Страница 102 из 122
Демоны бьются насмерть, сталкивая домены, стараясь оттеснить противника, отобрать и поглотить часть его сути и сущности. Отобрать. Сделать своим. Поглотить. И только так.
Варп скалился нам кривой хищной ухмылкой, подзадоривая сойтись в клинче. Древний змей за пределами чего бы то ни было одобрительно мочал, сверкая рубином единственного глаза. Цветные ветра пели. И пурпуный Шаиш набирал все большую силу, утверждая, что одного из поединщиков ждет окончательная гибель.
Йоллираспасданйамусарайрейбёп полностью растворился в своем домене, надеясь, что такой смешение сил окажется достаточным для победы. Я встал на краю Вечной ночи, залитой светом несуществующих здесь и сейчас звезд.
Варп бурлил, взбудораженный эмоциями бойцов.
Грязно-бурое пятно, перевитое взблескивающими отвратительно-розовыми лентами похоти, надвинулось на символы, составляющие внешнюю границу моего домена. Закат за моей спиной полыхнул багровым. Бой начался.
Глава 104
Темный ритуал. Битва. (Гермиона)
Гарри опустился на колено над замершей в ужасе девочкой, а за его спиной возник из небытия Предвестник перемен, Рука Несущего Беду, Повелитель Хаоса, Ксенос Морион. Граница реальности и имматериума вздрогнула, когда через нее оказался вытеснен демон, с которым предки Сириуса и тети Трикси заключали договора.
— Га… — тетя Трикси пошевелилась, пытаясь выбраться из объятий Долохова.
— Стоять! — подняла я руку запрещающим жестом. — Ничего еще не кончилось. Да, собственно, еще толком даже не началось.
— Как это? — удивилась Беллатрикс.
— Гарри воззвал к Предвестнику Перемен, и тот вступил в схватку с Хранителем Договора, заключенного вашими предками, — пояснила я. — Но схватка еще вовсю идет.
Тенью, отброшенной из небытия, на лицо Гарри лег странный, асимметричный рисунок. По руке его побежала кровь. Когда же я увидела в темно-красной, почти черной струйке серебряные нити, то поняла — сейчас эта кровь вспыхнет пламенем Хаоса, и девочке гарантированы, как минимум, серьезные ожоги.
Я бросилась вперед, пересекая ритуальный рисунок. Высвободившаяся Сила бросила меня на колени, но я успела. Успела отвести руку Гарри, и капли вспыхнувшей багровым огнем крови упали на каменный пол, а не на живое лицо… почти все. Кое-что досталось мне.
— А-а-а… — было больно… рука моя в прямом смысле этого слова «горела огнем». Более того, коснувшись Гарри, я провалилась в варп, за Грань Нереальности, туда, где в бою сошлись два демона.
Битва демонов в варпе корежила даже то куцее подобие реальности, которое присутствует в имматериуме. Цепочки символов, то яростно-сияющих, то траурно-черных пересекали пространство и время, сворачиваясь в фигуры, геометрия которых вызывала тошноту даже при беглом взгляде. Множество мелких хищников Великого океана собрались поблизости, выжидая момента, когда победитель определиться, и можно будет рвать добычу. Десятки и сотни их исчезали, попадая под удары сражающихся, но тысячи приплывали со всех сторон, привлеченные запахом их гибели, запахом добычи и поживы.
Восемнадцатимерная розовая гиперсфера, проплывавшая мимо меня, внезапно выбросила четыре протуберанца, надеясь на легкую поживу. Но я сковала ее Исчислениями столпа Дин, порадовавшись тому, что на Арифмантике нам рассказали о них, а Гарри успел объяснить некоторые тонкости, позволившие перевести грубые аналогии в область Высших Исчислений.
Захваченная тварь рванулась… и я выпустила ее прямо в средоточие того, что было нашим врагом. Естественно, мелкий демон не долетел, сгорев на внешних слоях защиты. Но внимание врага я привлекла.
— А! Мелкая Блэк! — голос, казалось, наполнил все пространство. — Здесь есть имена. Повинуйся!
— Здесь есть имена, — согласилась я, и передо мной вспыхнули три знака: «Камень», «Пустое место» и «Не властен!»
Враг взвыл в ярости, и его Сила обрушилась на меня…
Но, отвлекшись, он перестал контролировать свою защиту, и Мори сумел нанести удар.
