Страница 6 из 37
Чекисты подошли к входной двери, постучали и на вопрос: "Кто там?" предложили бандитам выйти поодиночке с поднятыми руками, без оружия и сдаться. Но в ответ прозвучали выстрелы. Чекисты на этот раз не спешили. Дом был окружен, все проходные дворы перекрыты, так что путей для отступления не было. Но бандиты не сдавались. Несмотря на призывы сложить оружие, продолжали стрелять, видимо, чувствуя, что им конец. Пришлось брать дом штурмом. Все главные члены шайки были схвачены. И Гусека и Айдати отправили на Лубянку, где их уже ждали. Остальных членов банды задержали позже.
ХИТРОВО ДЕЛО
(1918)
О Хитровом рынке и его обитателях можно писать отдельную книгу. В самом центре столицы за многие десятилетия образовалась своеоб разная общественная клоака, куда стекались отвергнутые типы, нищие, бездомные, бродяги, воры, налетчики, проститутки и еще Бог знает какой сброд. Такого не было ни в одном столичном городе Европы. Среди отвергнутых появлялись свои главари, предводители, организовывались разного рода шайки. Ситуация складывалась нетерпимая. Сотрудники МЧК и ВЧК долго ломали голову над решением вопроса: что делать, чтобы обезопасить город от налетчиков, прятавшихся на Хитровом рынке? Задача была непростая.
"Мрачное зрелище представляла собой Хитровка в прошлом столетии, писал в своей книге "Москва и москвичи" известный бытописатель и исследователь Москвы Владимир Гиляровский, дядя Гиляй. - В лабиринте коридоров и переходов, на кривых полуразрушенных лестницах, ведущих в ночлежки всех этажей, не было никакого освещения. Свой дорогу найдет, а чужому незачем сюда соваться! И действительно, никакая власть не смела сунуться в эти мрачные бездны".
Писатель очень точно подметил основные черты того мира, что скрывался на Хитровом рынке, мира заброшенного, никому не нужного, жившего по своим законам и находившегося в самом центре города, недалеко от Кремля и от Лубянки, между Яузским бульваром и улицей Солянка.
Теперь немного истории. Свое название рынок получил от фамилии отставного генерал-майора Н.З.Хитрово, который еще в начале XIXвека приобрел здесь участок земли для торгового рынка. С конца XIX века и до начала 20-х годов Хитров рынок был не только своеобразной "биржей труда", куда стекались сезонные рабочие, но и настоящим ночлежным домом, скорее, притоном под открытым небом, где скрывалось и множество уголовных элементов. По переписи 1911 года население ночлежек составляло свыше пяти тысяч человек. Можно себе представить, сколько среди них было воров-карманников, мошенников и всякого рода преступников.
Особой кастой на Хитровом рынке были нищие, именно в их среде прятались те, кого разыскивала милиция. Двадцатого февраля 1922 года начальник милиции Москвы и Московской области Вардзиели, отчаявшись, даже издал указ, в котором говорилось следующее: "Мною замечено и с мест губернии доходят слухи, что на улицах, торговых площадях и других многолюдных местах Москвы и губернии появляются нищие и инвалиды, позволяющие себе не только побираться, но и преследовать прохожих назойливыми требованиями подаяния. Этим остаткам попрошайничества в Советской Республике не может быть места, так как Советская власть всех граждан, не способных к труду, берет на государственное иждивение, а против бродяг и тунеядцев, зараженных праздностью, вооружается всеми мерами борьбы... приказываю принять надлежащие меры к недопущению нищенства, привлечения виновных к ответственности..."
Надо сказать, что проблемы построения социализма в Советской России обитателей Хитрова рынка нисколько не волновали, они жили по своим законам, далеким от государственных. На рынке и в его округе сохранялись тайные притоны, ночлежки, игорные дома, скрытые кабаки, дешевые заведения с "красными фонарями" - раздолье для преступников, как больших, так и маленьких. И никакая облава не могла выявить заправил. Да и вообще никто из сотрудников уголовного розыска толком не знал, кто управляет Хитровым рынком. В одиночку туда соваться не рекомендовалось, а в облавы, о которых вовремя предупреждали всякого рода доносчики, попадалась только мелочь.
