Страница 13 из 21
Папа Мустамьяки поморщился и исчез за дверью.
— Прекрасно играешь! — еще раз повторил Глоба, — прекрасно играешь, а скрипки у тебя нет. Я бы помог достать тебе скрипку того знаменитого скрипача, да только там очень глубоко.
— Это не сказка? Эта скрипка действительно в море лежит? — встрепенулся Вася, и глаза его впились в лицо Глобы.
— Да конечно, не сказка. На яхте «Галатея», затонувшей недалеко от скалы Дельфин, и кончики ее мачт и сейчас видны из воды, на верхней полке в рулевой рубке лежит скрипка и ждет, когда кто–то ее достанет.
— Я достану ее оттуда, — воскликнул Вася. — Как вы думаете, какая там может быть глубина?
— Смешно, — спокойно сказал Глоба и улыбнулся. — Как ты ее можешь достать? Там метров пять, если не шесть глубины, а может и все семь.
— Это ничего, — волновался Вася, от волнения на его щеках появились красные пятнышки, и он едва сидел на месте. — Я нырял и глубже. А как вы думаете, она не испортилась?
— Испортиться она не могла, только ты ее не достанешь.
— Петр Андреевич, — умоляюще сказал Вася, — помогите мне хоть немножко, и я вам на всю жизнь благодарен буду.
Глоба посмотрел на Васю, улыбнулся и сказал:
— Ну, если ты так просишь, то, может, что–нибудь мы с тобой и сделаем. Только как ты действительно можешь ее достать.
— Я под килем теплохода проплыть могу, а это труднее, чем нырнуть на шесть метров, — выпалил Вася. Буйная радость закипала в груди, он не мог говорить и только улыбался счастливой улыбкой.
Глоба видел, что его план начинает осуществляться и тоже повеселел. Вдвоем с Васей они начали разрабатывать точный распорядок завтрашнего дня, потому что Вася не соглашался ждать больше ни минуты.
И когда уже все было договорено и оставалось только встать и пойти на пристань, заказать на завтрашнее утро лодку, к столику подошел папа Мустамьяки и очень вежливо обратился к Васе.
— Простите, — сказал он, — но я заинтересован, чтобы вы каждый вечер приходили сюда и четверть часа играли на скрипке. Я имел огромное удовольствие, и в моем сердце было прекрасно. Конфеты, и мороженое — сколько хотите!..
— Ничего, ничего, — ответил вместо Васи Глоба, — из моего племянника будет мировой скрипач. Вам я советую запомнить этот день, когда он играл здесь.
— Возможно, очень возможно, — смутившись, — а это с ним бывало очень редко, — пробормотал папа Мустамьяки и с достоинством удалился в свой буфет.
Глава десятая
Андрюша и Витя сидели в своем убежище, пока Глоба и Вася не вышли из кафе. Они чуть не задохнулись от нетерпения и от всех новостей, о которых им удалось узнать.
Вслед за Глобой и Васей они ходили к шлюпочной пристани. Там Глоба заказал на девять часов утра завтрашнего дня маленькую трехместную лодку.
После того ребята провели Васю и Глобу до самой калитки усадьбы мадам Кивенко. Они смогли обсудить положение только тогда, когда выяснилось, что никаких событий сегодня больше не будет.
Серьезно обсуждая все, предложенное Васе, они, как взрослые, строили сложные комбинации, придумывали невероятные преступления, которые им еще предстоит распутать. Наконец поняли: сами они мало могут помочь Васе. Здесь требовались чей–то совет и серьезная помощь, а к кому обратиться ребята не знали.
Витя Огринчук всегда слишком увлекался и сейчас был уверен, что Глоба намерен совершить страшное преступление. Зачем это было нужно Глобе, он не знал, но был глубоко уверен в своей правоте.
Андрюша, немного благоразумнее своего товарища, думал иначе. Правда, он тоже предполагал: здесь не все в порядке, но о преступлении он не думал.
Действительно, зачем Глобе обещать достать для Васи скрипку, если бы он к нему плохо относился?
Вася прекрасно играет на скрипке. Это увлекло и удивило обоих ребят в равной мере. Вася научился так хорошо играть, а они, ребята, которые знали решительно все в городе, даже понятия об этом не имели. Это было даже обидно.