Пространство взвыло в муке. Знаки сияющим дождем сыпались из будущего в прошлое, которому уже никогда не стать настоящим. Среди них вспыхивали немногие знакомые руны высокого готика, попадались даже слова, написанные по-английски, а так же — руны футарка, знаки кириллицы, хироганы, кандзи…
Усилием воли я сгребла в кучку часть символов, которые мне понравились, и… поглотила их? По крайней мере — знаки исчезли, а я ощутила что-то… что не смогла сформулировать словами даже для себя.
Очередной мелкий хищник варпа, проплывающий мимо в попытках сожрать как можно больше капель крови погибающего сознания проигравшего демона, шарахнулся в сторону, как будто ударившись обо что-то твердое. На мгновение мне показалось, что я стою на вершине башни, подобной тем, которые показывал мне Мори, рассказывая о К'Сале: многокилометровой игле под изменчивым небом, рассеченным золотым кольцом. В боевой ярости небеса полыхали кровью заката. Далеко внизу, на спекшейся в камень бесплодной земле разворачивались меньшие башенки, обозначающие границу феода…
А потом небеса полыхнули особенно ярко… и погасли, оставив меня во тьме…
— …Гарри! — донеслось откуда-то из-за пределов темноты. — Гарри! Гермиона! Да Мордредом по Моргане сверху и сапогом… Что же делать-то?!
— Трикси, — ответил мужской голос. — Спокойнее. Кажется. Гермиона приходит в себя…
Я прихожу в себя?! Наверное — да…
Прислушавшись к потомкам света, я осознала, что шершавые звуки, доносящиеся до меня извне, могут быть якорем, пользуясь которым я сумею вернуться к своему телу.
— ГОВОРИТЕ! — бросила я мысль сразу во все стороны времени, окружавшего меня.
— Что говорить? — удивился полированный, металлически-холодный голос.
— ЧТО УГОДНО! Я ЛЕЧУ НА ВАШИ ГОЛОСА…
— Девочка бредит? — удивился голос цвета шелка. — Куда она «летит»?
— Не знаю, — ответил холодный металл, — но лучше делать так, как она говорит. Гермиона, мы можем оттащить Гарри из огня, в котором он лежит?
— ОТТАСКИВАЙТЕ, — слово ничего не значило. Значение имело другое.
Имя. Здесь есть имена! Серебряная звезда, которая есть Я летела сквозь обломки чужих мыслей, поглощая одни идеи и отрицая, разрывая и уничтожая другие. Сгустки света, кружащиеся неподалеку, жадно хватали отвергнутое, поглощая и встраивая в свой свет. Черный шелк чужих голосов задавал направление в месте, которое никогда не было местом и не имело каких-либо направлений.
Внезапно все кончилось. Я ощутила шершавый камень, вместо холодного звука, и свет, что робко коснулся моих глаз, был порожден свечами, а не нерожденными тварями. Я выбралась!
— Гарри!
Мой парень лежал навзничь, и только редкие вдохи говорили о том, что он жив. Я присмотрелась… Свет и мрак его истинного существования присутствовали здесь, так что тело постепенно восстановится…
Я с трудом подтянулась к любимому, и достала из его кармана заранее заготовленную бумажку.
— Вот… — протолкнула я слово сквозь пересохшее, сорванное от крика горло. — Адрес… Отведите девочку… — с каждым словом говорить было все легче, — …туда и скажите… ее… родителям, чтобы лучше… следили.
— Хорошо, — откликнулся мужской голос, тот, который казался мне металлическим… там, за Гранью. — Отведем. Но что с Гарри?
— Растратил… силы… в бою, — с трудом ответила я. — Отлежимся — будет лучше…
— Мы можем чем-то помочь? — спросил Долохов. — Кроме того, о чем Глава говорил перед ритуалом?
— Восстанавливающее, кроветворное, сна-без-сновидений… И принесите из сейфа Лестрейнджей Чашу Хаффлпафф!
Приподнявшись на руке, я проследила за тем, как Долохов аккуратно вливает в горло Гарри крововетворное и восстанавливающее, а сама — выпила зелье сна-без сновидений, и тут же, на полу ритуального зала, провалилась в сон, крепко обнимая своего парня.
Глава 105. Темный ритуал. Последствия. (Беллатрикс)
— И что это было?
Я стояла над тремя детьми в обмороке и не знала, что мне сделать или сказать по этому поводу. Все диагностические заклинания показывали, что с детьми все в порядке… за исключением того, что они в глубоком обмороке и на Энервейт не реагируют.