Страница 17 из 83
Опираясь на все эти достижения библейской критики, особенно на предположение Графа о позднем происхождении Старшего элохиста, в 1878 г. выступил с книгой "Введение в историю Израиля" немецкий ученый Велльгаузен (1844-1918).
*Юлиус Велльгаузен* В научном исследовании Библии Велльгаузен сыграл исключительную роль. До сих пор его выводы о последовательности и времени написания главных книг Ветхого Завета лежат в основе исследования Библии. Как и большинство библейских критиков буржуазных стран, Велльгаузен не был атеистом; он был протестантским богословом. Когда вышло в свет его "Введение в историю Израиля", он был лишен профессорской кафедры богословия и стал преподавателем древневосточных языков. Разберем основные выводы, сделанные Велльгаузеном в результате его исследований.
Излагаемые в Ветхом Завете повествования о патриархах, об исходе евреев из Египта, странствовании их по пустыне и т.д. завершаются не приходом их к Иордану, чем кончается Пятикнижие, а завоеванием Палестины и оседанием в ней, о чем рассказано в книге Иисуса Навина. На этом основании Велльгаузен стал рассматривать как целое не Пятикнижие, а Шестикнижие, т.е. Пятикнижие вместе с книгой Иисуса Навина. Этот подход имел не только формальный, но и принципиальный характер, ибо он означал, что для научного анализа не имеет никакого значения церковное учение о Пятикнижии как цельном произведении, принадлежащем одному автору: речь должна идти не о Моисеевом Пятикнижии, а о безымянном Шестикнижии.
Так же как и его предшественники, Велльгаузен выделял в качестве отдельного произведения Второзаконие, происхождение которого было установлено де Ветте. В остальном тексте Шестикнижия он находил как нечто целое "основной источник", или Элохист. "Эта часть Шестикнижия, - писал он, - характеризуется склонностью к числу и мере, схематизмом, застывшим педантическим языком, постоянными повторениями одних и тех же выражений и оборотов, которые почти не встречаются в древнейшем еврейском языке. Благодаря этим резко выраженным характеристическим чертам, ее можно очень легко и без ошибки узнать"[Ю. Велльгаузен, Введение в историю Израиля, СПБ 1909, стр.5.]. В "основной источник" Велльгаузен включал всю книгу Левит, большую часть книги Числ, а также ряд глав книг Бытие и Исход. По содержанию эта часть Ветхого Завета содержит преимущественно законодательство, относящееся к богослужению в скинии, служившей у кочевников-евреев храмом.
Для обозначения этого "основного источника" Велльгаузен предложил новое название - Жреческий кодекс, т.е. кодекс богослужебных и прочих законов, выработанный жрецами бога Яхве. Это название закрепилось в библейской науке и сокращенно обозначается латинской буквой P - первой буквой немецкого слова "Priesterkodex".
Жреческий кодекс составляет и по объему и по значению основной массив Шестикнижия. Как указывает советский исследователь Н.М. Никольский, в материале библейского законодательства Жреческий кодекс составляет 75 процентов, а в повествовательной части Ветхого Завета он дает нить, связывающую ее в одно целое. Велльгаузен и поставил своей задачей выяснить историю появления этой основной части Шестикнижия.
Церковное учение относит те части Библии, в которых содержится Жреческий кодекс, к наиболее раннему периоду истории евреев. Вначале, утверждают как иудейские, так и христианские церковники и богословы, Моисей дал евреям закон, обязательный для всех времен; на основе этого закона и развивалась потом история еврейского народа. Таким образом, евреи будто бы получили Жреческий кодекс уже в XIII веке до н.э., и с тех пор обязаны были следовать ему в своей частной и общественной жизни, особенно в отправлении религиозных обрядов. Велльгаузен проверил это обстоятельство на большом историческом материале и пришел к выводу, что Жреческий кодекс появился не в XIII веке, как этому учит церковь, а значительно позже. Приведем некоторые из его соображений по этому вопросу.
Если бы Жреческий кодекс был известен евреям так давно, то в книгах Судей, Царств, пророков упоминались бы его предписания, сама жизнь и быт евреев этого периода соответствовали бы этим предписаниям. Между тем жизнь еврейского народа в упомянутых ветхозаветных книгах изображается так, как будто они и не слыхали о том, что существуют требования и предписания Жреческого кодекса. Это особенно ясно видно на материале истории религиозного культа.
