити, линии, волокна... Нечто прямое, тонкое, невесомое свесилось с посветлевшего неба. Его было много и оно переливалось разноцветными отсветами, схожими с цветами обычной дождевой радуги. И это было довольно высоко, не касалось водной поверхности.А тогда мы стояли, не произнося ни слова, глядя на это необычно красивое и зловещее явление, и недоумевали: противник полностью разгромлен, и по меньшей мере на сотни миль кругом нет для него никакой подмоги. К чему тогда радужные нити? Или это явление - просто реакция Смутного Купола на термоядерные вспышки, а про вновь разгорающиеся битвы уже додумали люди?.. Недоумение наше развеялось спустя лишь пару минут, когда единственная оставшаяся на плаву секция плавучей крепости начала вдруг что-то изрыгать в воду, целый водопад каких-то блестящих предметов - из-за удалённости мы не сразу распознали, что это. Офицер, севший за пульт акустика, доложил о многочисленный подводных целях, которые облучают всё вокруг мощными сонарными импульсами. Ныряющие диски! Умирающий джаггернаут выпустил из последней уцелевшей секции в воду сотни этих дисков! А я-то удивлялся, что у такой важной боевой единицы Южного Альянса такой скромный эскорт. По большому счёту, джаггернауту и не нужен был эскорт, ведь десятка таких дисков хватило бы, чтобы вывести из строя подводный авианосец, а нам, так вообще - достаточно и одного! Если бы наша атака не была столь неожиданной, если бы мы первым же ударом не вывели плавучую крепость из строя... С лязгом вернулись на место броневые щиты, а мы бросились обратно к своим постам. Ближе всех к останкам крепости находился "Курай", наверное поэтому большая часть дисков ринулась к нему. У капитанов ракетоносца был небогатый выбор: или немедленно нырять как можно глубже, предоставив остальным судам группы выпутываться самостоятельно, или увлечь диски за собой и попробовать оторваться от них, развив над водой запредельную скорость, и так, возможно, получить шанс для тактического манёвра. Помочь тонущему в нескольких милях к северу подбитому "Киклопу" они уже не могли. Мы наблюдали, как "Курай", подняв облако брызг и пара, рванул прочь, скользя над волнами. Они здорово рисковали: при таком скачке мощности в любом из вентиляторов мог случится помпаж и судно не просто потеряло бы скорость и управляемость, а перевернулось и даже могло начать кувыркаться. Диски выскочили из воды и запрыгали за "Кураем", то касаясь поверхности, то взлетая, очень быстро их собралась огромная мельтешащая стая, растянувшаяся на полмили. Это было не нормально: обычно диски распределяются атакующими группами и образуют специальные построения в зависимости от конфигурации флота противника. Я так объясняю этот их хаос: диски должны были управляться откуда-то извне, возможно, с самого джаггернаута, но теперь управлять их построениями стало некому... "Курай" отстреливался, но его пушки так расположены, что почти не прикрывают кормовой сектор (это типично для скоростных судов), а оперативный ракетный комплекс в таких условиях не задействуешь. Удивительно: мы видели на своих экранах, как некоторые из преследовавших ракетоносец дисков сталкиваются между собой, разлетаются, задевая соседей, врезаются в воду и, очевидно, погибают вместе с сидящими в них пилотами-гомункулами. Другие продолжали погоню, стремясь приблизиться на такое расстояние, чтобы самоубийственный подрыв также повредил и их цель. Остальная часть исторгнутых дисков роилась около уцелевшей секции джаггернаута, и некоторые вроде бы продвигались в нашу сторону, так что мы предпочли полным ходом уходить прочь от неё.