Обещанная

И хотела бы сказать, что напряжение спало, как только Нергал перестал сверлить меня своими яркими синими глазами (казалось, что они буквально светятся в темноте ночного клуба), но когда после очередной крутки я вновь увидела vip-зону, оказалась, что его внимание отвлек не кто иной, как Верс.

- Ты в порядке? – Азия стремительно стаскивала с себя почти прозрачные крылья бабочки, которые она использовала в своем образе. Жесткая конструкция из легкого, но прочного пластика упала на пол. Вслед за ней полетели шелка, которые дополняли ее сказочный образ. Девушка осталась в нежно-зеленом нижнем белье с подвязками и ажурными чулками.

- Все хорошо, - отмахнулась я, хватая со стола бутылку с водой. Да, я практически в панике. Какого черта сегодня в клубе сразу два демона? Которые друг с другом в состоянии войны находятся? И почему я до сих пор не видела Алека? Его сейчас действительно не хватало. Пусть появится, как обычно, без спроса, в моей гримерке и скажет, что мне не о чем переживать. Что эта демоническая сходка вообще меня не касается. И что Верс не собирается прямо сегодня ночью начинать конец света на Земле прямо в нашем клубе. Черт, черт, черт. Я слишком часто чертыхалась, вот все и аукнулось.

- Застегни, - попросила Блестяшка, проходящая мимо. Практически не глядя, помогла ей с корсетом.

Все, беру себя в руки. Сейчас снова на сцену. Никакой паники. Все будет хорошо.

Кто-то из девчонок закинул в гримерку мою накидку, которая оставалась лежать на сцене после моего последнего танца. Длинный плащ, розово-красный. Нижняя половина из перьев страуса (вряд ли настоящие, но не суть) нежно-розового цвета. На пояснице начинались перья фазана, чуть пестрые, красные и белые, с черной крапинкой, которые идеально ложились по фигуре, подчеркивая мою грудь, стройную талию и плечи.

А сейчас мне следовало переодеться. Начало вышло зажигательным, зал ликовал, а я успела понервничать достаточно, чтобы сейчас суметь абстрагироваться от всего происходящего. Прямо как в условиях военного времени, у меня есть не больше минуты на смену образа, и снова бежать на сцену.

Алек

Я намеренно опаздывал. Внутри все боролось. С одной стороны, я руку готов отдать за то, чтобы снова увидеть, как танцует моя капризная неподатливая девчонка. А с другой, все-таки смотреть, как окружающие на нее будут пялиться… Ррр… Как бы не переубивать там всех в зале. Но все-таки появился, застав перерыв в танцах. Ну как перерыв? Кенны на сцене не оказалось, зато три стриптизерши в пошленьких костюмах горничных намыливали сцену огромными губками, обволакивая всё густой пеной. Буквально всё. Пол, шесты, друг дружку и немного близстоящую публику. Само собой, что намокшую униформу пришлось медленно снимать, так что зал взвыл от восторга. А вот номер все больше напоминал порнографический фильм. Все эти шлепки подружек по задницам, горячие поцелуи… Эх, а ведь раньше я бы уже договаривался с менеджером о приватной встрече со всеми тремя горничными. А сейчас только облегчение, что ни одна из них – не моя Кенна.

Бездна, я перестану называть ее своей? Стоит почаще себе напоминать, что в предпоследнюю нашу беседу мне дали отворот поворот. Я должен поговорить с ней еще раз. Так больше продолжаться не может. Мне осточертело голодать. Ждать ее очередного эротического сна, чтобы подкрепиться, я уже не могу. И то тошнотворное отвращение ко всем остальным, к их эмоциям, меня просто бесит. Я прекрасно понимаю, что просто зациклился на непреступной девице, и мне достаточно будет, наконец-то, с ней переспать. Во всяком случае, я старался себя в этом убедить.

Словно назло, заиграла песня «I can’t get no satisfaction». Спасибо огромное, а то я не знаю, чего не могу получить. И на сцену вышла Она….

Слава Творцу, одета! Но как… Туфли на каблуке, но не эти жуткие стрипы, а обычные человеческие шпильки. Черные чулки чуть выше колен. Пояс от чулок широкий, закрывающий кожу почти до пупка. На правом бедре плоская черная подвязка. И как я надеюсь, что ни один идиот не потянется вложить в нее денег. Сверху – узкий деловой пиджак на двух пуговицах, но с слишком глубоким вырезом, так что я, как впрочем, и все в зале, видел чашечки ее лифчика. На шее черная повязка-ошейник, совсем такая же, как на бедре. И чертова шляпка на волосах. Моя развратная кокетка.

Подсветка в клубе тусклая, только белые софиты направлены на мою (да, черт возьми, мою! И пусть кто попробует оспорить) девочку, которая уверено опустила руку на пилон. Правой рукой взялась за свою шляпку, которую неспеша стаскивала с головы, освобождая волосы, туго стянутые под головным убором. Локоны волнами опали на плечи, а чертова шляпа полетела в зал. А из зала, кто бы мог подумать, на сцену полетели… Нет, не деньги. Розы. Красные, белые, розовые. Что с этим миром творится, если мужчины начали стриптизершам цветы носить? И один я не у дел.

Кенна страстно выгибалась у шеста в такт музыке, расстегивая на себе пиджак. Да что это творится-то? Музыка эта, цветы, я и так уже готов взорваться, а она собирается скинуть с себя еще одежду. Сам не замечаю, в какой момент начинаю двигаться в сторону сцены. Злость, возбуждение так и хлещут из меня, опьяняя публику вокруг. Немного страха, чтобы люди вокруг расступались, давая мне дорогу. Бездна, Кенна скинула пиджак на пол, оставаясь в нижнем белье. Она  никогда так не оголялась перед публикой. Я еще ни разу не видел эту идеальную кожу ее живота и спины. Прошлось напрячься, чтобы не слетела моя оболочка. Только не здесь. А пока я приближался, руки девицы потянулись к застежке на ее лифчике.

Бездна…

Одним рывком вскочил на сцену, опуская руки на ее грудь, не давая обнажиться для всех.

Кенна