Страница 5 из 16
Об И.Д. Гордоне очень много и хорошо пишет В. Познер в своей книге «Прощание с иллюзиями». Вот небольшой фрагмент оттуда: «Никогда мне не забыть дня знакомства с Иосифом Давыдовичем. Это был человек среднего роста и необычайной худобы (не телосложение, а теловычитание — так однажды сострил один мой приятель), с большими, выразительными руками красного цвета — следствие обморожения. Его лысую голову окаймлял венец седых волос, в прошлом рыжих — что подтверждал неувядший цвет бровей. Но все эти детали я заметил позже. При встрече меня поразили его глаза — огромные, совершенно синие, видящие насквозь. Невозможно было, глядя в эти глаза, солгать. Под его взглядом становилось не по себе от не совсем пристойной мысли, не говоря о действии. Это были глаза твоей совести, полные доброты и сострадания, глаза, призывавшие тебя достигать своего потолка. Это были глаза, которые обращались к твоей сущности, требовали, чтобы ты распрямлял плечи, не сгибался, гордился собой. Глаза, в которые нельзя было смотреть без стыда, когда ты им не соответствовал.
Я прожил с Иосифом Давыдовичем и Ниной Павловной три незабываемых года. И то, как жили они, их отношения друг с другом и с окружавшими людьми, их тонкость и тактичность, их моральные стандарты оставили во мне глубокий след. Иосиф Давыдович стал мне вторым отцом, перед ним я мог открыть душу, зная, что он никогда не воспользуется оказанным доверием, никогда не причинит мне боли, но всегда скажет мне правду. Я ощущал, что его любовь ко мне и чувство ответственности за меня таковы, что я всегда смогу положиться на него, — ведь я имел дело с человеком, который прошел через печи ада и вышел оттуда чистым золотом.
Иосиф Давыдович умер в 1968 году от второго инфаркта, умер как минимум на десять лет раньше срока. … Он похоронен на Немецком кладбище в Москве. На могильной плите выведен его автограф: И. Гордон — четкий, твердый росчерк пера, я бы даже сказал — честный, каким был он сам. Там же похоронена Нина Павловна, умершая много лет спустя. Она так и не оправилась от потери мужа и, насколько я знаю, все годы, пока была жива, писала ему письма.»
На групповом снимке Н.П. Гордон — крайняя справа, а рядом — В. Познер с женой.
Н.П. Гордон была очень дружна и с Самуилом Давидовичем Гуревичем (1903–1952) – другом А. С. Эфрон, который работал в Жургазе вначале секретарем правления, потом заведующим редакцией журнала «За рубежом». Он был арестован в 1950 г. и расстрелян в 1952 г.
Кстати, в жизни Н.П. Гордон были не только ответственные моменты, но и почти чудесные. Так некий Л. Лазарев, вспоминая катастрофу с самолетом «Максим Горький», в своей книге «Записки пожилого человека» пишет»: «Я хорошо знал двух человек, которые должны были лететь на «Максиме Горьком», но так случилось, что не полетели и сохранили жизнь. Работавшая много лет секретарем Константина Симонова Нина Павловна Гордон (в то время еще Прокофьева) как-то к слову рассказала мне свою историю. Она работала тогда секретарем Михаила Кольцова, он был инициатором создания агитэскадрильи, флагманом которой должен был стать «Максим Горький». Как и Симонов, Кольцов очень хорошо относился к Нине Павловне, высоко ценил ее безотказную работу. Билеты на этот полет были признанием заслуг, почетной премией, ценным подарком. Но в субботу за день до полета Нину Павловну свалила жестокая ангина с высокой температурой. Она все-таки рвалась поехать на аэродром, но мать ее не пустила. Редкое везение — как говорится, родилась в сорочке.»
Городецкая Надежда Даниловна
Городецкая Надежда Даниловна (28.07.1901, Москва – 25.05.1985, Витни под Оксфордом) – писатель, журналистка. Дочь литератора.
Училась в Гатчине и в Полтаве.
