Страница 43 из 78
- Да, семейная реликвия, - отмахнулся парень, а потом протянул Таше ладонь с тем самым перстнем на пальце. – Меня зовут Мартин. Мартин Вуд. Из морского города.
- Таша, - медленно проговорила девушка, ощущая своей кожей холод стали перстня. – Меня зовут Таша.
- Красивое имя, - совершенно безобидно и дружелюбно улыбнулся Мартин, и воительница вдруг, сама не понимая почему, смутилась. – Я запомню.
«О да, ты точно запомнишь», - пронеслось в голове Таши, но она лишь в очередной раз улыбнулась, снова поднесла стакан к губам и отпила чуть горьковатой настойки. Вечер обещал быть интересным.
***За несколько дней до этого***
Уна снова находилась в самом сердце бескрайнего моря. Ее качало волнами, убаюкивая, лаская обожженную укусами пчел кожу. Вода нашептывала что-то успокаивающее на ухо шелестом своих волн, и травнице совершенно не желала открывать глаза и приходить в себя. Ей хотелось лишь оставаться в этом прекрасном месте, на этой воде, укачиваемой волнами. Но чем дольше Уна сопротивлялась пробуждению, тем сильнее что-то яростно пыталось ворваться в ее сознание. Чей-то знакомый голос: мелодичный, но требовательный. Говорила женщина, и ее голос проникал в саму сущность девушки, легко доходя до глубин подсознания. Спустя время травница все-таки поняла, что это голос богини леса и трав.
- Открой глаза, Уна. Немедленно открой глаза! – требовательно говорила богиня, но девушка сопротивлялась ей из всех своих сил. Ей хотелось одного, чтобы все и всё оставили ее в покое. Оставаться на этих волнах, в этой воде было почти жизненно важным. И ничто другое не имело сейчас смысла.
Лишь когда травница все же с трудом распахнула свои глаза, она поняла, что богиня леса и трав не пыталась ее вынудить сделать что-то неправильное, наоборот – сейчас она пыталась спасти Уну. Вокруг была вода, холодная, пронизывающая насквозь. Легкая одежда немедленно стала очень тяжелой, заставляя погружаться все глубже и глубже в водную пучину. Сумка оттягивала девушку вниз. Воздуха катастрофически не хватало, и все что могла Уна, это пытаться с помощью рук выплыть из-под водной глади. Вездесущая вода забивалась в легкие, давя, заставляя мучиться от боли и нехватки кислорода. Казалось, что прошли долгие годы без воздуха, в тщетных попытках спастись, пока девушке все-таки удалось оказаться над водой. Уна жадно вдохнула кислород, отчаянно пытаясь успокоить бешеное сердцебиение. Все тело было словно в огне, и даже через холод воды чувствовалась боль. Невероятный холод обжигал, и травница начала как можно больше двигаться, чтобы хоть чуть-чуть согреться, но в данном положении это и было почти невозможно. Она дышала быстро, и из ее рта то и дело вырывался хрип.
Уна завертела головой, пытаясь понять, как она оказалась в самой середине небольшого озера. Вокруг были скалы, а берег казался лишь тонкой полоской у подножья гор. Озеро не было тихим и спокойным. Рядом был сумасшедший водоворот, вызванный водопадом. От него шел пар, а вода пузырилась. Воспоминания возвращались с мучительной болью, отдающейся в голове. Травница чувствовала себя так, будто ее голова пытается расколоться на части. Тем не менее, мысли становились все более трезвыми, а воспоминания – четкими.
Все резко встало на свои места. «Охота, медведь, улей, сильное течение, падение…» Они упали с водопада – она и Мартин. Как только осознание этого появилось в ее голове, девушка немедленно почувствовала ужас, ведь ее спутника нигде не было видно. Уна нервно стала крутиться в воде, стараясь оставаться на плаву. Где же Мартин? Ведь он жив? Сердце снова заколотилось так быстро, что только-только восстановившееся дыхание сбилось вновь. Травница почувствовала, как на глазах выступили слезы, с губ сорвался то ли всхлип, то хрип. Мысль о том, что Мартин мог быть мертвым, заставила Уну чуть ли не зарыдать. Но через несколько минут бесполезного поиска девушка все же увидела, что на берегу лежит тело. Это был Мартин, и он не шевелился. Травница, как могла быстро, поплыла к берегу, отчаянно не обращая внимания на то, как ужасно болят все до одной мышцы в ее теле, а грудную клетку разрывает от спазмов. На берег она буквально выползла не в силах оставаться на ногах.
Не обращая внимания на то, как больно впиваются мелкие камушки в ее колени, Уна уже через мгновение оказалась рядом с Мартином. Он лежал на животе, и ей пришлось приложить все свои оставшиеся силы для того, чтобы перевернуть его, казалось бы, неподъемное тело. Выглядел Вуд не то, чтобы очень хорошо. Раны на плече и ноге снова открылись и кровоточили, на скуле виднелся наливающийся синяк, губа была разбита. Травница протянула трясущиеся пальцы к месту на шее, где легко можно было уловить пульс. Несколько секунд показались девушке вечностью, но потом она четко различила тихие удары, и то, как еле заметно поднимается и опускается грудь Мартина при слабом дыхании.
Больше Уна сдерживаться не могла. Слезы потоком хлынули из ее глаз. По сравнению с ее ледяной кожей, слезы были чуть ли не горячими. Травница захлебывалась ими и своими рыданиями, сидя возле Мартина, не в силах взять себя в руки. Девушка обхватила руками свои же колени и стала раскачиваться на месте, пытаясь заставить себя успокоиться. Слезы не проходили, как и судорожные всхлипы, которые то и дело срывались с ее губ.