Страница 11 из 13
- Татьяне еще надо..
- Можешь не повторятся... буду пробивать. Иди зови Татьяну.
В обед мы не пошли в столовую. Ира, Татьяна сидят у меня и обсуждают отъезд.
- Она мне и говорит, - рассказывает Таня про Пантелеймониху, - может все же одумаешься. У Кольки сейчас бзик, потом точно придет в себя... Я отвечаю - нет. Тогда она вытаскивает мои документы, пишет мне какие то справки и отдает их. Передай, говорит, Боре, он за вами следить будет. Завтра в 10 придет за вами машина, довезет до вокзала, билеты на поезд до Астрахани забронированы. А потом Пантелеймониха подошла ко мне и... расплакалась. Плохие, говорит, времена пошли. Здоровые сюда идут, а тем кому здесь лежать надо - уходят. Береги, говорит, себя доченька. Так и сказала доченька.
- А мне страшно, - признается Ира. - Там же для нас все новое. Как оно встретит нас? Одно дело смотришь телевизор, другое, когда это все наяву. И самое страшное, как встретят нас там люди. Сколько фильмов, все ужасы, убийства, кровь, неужели это все правда?
- Дурочка, это фильмы. Там все по другому.
- Это то меня и пугает.
Вдруг в дверь без стука вламывается староста Вера Ивановна.
- Вы почему не на обеде? - требовательно спрашивает она.
- Мы не хотим обедать, - отвечает Таня.
- Как это не хотите? Давайте собирайтесь и пошли. Что это такое? Все собрались, а они нет.
- Мы же вам сказали по-русски. Мы не хотим обедать.
- Да вы что? Там же будет чествование Аллы Васильевны...
- Вот как раз на это чествование мы и не пойдем.
Похоже до старостихи что то доходит и она обращается ко мне.
- Борис, брось свои штучки. Зачем подбиваешь девушек на плохие поступки? Если ты не в ладах с Аллой Васильевной, то причем здесь они. И потом, после того случая в столовой, когда ты оскорбил Аллу Васильевну, она на тебя зла не имеет, можешь поэтому прийти тоже к ней, хотя бы из долга вежливости.
- Извините, Вера Ивановна, мы не придем в столовую.
- Ну и зря.
Старостиха зло хлопнув дверью уходит.
Проходит пол часа, в дверь скребутся. Входит мальчик Федя с небольшим подносом.
- Дядя Боря, тетя Ира, тетя Таня, вам прислали пирожные. Вот...
- Кто прислал? - сразу спросила Таня.
- Дядя Коля.
- Неси ему обратно. Скажи, пусть подавится ими.
Федя смущен этим и помявшись просит.
- Тетя Таня, а что если я съем все пирожные, а скажу, что вы все приняли...
Мы переглянулись и Таня, улыбнувшись, сказала.
- Ладно, Федя, скажи, что мы его подарок выкинули в туалет, а ты, тем временем, съешь пирожные.
- Хорошо, тетя Таня
Он уходит и мы смеемся.
- А все же жаль, что мы отказались, - говорит Ира. - Мне теперь так есть захотелось.
- Потерпи, Ирочка. Один раз не поешь, фигуру сохранишь.
Татьяна и Ира от свой храбрости видно перетрусили. Как уселись у меня на кровати, так и не выходили после обеда никуда, даже не пожелали возвратится в свои комнаты. Нас тоже никто не тревожил. Даже такие близкие друзья, как Наталья и Николай не пожелали поделиться своим впечатлением о празднике. Видно оставшийся коллектив, объявил нам бойкот.
Но к вечеру стало твориться что то странное. В коридоре послышались крики, шум.
- Девчата, я пойду посмотрю в чем дело.
Но наша дверь вдруг распахнулась и на пороге появилась Пантелеймоновна в респираторе.
- Вы здесь? - замычал под маской ее голос. - С вами все в порядке?
- Да, Вера Пантелеймоновна.
- Вас не тошнит, нет температуры, не теряете сознания?
- Да нет же...
- Слава богу, хоть вы хорошо себя чувствуете. Не двигайтесь и не куда не выходите. Это приказ. Боря запри свою дверь и ни на какие звуки не открывать.
- Что случилась, Вера Пантелеймоновна?
- Трагедия, Боря. К нам проникла какая то болезнь. Я побежала туда...