Известно, что первоначально у древних евреев служение богам и, в частности, богу Яхве происходило в разных местах по всей стране - на высотах и в священных рощах, у жертвенников постоянных или сооружаемых для каждого отдельного случая. В дальнейшем культ централизовался настолько, что установилась практика богослужения в одном центре - в иерусалимском храме. Велльгаузен проследил, каким образом этот процесс централизации культа нашел отражение в Шестикнижии. Результаты оказались очень интересными.
В Яхвисте никакой централизации еще нет, множественность жертвенников и пунктов богослужения не встречает возражений; это понятно, ибо Яхвист является наиболее древним элементом Шестикнижия. Во Второзаконии выдвигается уже требование единства места богослужения, и это требование носит наступательный характер, провозглашается борьба против святилищ и жертвенников, находящихся вне храма; здесь видна вторая ступень развития. Наконец, в Жреческом кодексе о единстве места богослужения уже говорится, как о само собой разумеющемся, как о чем-то давно существующем. Ясно, что Жреческий кодекс выражает последний этап той эволюции, которую пережила ветхозаветная религия.
Этот вывод Велльгаузен проверяет на многих других материалах. Например, праздники, устанавливаемые Жреческим кодексом, несомненно, более позднего происхождения, чем праздники, устанавливаемые в Яхвисте и Второзаконии. То же относится и к такому вопросу, как организация духовенства. В древнейшие времена у евреев не было духовенства, отдельного от мирян. В дальнейшем появляются жрецы-левиты, потом выделяется верхушка жречества во главе с первосвященником, который не только возглавляет духовенство, но и претендует на главную роль в возникшем к этому времени еврейском государстве. Если проследить, как этот процесс отразился в Шестикнижии, то опять подтвердится положение о позднем происхождении Жреческого кодекса, ибо в нем впервые говорится о первосвященнике и жрецах. Даже в книгах Судей и Царств нет никакого намека на власть первосвященника, на преобладающее влияние жрецов в общественной жизни; "действительно влиятельными вождями народа являются судьи, люди совсем не духовного звания"[Ю. Велльгаузен, Израильско-иудейская религия. В сборнике "Из истории раннего христианства", М. 1907, стр.7.]. Значит, Жреческий кодекс появился позднее книг Судей и Царств.
В Жреческом кодексе предусматривается выполнение верующими такой массы обрядов, такого сложного молитвенного церемониала, который совершенно невозможно выполнять в пустыне, в условиях кочевой жизни. Из книг, относящихся к эпохе царей, не видно, чтобы этот церемониал даже тогда выполнялся. Он был, конечно, введен в значительно более поздний период.
Велльгаузен рассмотрел под этим углом зрения и те книги Библии, которые следуют за Шестикнижием. Оказалось, что они в свое время подверглись определенной обработке в соответствии с законодательными книгами Шестикнижия, т.е. Второзаконием и Жреческим кодексом. При этом на более ранних из них, книгах Царств, лежит отпечаток требований Второзакония, а более поздние, Паралипоменон, явно обработаны в свете требований Жреческого кодекса. Это снова свидетельствует о том, что Жреческий кодекс представляет собой более позднюю ступень в законодательной части Библии, чем Второзаконие. А мы уже знаем, что, как доказал де Ветте, Второзаконие было написано около 621 г. до н.э. Когда же возник Жреческий кодекс?
В 586 г. до н.э., т.е. через 35 лет после появления Второзакония, вавилонский царь Навуходоносор взял Иерусалим и угнал верхушку еврейского народа в плен ("вавилонское пленение"). Велльгаузен считает, что именно в вавилонском плену и сформировался Жреческий кодекс. Когда большая часть жрецов была отправлена в плен, богослужение было прекращено, и, чтобы не забылся ритуал, его нужно было записать. Вначале этим занялся пророк Иезекииль, в книге которого записан обычный ритуал иерусалимского храма. Вокруг Иезекииля собралась большая группа жрецов, занимавшихся составлением "Закона". После восстановления храма в Иерусалиме и возвращения части евреев на родину богослужение возобновилось. Тогда составление Жреческого кодекса приобретало тем более важное значение. Поэтому работа над ним продолжалась. Когда в середине V века до н.э. Ездра и Неемия вернулись из Вавилона в Иерусалим во главе группы репатриантов, они привезли с собой и опубликовали книгу закона Моисеева. Об этом подробно и рассказано в библейских книгах Ездры и Неемия. Этой книгой Моисеева закона и был Жреческий кодекс.