Страница 98 из 122
На самом же деле я предполагал, что кое-что из того, что сегодня будет происходить на Гриммо — не стоит видеть доброй девочке.
— Приветствую главу Дома, — Беллатрикс опустилась на колено. Ох уж это ее самоуничижение, что хуже гордыни! — Пленный захвачен и допрошен.
— Есть что интересное? — поинтересовался я.
— Кое-что, — пожала плечами Трикси. — Компромат на некоторых членов Визенгамота, информация о финансовых потоках и перевалочных пунктах контрабанды, координаты подпольного борделя, куда поставляют похищенных магглорожденных девушек… Бордель крышует кто-то из аврората, но кто именно…
— Не знает? Или притворяется? — заинтересовался я.
— Не знает, — уверенно ответила Трикси, и, зная о ее репутации в качестве палача в свите темного лорда прошлого — я склонен был ей поверить.
— Дамблдор?
— Практически ничего, — покачала головой Белла. — Пару раз выходил на него через низовых участников… но ничего серьезного. Мелкие партии артефактов и ингредиентов, которые можно купить и в Косом, просто чуть дороже, или же пришлось бы заказывать и ожидать поступления… В общем — ни информации, ни компромата сколько-нибудь стоящего на Великого Белого… — произнеся это именование Белла сплюнула.
— Он тебе зачем-либо еще нужен? — поинтересовался я у Трикси.
— Нет, — покачала она головой. — Но и отпускать его… Не думаю, чтобы это было целесообразно… Слишком… грязная душонка. Конечно, в ходе прошлой войны приходилось и с такими взаимодействовать, но при первой же возможности я их…
— А возможности представлялись часто, — улыбнулся я.
— Не то, чтобы часто… но регулярно, — согласилась Белла.
— Что ж… Думаю, что я найду этому… материалу применение.
Темницы Дома Блэк не поражали воображение… но, тем не менее, были достаточно надежными и солидными, чтобы удержать даже Дамблдора… Хотя последнее я проверять как-то не настроен. Ибо мало ли что.
— Кричер! — вызвал я служителя Дома.
Некоторое время у меня ушло на то, чтобы втолковать домовику, что я, собственно от него хочу… А когда он-таки понял — его зеленое лицо осветилось радостью.
— Господин принял и способен преумножать традиции Дома! — радостно прохрипел он, исчезая.
Белла удивленно смотрела на меня. Я же улыбнулся, и изменил проекцию, приняв свой «основной облик для Абисса». Внешность, способная вызвать опасливое уважение у среднего Та'Нарри, заставила Трикси сделать шаг назад…
— Хорошая иллюзия, Глава, — оценила она мои старания.
— Приведешь его в ритаульный зал, — отдал я распоряжение вассалу.
— Конечно, Глава, — обозначила свою позицию Беллатрикс.
Когда Трикси втолкнула в ритуальный зал невысокого полного мужичка с хитрыми, бегающими глазами, я уже успел вкратце ознакомиться с досье, которое предложила мне Белла. Череда предательств, убийства, контрабанда темномагических артефактов, наркотических веществ и рабов… В общем, стоило предпринять некоторые усилия для того, чтобы превратить его в подходящую жертву Архитектору Судеб, тем более, что он сам уже выполнил большую часть работы.
Разумеется, на мужике из одежды был только ошейник. Во-первых, не стоит оставлять магу хоть какие-то его вещи: кто знает, каким образом он сможет их использовать? А во-вторых, это классика «полевого потрошения» — не оставить пленнику ни капли гордости или достоинства. Тогда и общение проходит гораздо легче для обеих сторон.
Когда Трикси толкнула пленника в зал, я как раз вносил последние поправки в огромную ритуальную звезду, подправляя линии Знаков Скверны. Увидев это, будущая жертва вздрогнул, предчувствуя свою судьбу. Я взмахнул рукой и складная линейка принялась обмерять пленника. Тот задрожал еще сильнее… но промолчал. Хотя это молчание и было вызвано отнюдь не избытком храбрости. Просто Трикси наложила на него Силенцио.
— Подходит, — сказал я Белле. — Мой сюзерен будет рад заполучить эту душу подлеца, предателя и убийцы… — последнее, правда, к делу никак не относилось… но пленник-то об этом не знал!. — Любопытства, правда, маловато. Зато амбиции… Нда! Впрочем, ты рановато его привела. Мне тут еще часа на полтора работы.