Врачиха захлопывает двери и я вижу на глазах девчонок ужас.
- Болезнь? - Таня прижимается спиной к стенке. - Неужели проник вирус? Это же...
Ирка сжалась в комок.
- Боря, что же с нами будет?
- Будем ждать. Надо чтобы никто нос в коридор не высунул.
Я закрыл на замок дверь. Сел за стол и задумался. Что за чертовщина, откуда заболевание? Все: от вещей, воды, воздуха до пищи, проходит сан обработку.
- Боря, иди к нам, - просит Ира. - Мне страшно.
Я встаю подхожу к ним и втискиваюсь на кровать между девичьими телами. Ирка сразу прижимается ко мне, схватив под руку. Татьяна доверчиво кладет голову на плечо.
- Боря, не молчи, расскажи что-нибудь, хоть сказку, - просит она.
- Хорошо, слушайте. В некотором царстве, в некотором государстве, жил был...
Я чувствую, они слушают в пол уха, страх охватил обоих, поэтому Ирка зарыла лицо мне в рубаху и тихонечко плачет. Татьяна сжимает пальцами мое плечо...
Проходит час. В коридоре слышен шум голосов и шарканье ног. Несколько раз стучали в нашу дверь и мне приходилось отвечать, что здесь все в порядке. Загудел двигатель непонятной машины и стало слышно постукивание по стенам и по полу.
- Что это? - шепотом спрашивает Татьяна.
- Идет дезактивация, они обрабатывают стены и пол растворами.
- Неужели все пройдет мимо нас?
- Хотелось бы.
- А у тебя респираторы есть?
- Только один, он в тумбочке.
Девчонки все равно не пошевелились, никто в тумбочку не полез. Вдруг в коридоре послышались громкие голоса. К нашей двери подошли и глухой мужской бас спросил.
- А здесь что?
- Трое живых, - ответил незнакомый женский голос. - Врачиха говорит один парень и две девушки.
- Надо их срочно от сюда убрать.
- Глав врач говорит, что завтра утром их от сюда вывезут.
- Ладно, пусть вывозят утром. Накормите их, пищу проверить. Соблюдать все меры предосторожности.
Голоса и шаги удаляются дальше.
- Мы живые, она сказал так, правда? - спрашивает Таня.
- Выходит так.
- Завтра мы уедем...
- Конечно.
- А может быть кто то еще уцелел?
- Завтра мы все узнаем.
Где то часов в 10 вечера нам забарабанили в дверь.
- Эй, кто здесь есть, откройте.
Я осторожно освободился от девчонок и оторвавшись от кровати, подошел поближе.
- Что надо?
- Вас трое?
- Трое.
- Мы привезли вам пищу.
- Сейчас.
- Боря, не открывай, одень респиратор, - слышится вопль Тани.
Пришлось послушаться разумного совета. Вернулся к тумбочке, нашел респиратор и натянул на физиономию.
Когда открыл дверь, то увидел две фигуры, одетые в глухую серебристую одежду с масками на лице. Одна фигура держала два бачка, другая - в полиэтиленовом мешке миски, ложки, кружки.
- Это вам.
Мне протягивают бачки. Я их беру, ставлю у косяка, потом забираю миски, кружки и отношу к столу. Две фигуры не заходят, только следят за моими действиями и изучают обстановку.
- Пищу то есть можно, проверили? - спрашиваю их.
- Все проверено. Бачки оставьте себе до утра, только вымойте.
- А как быть с водой? Нам ее давали по норме...
- Мы весь резервный бак переключим на вашу комнату.
- Здесь есть девушка, которой делали смягчающую добавку в воду...
- К сожалению, мы не знаем все подробности и ничего сегодня делать не будем. Пусть не помоется. А сейчас закрывайтесь и... до утра.
Эти двое неуклюже разворачиваются и уходят в глухой коридор. Я закрываю дверь и срываю респиратор с лица.
- Что они сказали? - спрашивает Таня.
- Похоже мы остались из всего блока здоровыми только одни.
- Это они сказали или ты так думаешь?
- Они сказали, что всю воду из резервного бака переключат на эту комнату, это значит, что уже никому вода не нужна.
Я скидываю уже не нужные книги на пол и выставляю бачки на стол. В одном гречневая каша с подливкой, в другой чай.
- Девочки, идите сюда, поешьте.
- Мне не хочется, - признается Таня.