Страница 23 из 72
«В темном поле — только вереск жесткий…»
«Братья — камни, сестры — травы…»
«Едва я вышла из собора…»
«Последний дар небес не отвергай сурово…»
«Весь мир одной любовью дышит…»
«Есть у ангелов белые крылья…»
«Тебе омыл Спаситель ноги…»
СТИХОТВОРЕНИЯ 1920–1922 (Екатеринодар)[56]
«В невыразимую пустыню…»
56
Стихотворения 1920–1922 (Екатеринодар)
«В невыразимую пустыню…» — в письме к Е. Архиппову от 1 марта 1921 года.
Окно — в письме к Е. Архиппову от 24 июня 1921 года.
«В твоих словах, в твоих вопросах…» — обращено к Ф. А. Волькенштейну.
«Год прошел, промелькнул торопливо…» — обращено к Ф. А. Волькенштейну.
«Два крыла на медном шлеме…» — посвящено Данте.
«Где б нашей встрече не было начало…» — обращено к Е. Архиппову.
«Как горько понимать, что стали мы чужими…» — обращено к В. Н. Васильеву.
«И не уйдешь. И не пойдешь навстречу…» — обращено к В. Н. Васильеву.
Памяти Анатолия Гранта — 25 августа 1921 года расстрелян Николай Гумилев. Анатолий Грант — парижский псевдоним поэта.
К годовщине Птичника — «Птичник» — поэтический кружок в Краснодаре, в который входила Е. И. Васильева.
«В невидимой Господней книге…» — Н. Г. Лозовой, знакомый Васильевой по Краснодару, пишет в своих воспоминаниях: «Черубина приблизила к себе несколько человек, работавших в области поэзии. <…> Близки были к Черубине две девушки-поэтессы — Елена Бекштрем и Евгения Николаева. Бекштрем писала стихи уже довольно неплохие. Но, несомненно, значительный интерес представляла собой Евгения Николаева. Ей было в 1921 году приблизительно 24 года. Черубина была высокого мнения о ее таланте. Она дала ей приблизительно такой совет: „Вы раз и навсегда решите, что Вы поэт, настоящий поэт. И больше об этом не думайте.“»
«Весенних чужих половодий…» — обращено к Е. Архипову.
Романс — для пьесы Х. Бенавенте «О принце, который всему научился из книг».