Страница 8 из 78
- Что ты знаешь о Слышащих, Уна?
Тишина сумеречного леса окутывала, забирая все тревоги и сомнения. Уна вслушивалась в звуки вечерней природы и не могла не отмечать то, как на все это отзывается ее сердце. Внутренности словно сжимались от немого восторга, а в груди появлялось ощущение тепла. Уна чувствовала себя в этом лесу как дома. Нет! Это было намного, намного лучше ее реального дома! Здесь она ощущала себя частью чего-то большего.
- Что ты знаешь о Слышащих, Уна? – повторил свой вопрос Мартин. Девушка нахмурилась. Она прекрасно расслышала и первый вопрос, просто ей хотелось хоть немного отодвинуть этот момент исторической справки от Мартина Вуда. Когда он начинал говорить о том, о чем сама Уна понятия не имела, ей хотелось, как страусу, воткнуть голову в землю и ничего не слышать.
- Это те сумасшедшие люди, что периодически бегают по нашему городу и кричат о том, что слышат голос морского бога? – тихо ответила Уна и убрала непослушную прядку каштановых волос за ухо. Она сорвала первую попавшуюся веточку и легким движением сделала из нее что-то наподобие резинки для волос. Ветка плохо держала непослушные волосы, но хотя бы теперь они не лезли в лицо, мешая обзору. А еще от нее вкусно пахло, поэтому Уна глубоко вдохнула приятный аромат и улыбнулась.
Мартин, не прекращая своего стремительного, уверенного шага, немного обернулся на травницу и как-то показательно усмехнулся. Уна не выдержала и скривилась от этой его гримасы. Торжествующий Мартин Вуд – что может быть хуже?
- Мне казалось, что ты вся из себя такая сообразительная и начитанная, - с улыбкой проговорил Мартин, Уна скривилась еще сильнее, будто у нее внезапно проявила себя зубная боль. – Кто мне тут кричал о пользе книг?
- Не отвлекайся от темы, Вуд, - спокойным, но предостерегающим тоном произнесла Уна и кинула уничтожающий взгляд в спину парня. Ей даже показалось, что парень это почувствовал, потому что слегка вздрогнул. Но нет, причиной оказалась просто витиеватого куста дерева, зацепившаяся за его плащ. Мартин спокойными, размеренными движениями освободил ткань плаща, и пошел дальше. Они шли уже несколько часов, а лес все не кончался. Ночь полностью вступила в свои права, было темно и сыро. И, если Уну это вполне устраивало, ведь лес действовал на нее так умиротворяюще, то Мартин начинал злиться. Травница буквально чувствовала, как от него исходят волны недовольства. Ветки цеплялись за его одежду, на пути то и дело попадались поваленные деревья, а ботинки проваливались во влажную землю. Сама же Уна не испытывала неудобств – ее шаги были достаточно легки, чтобы походные ботиночки не проваливались в землю, а ветки как по волшебству не цеплялись к ее одежде.
- Те ненормальные люди, что, как ты выразилась, бегают по нашему городу и вопят о том, что слышат морского бога – действительно сумасшедшие, - продолжил свою пояснительную речь Вуд. – Пару лет назад я читал повествования о людях, которые почти сразу после Катастрофы начали слышать голоса, видеть то, что никто другой никогда не видел.
- Опять же, после Катастрофы, много у кого начались неполадки с головой, - пожала плечами Уна. Мартин, наконец, остановился и как-то устало облокотился о дерево. Травница отчетливо услышала, шорох ткани о твердую гладь ствола. Звук нежным шепотом отозвался в ее разуме, и девушка на мгновение застыла. Ей показалось, что кто-то ее звал. И, не будь она отчаянным скептиком в вопросах волшебства или чего-то непонятного, то она бы подумала, что ее зовет сам лес. Откинув подобные мысли подальше, Уна обратила все свое внимание на застывшего парня.
- Ты невыносима, Уна, - снова повторил когда-то уже сказанные слова Мартин. Он покачал головой и скрестил руки на груди. – А теперь я расскажу тебе все, что знаю о Слышащих, а ты послушно будешь молчать. Ты меня поняла? – в голосе Вуда появилась скрытая угроза, и Уна поежилась. Она неосознанно отступила на пару шагов назад, словно опасаясь неадекватности своего спутника. Это ее поведение явно позабавило Вуда, но его губы даже не дрогнули в улыбке. В темноте ночного леса Уна смогла увидеть лишь на мгновение отразившийся хищный блеск в серых глазах.
Мартин расценил молчание Уны, как согласие с его условиями. Поэтому и неторопливо начал свой рассказ, всматриваясь куда-то вдаль, как бы вспоминая.
- Пару лет назад я читал повествования о людях, обнаруживших, что они могут слышать голоса богов…
- Все же, ты умеешь читать, что не так уж и плохо, - не смогла удержаться Уна, но тут же замолчала и, недовольно скрестив руки на груди, также как и Мартин, уставилась на него, словно показывая, что теперь будет молчать и готова внимательно слушать.
- Их было всего несколько в нашем городе, и в разные годы, - продолжил Вуд. – В основном они представляли собой жалкое зрелище – люди, думающие, что сошли с ума от всего пережитого во время Катастрофы. Ты не представляешь, на что становятся способны подобные экземпляры, думая, что для них все кончено. Кто-то бросался со скал в Бескрайнее море, кто-то сводил счеты с жизнью по-простому – повешенье или драки в пьяном угаре в гостевых домах и небольших трактирах. Но были и те, кто осознавал, что все не могло быть так просто и объяснимо. Они вслушивались в голоса, записывали все, словно преданные писцы при дворе. В моменты тишины они с остервенением пытались анализировать то, что записали накануне. В основном, конечно, это были бредовые мысли, но кое-где проскальзывали самые настоящие предсказания.
- Что ты имеешь в виду? – не поняла Уна. Удивительно, но спокойный и чуть хрипловатый голос Мартина заставлял ее вслушиваться в каждое его слово. И как бы она не противилась этому, через несколько минут девушка уже поняла, что полностью захвачена повествованием. И не потому, что рассказ теоретически мог относиться именно к ней. Просто Мартин оказался неплохим рассказчиком, что одновременно удивляло и интриговало.