Но власть не хотела мириться с таким положением и принялась основательно чистить рынки, - пристанища разного рода преступников. Новое руководство МУРа считало, что, очистив рынки Москвы от отребья, можно надеятся на значительное снижение роста преступности. Однако прежде чем приступить к очистке рынка, следовало удалить его главную опухоль,- крупных бандитов, жиганов, которые верховодили на нем. Для этого требовалось опуститься в ту среду, найти главарей и обезвредить их.
Вот один из примеров. Известная хитровская шайка, организованная Иваном Савостьяновым по кличке Краснощеков, (у него были покрасневшие щеки), в воровском мире считалась не только самой удачливой, но и опасной. Сам главарь имел подругу Савостьянову, даму в летах, которая заведовала тайным питейным заведением, настоящим воровским притоном, где лихие парни отдыхали, сбывали краденое, куда приходили и разносортные девицы. Местные бродяги это питейное заведение, о котором шла дурная слава, обходили стороной, искали те, что подешевле. Краснощеков, правивший бал на Хитровом рынке, был парень ушлый, по доносу его дамы и по его приказанию какого-либо зазевавшегося путника могли запросто и убить. А неопознанный труп так и оставался неопознанным - мертвые хитровцы мало кого интересовали. Шайка Краснощекова работала по "богатым", по их понятиям, государственным учреждениям. Краснощековцы грабили кассы, нападали на склады, магазины. Брали все, что попадалось под руку, несли мадам Савостьяновой на продажу.
Милиционеры сбились с ног, устраивая облавы, искали Краснощекова, его голытьбу, но те растворялись среди таких же оборванцев. И милиционеры уходили ни с чем, не считая, конечно, разную мелочь, которая им попадалась. Краснощекова знали в лицо, знали, где он обитает. Но как застать в деле? Предводителя всегда успевали вовремя предупредить. Со временем его шайка насчитывала уже сорок человек. Помощником главаря, его правой рукой являлся Михаил Разумовский и его сожительница Анна Славоженикова.
Когда общий счет ограблений Краснощекова достиг сорока, ровно сколько было и членов шайки, было решено любыми средствами разгромить банду. Тем более что при попытке ареста один из бандитов, по кличке Мишка Чума, убил агента МУРа Мешкиса. При задержании Разумовского его сожительница, та самая Анна, решила на свой страх и риск отбить его у муровцев. Но во время перестрелки были убиты несколько преступников, а Анну удалось схватить. Вскоре и сам Краснощеков во время одной из облав попался и был отправлен на Лубянку. Впрочем, его жена по-прежнему оставалась на свободе и продолжала рачительно вести свое "хозяйство".
В общем, Хитров рынок доставлял московским милиционерам массу забот. Закрыть его было невозможно: по самым грубым подсчетам, на его "территории" располагалось свыше пяти тысяч бездомных, безработных, нищих. Целая армия. Что с ними делать? Но и терпеть это зло в центре города власти не могли.
Поэтому руководство МУРа решило взяться за главарей. К этому времени руководителем МУРа стал Александр Максимович Трепалов.
Урожденный петербуржец, бывший моряк, затем сотрудник Петербургской ЧК, он приобрел солидный житейский и "уголовный" опыт. Уже на первом совещании с сотрудниками Александр Максимович поделился своими мыслями о том, что ему, человеку в Москве новому, которого в лицо никто не знает, неплохо было бы заняться проблемами Хитрова рынка.
Он исходил из опыта Петрограда. Там на рынке, на Сенной, правила бандитская верхушка, которая доставляла массу неприятностей городским властям. Было решено под видом бездомных и нищих внедрить агентов Угро. Собранная ими информация позволила убрать нескольких главарей, что сразу парализовало преступную деятельность рынка. И вот Трепалов в узком кругу доверенных лиц заявил о том, что собирается провести подобную операцию в Москве. В качестве приманки выдвинули идею ограбления железнодорожных касс, которые плохо охраняются.