Однако Васина музыка им очень понравилась.
Гуляющих на набережной стало совсем мало, когда двое парней решили, наконец, пойти к своему учителю, к Борису Петровичу Короткову, и посоветоваться с ним.
Приняв такое решение, ребята тотчас же двинулись в путь и через несколько минут уже стояли перед дверью дома, где жил Борис Петрович.
Во всех окнах еще горел свет, и ребята с облегчением вздохнули: поднимать с постели Бориса Петровича они не хотели.
Несколько минут они торговались перед дверью, кому постучать и кому первому войти. Затем Витя Огринчук вдруг набрался смелости, и с таким видом, будто бросался в холодную воду, трижды сильно ударил кулаком в дверь и остановился в ожидании.
Ждать пришлось недолго,
Дверь приоткрылась, и на пороге появилась фигура согнутой старушки.
— Нам нужно увидеть товарища Короткова, — крикнул Витя. Он крикнул это изо всех сил и сам удивился, чего это он кричит.
— Заходите, заходите, голубчики, — прошамкала бабушка, шире растворяя дверь.
Ребята зашли в комнату.
— Вот здесь он живет. В эти двери постучите, — сказала бабушка и ушла.
Уже не торгуясь, Витя уверенно стукнул в дверь и, услышав негромкое «да», вошел в комнату.
Борис Петрович был в комнате не один и поэтому ребята, переступив порог, остановились и смутились. За столом, перед шахматной доской сидел человек в форме командира военного флота. Удивленно, так же, как и Борис Петрович, он осмотрел двух маленьких гостей и, улыбнувшись, отодвинул доску.
Борис Петрович был удивлен до крайности. Это был первый случай, когда кто–то из учеников пришел к нему домой. Взволнованные, с признаками огромной ответственности на личиках, ребята, очевидно, имели какие–то очень важные новости, если решились прийти так поздно. Видимо, что–то случилось в школе или с кем–то из школьников.
Борис Петрович забеспокоился, но ничем не выдал своего волнения.
— Добрый вечер, — приветствовал он неожиданных гостей, — а чего это вы не спите? Вам же давно пора спать.
— Нельзя спать, — буркнул Андрюша и замолчал, не зная, как лучше приступить к делу.
— Что же такое случилось, что даже спать нельзя? — засмеялся Коротков.
— Завтра… Вася… идет… на скалу… доставать… из воды скрипку, — вдруг выпалил Витя и, понимая, что с этого предложения Борис Петрович понял, пожалуй, немного, добавил для объяснения: — С бандитом.
— Какую скрипку? С каким бандитом? — развел руками Борис Петрович. — Ничего не понимаю.
Андрюша в мыслях обругал безголового Витьку и сам взялся за дело.
— Один человек, — сказал он, — завтра поедет на яхту «Галатея» в девять часов вместе с Васей. Там в воде в рулевой рубке лежит скрипка, и Вася ее завтра будет доставать. Этот человек бандит и контрразведчик. Это точно. Мы хотим, чтобы вы помогли нам спасти Васю.
— С первого числа мы начинаем поднимать «Галатею», — сказал эпроновец.
Но на Андрюшу и Витю это не произвело никакого впечатления.
Захлебываясь и перебивая друг друга, они начали рассказывать Борису Петровичу чисто все, что знали про Васю и про Глобу, о том, как Глоба приехал к старому водолазу Огринчуку, как с водолазом ничего не получилось, как Глобы угощал Васю мороженым и заставил его играть на скрипке, как замечательно играл Вася, как папа Мустамьяки предложил Васе играть в кафе, как Глоба рассказывал сказку о скрипаче и, наконец, как Глоба обещал помочь достать скрипку с утонувшей яхты.
История со скрипачом в захватывающем изложении Вити Огринчука приобрела немного странные формы, но все же Борису Петровичу и эпроновцу удалось понять все до конца.
Когда все было рассказано и Борис Петрович понял, кто такой Глоба и чего Вася поедет завтра к яхте «Галатея», эпроновец вдруг поднялся, неизвестно для чего передвинул пешку на доске. Затем стукнул королевой по черной клеточке и сказал:
— Это мне не нравится.
— Мне тоже не нравится, — подтвердил Витя.
— И мне, — отозвался Андрюша.