В 1919 через Константинополь эмигрировала в Югославию. Училась в Загребском университете. Жила в Югославии, с 1924 г. — во Франции. Занималась литературой и журналисткой, сотрудничала в парижской газете «Возрождение». В 30-е годы переехала в Великобританию. Лектор по русской литературе (1945–1956). Профессор Ливерпульского университета (1956–1968). Заслуженный профессор (1968). Много публиковалась в английских журналах. Читала лекции в американских университетах (в частности, в университете Беркли). Занималась литературой и журналисткой.
Автор романов "Несквозная нить" (Париж, 1924. 163 с.; французский перевод — "Les mains vides" (Paris, 1931)), "Пара" (Париж, 1931. 193 с.), "L'exil des enfants" (Paris, 1936. 292 p.). В молодости активно посещала собрания "Studio Franco-Russe". Духовная дочь архимандрита Льва (Жилле). В 1930-е гг. переехала в Великобританию. В 1934 прошла курс богословия в колледже Вознесения (Birmingham). В 1938 г. защитила диссертацию в Оксфордском университете. Преподавала русский язык, а позднее была руководителем Отделения славянских исследований в Ливерпульском университете. Принимала активное участие в работе Содружества святого Албания и преподобного Сергия. Лектор при Содружестве. Основала дом св. Макрины в Бирмингеме для православных студенток (1939), не открывшийся из-за войны, и дом св. Григория Назианзина и св. Макрины в Оксфорде для православных студентов. С 1942 г. работала над докторской диссертацией в Оксфорде. Первая женщина, прочитавшая курс на богословском факультете. Доктор философии (1944). Лектор по русской литературе (1945-1956). Профессор Ливерпульского университета (1956-1968). Заслуженный профессор (1968). Многочисленные статьи в английских журналах. Читала лекции в американских университетах (в частности, в университете Беркли). Скончалась 24 мая в Оксфорде.
Гуль Роман Борисович
Гуль Роман Борисович (01.08.1896, Киев — 30.06.1986, Нью-Йорк) – плодотворный писатель русской эмиграции, публицист, критик, общественный деятель. Первопоходник, участник гражданской войны и Белого движения, автор известных книг «Ледяной поход», «Конь рыжий», «Я унес Россию», и других.
Потомок обрусевших шведов по отцу и старинного дворянского рода по матери. Детство и юность Р.Б. Гуль провёл в Пензе, где находилось поместье его отца. В Пензе получил начальное образование. Часто посещал усадьбу своего деда, в городе Керенске. В тех местах он ощущал всю радость, прелесть мира и был счастлив. Путешествовал с родителями по Италии, Швейцарии, Германии и Австрии. Вернувшись в Москву, поступил в один из университетов Москвы, чтобы получить юридическое образование. Помимо юриспруденции увлекался философией.
В 1916 году Р.Б. Гуль был направлен в офицерскую школу Москвы. Служил в Пензе (в запасном полку). После Февральской революции получил распределение на Юго-Западный фронт. После некоторого срока службы принял решение об отставке и вернулся в Киев. Спокойная жизнь продолжается не долго. Вскоре он снова был мобилизован.
После Октябрьской революции добрался до Новочеркасска, вступил в партизанский отряд полковника Симоновского, который влился в Корниловский ударный полк Добровольческой армии. Участвовал в Ледяном походе генерала Корнилова, был ранен. Осенью 1918 г. уехал в Киев. Служил там у генерала Кирпичева. Там же записался в «Русскую армию» гетмана Скоропадского, а после захвата города Петлюрой оказался военнопленным.
Находился в заключении, а в начале 1919 года вместе с другими пленными из состава Русской армии был вывезен в Германию. Находился в лагере для военнопленных Дебериц, а затем в лагере для перемещенных лиц в Гельмштедт в Гарце. Работал дровосеком, обдирщиком коры.
С 1920 года Роман Гуль жил в Берлине. После прихода к власти национал-социалистов летом 1933 года подвергся аресту (как русский эмигрант, написавший книгу о русских террористах), был заключен в концлагерь. Но в сентябре 1933 его освободили. Он сумел эмигрировать в Париж, где в 1937 году опубликовал документальное повествование «Что я видел в гитлеровским концентрационном лагере» о своём пребывании в концлагере «Ораниенбург».