Пленник, именем которого я как-то не удосужился поинтересоваться, вернулся в камеру, с которой уже успел поработать Кричер. Уже выходя, Белла не отказала себе в удовольствии расписать, какие «радости жизни» ожидают душу, попавшую во власть Высшего демона. И воображение у нее оказалось весьма обширное. Так что к моменту ее ухода пленник просто рухнул на кровать, в ужасе ожидая: когда беспощадная «Неистовая Лестрейндж» вернется за ним.
Соображал «ночной охотник», как любила называть себя подобная братия, довольно шустро. Так что не успели мы с Трикси и Антонином выпить по чашке чая, как в алтарь, в который кричер превратил пол камеры, нанеся и скрыв от взглядов роспись, славящую Изменяющего Пути, хлынула Сила, запасаемая для следующего ритуала. Пленник, напуганный рассказами Беллы, сумел-таки совершить самоубийство, принеся себя в жертву Кукловоду Тысячи и одного заговора.
Глава 100
Мы едем, едем, едем…
Дамблдор встретил меня прямо на выходе из Хогвартса.
— Гарри, — добро улыбнулся он. — Я хотел бы уточнить… Ты ведь никогда не уезжал из Хогвартса на пасхальные каникулы. Что же изменилось?
— Я устал, господин директор. Слишком тяжело ходить по школе, постоянно ожидая, что в любой момент может выскочить ужасная Беллатрикс и напасть на меня, или, что гораздо хуже — на Гермиону. Поэтому я и хочу отдохнуть там, куда Лестрейндж точно не попадет.
— Вот как… — взгляд директора на мгновение расфокусировался. — Но почему ты подал завку на отъезд за день до начала каникул? Разве нельзя было это сделать заранее?
Я пожал плечами.
— Судя по тому, как миссис Лестрейндж проникает через защиту школы — ей помогает кто-то из администрации школы. Вот я, чтобы не подставляться — и подал заявку тогда, когда уже трудно будет передать ей известие о моем отъезде, а Вам будет легче выявить этого «кого-то».
— То есть, ты подозреваешь кого-то из учителей Хогвартса в предательстве? — грозно посмотрел Дамблдор.
— Не обязательно, — покачал головой я. — Рон нападал на школьников, будучи одержим, и его нельзя обвинить в предательстве… хотя это и не делает его действия, включая попытку принести в жертву собственную сестру, — менее опасными. А вот Квирелл провел духа, которым был одержим, и впустил тролля — и это было предательством. Так что я не могу позволить себе самоуспокоенно почивать на лаврах.
— Ты еще прокричи: «Постоянная бдительность!» — усмехнулся директор, оттаивая.
— Хороший девиз, — согласился я. — Жаль только, как и всякий идеал — недостижим… Но к этому следует стремиться.
— Ладно, Гарри, — улыбнулся Дамблдор, и я понял, что вероятность встретить в следующем году Грюма Грозного глаза (или же Барти Крауча) только что существенно выросла. Интересно: Питер уже убрался от Хогвартса на поиски прошлого Темного лорда? Или так и бродит в Запретном лесу, чтобы вовремя подвернуться Герою и «не желая того» «выдать правду» о «Беллатрикс Лестрейндж», какова бы эта «правда» не была?
— Кстати, — поинтересовался Дамблдор, — как ты собираешься добраться… — он запнулся, но потом продолжил с улыбкой, — туда, куда собираешься добраться?
— Самым простым путем, — улыбнулся в ответ я. — Доеду до Кингс-Кросс, а там — с домовушкой прыгну в Гринготтс, где у меня уже заказан порт-ключ до места.
— Неплохо. Неплохо, — в голосе Дамблдора слышно было некое сомнение.
— Недаром же шляпа настойчиво предлагала мне Слизерин, обещая, что «там я достигну величия».
— Гарри, — покачал головой директор. — Важно не то, какой ты и на что способен. Важно то, какой выбор ты делаешь! — Угу… как будто мой выбор никак не зависит от того, «какой я». — И именно выбором ты отличаешься от…
— От Тома Реддла? — радостно подскаал я.
— От Тома, — вздохнул Дамблдор.
— Гарри! — Гермиона приближалась, буквально волоча за собой Джинни. Багаж рыженькой мы уже отправили в Нору с домовушкой, так что Джинни шла с растерянным видом и пустыми руками. — Ой! Здравствуйте, директор Дамблдор… Извините…