Страница 61 из 112
Министр обороны (неожиданно резко): Конечно, мадам не имела в виду ничего предосудительного, но ваш вопрос звучит так, словно вы допускаете, что можно доверять явно фальшивым обвинениям Азии в том, будто так называемая катастрофа в Иту Ване является результатом нашего, а не их испытания!
Женщина-репортер: Если это так, то придется вам посадить меня в тюрьму. Вопрос основывается на нейтралистском отчете с Ближнего Востока, в котором говорится, что катастрофа в Иту Ване является результатом испытания оружия Азией, подземного испытания, которое прорвалось на поверхность. В том же отчете говорится, что испытание в Иту Ване было засечено с нашего спутника, и на него был дан немедленный ответ в виде упреждающего удара ракетой «космос-земля» где-то на юго-востоке Новой Зеландии. Но скажите, как вы считаете, не могла ли быть катастрофа в Иту Ване результатом нашего же испытания?
Министр обороны (с вынужденным терпением): Я узнаю журналистскую тягу к объективности. Но предположить, что правительство Его Величества могло бы умышленно нарушить…
Женщина-репортер: Его Величество — одиннадцатилетний мальчик, и сказать, что это его правительство — весьма бесчестная… даже дешевая!.. попытка снять ответственность за категорическое отрицание этого факта с вас самого…
Руководитель пресс-конференции: Мадам! Пожалуйста, воздержитесь от таких выражений…
Министр обороны: Ничего-ничего! Мадам, если вы удостаиваете своим вниманием эти фантастические обвинения, то я готов взять на себя ответственность за отрицание этого факта. Так называемая катастрофа в Иту Ване не является результатом нашего испытания. Добавлю: у меня нет никаких сведений о другом недавнем ядерном взрыве.
Женщина-репортер: Благодарю вас.
Руководитель пресс-конференции: Кажется, вопрос пытается задать редактор «Тексарканского звездоплавателя».
Редактор: Благодарю вас. Я бы хотел спросить Ваше превосходительство: что в действительности произошло в Иту Ване?
Министр обороны: В этом районе нет наших граждан; там нет также наших наблюдателей, поскольку дипломатические отношения были прерваны во время последнего мирового кризиса. Следовательно, я могу полагаться лишь на косвенные свидетельства и противоречивые нейтралистские отчеты.
Редактор: Это понятно.
Министр обороны: Очень хорошо. Тогда я могу высказать предположение, что это был подземный ядерный взрыв мощностью в одну мегатонну, вышедший из-под контроля. Вполне очевидно, что это было какое-то испытание. Было ли это оружие, или, как утверждают некоторые соседние с Азией «нейтралы», попытка отвести подземную реку — в любом случае это совершенно незаконно и соседние государства уже готовят протест во Всемирный Совет.
Редактор: Возможна ли война?
Министр обороны: Я не предвижу ничего подобного. Но, как вы знаете, мы выделили определенный контингент наших вооруженных сил, которые предназначены Всемирным Советом для проведения в жизнь его решений, если это понадобится. Я не вижу такой необходимости, но я не могу говорить от имени Совета.
Первый репортер: Но Азиатская Коалиция угрожает немедленным тотальным ударом по нашим космическим установкам, если Совет не примет мер против нас. Что, если Совет будет медлить с решением?
Министр обороны: Нам не было предъявлено никакого ультиматума. Как я понимаю, угроза была предназначена для внутреннего использования в самой Азии, чтобы прикрыть свою же грубую ошибку в Иту Ване.
Женщина-репортер: А не изменилось ли ваше мнение относительно материнской любви, лорд Раччел?
Министр обороны: Я надеюсь, что материнская любовь имеет такое же неизменное мнение относительно меня, как и я относительно ее.
Женщина-репортер: Я уверена, что вы вполне это заслужили.
Спутники связи, висящие в двадцати двух тысячах миль над Землей, заливали мерцающим видеосигналом большую часть западного полушария, а тот доносил новости с пресс-конференции до панельных стенных экранов в домах граждан. Один из этого множества, аббат Зерчи, выключил свою установку.
Некоторое время он ходил по комнате, ожидая Джошуа, и старался не думать. Но это оказалось невозможным.
«Послушайте, разве мы беспомощны? Разве мы обречены повторять это снова, и снова, и снова? Разве у нас нет иного выбора, как только играть роль Феникса в бесконечном чередовании взлетов и падений? Ассирия, Вавилон, Египет, Греция, Карфаген, Рим, империи Карла и турков. Все распалось в пыль и покрылось солончаками. Испания, Франция, Англия, Америка — сгорели и забыты. И снова, и снова, и снова.
Ужели мы обречены на это, Господи, прикованные к маятнику нашего собственного безумного часового механизма, неспособные остановить его качание? На этот раз он качнет нас к забвению».
Чувство отчаяния неожиданно прошло, когда брат Пат принес ему вторую телеграмму. Аббат вскрыл ее, пробежал глазами и криво усмехнулся.
— Брат Джошуа еще здесь?
— Он ожидает за дверьми, преподобный отец.
— Велите ему войти. — А, брат Джошуа, закройте-ка дверь и включите глушитель звука. Потом прочтите это.
Джошуа посмотрел на первую телеграмму.
— Ответ из Нового Рима?
— Это пришло сегодня утром. Но сначала включите глушители. У нас есть что обсудить.
Джошуа закрыл дверь и щелкнул переключателем на столе. Скрытые звукоподавляющие устройства коротким визгом выразили свой протест. Когда визг умолк, показалось, что акустика комнаты неожиданно изменилась.
Дом Зерчи повел рукой на кресло, монах сел и молча прочел первую телеграмму.
— «…вы не должны предпринимать никаких действий, относящихся к Quo peregrinatur grex», — прошептал он.
— Вы можете хоть кричать, когда включены эти штуки, — сказал аббат, показывая на глушители. — Ну, что скажете?
— Так что, план отменяется?
— Не спешите. Та пришла сегодня утром. А эта — сегодня после полудня.
«Полученное ранее послание не принимать во внимание. По указанию святого отца „Quo peregrinatur“ немедленно приводится в действие. Подготовьте в течение трех дней тех людей, которые должны отправиться. Перед отправлением ждите подтверждающей телеграммы. Сообщайте о любых затруднениях при подборе людей. Начинайте осуществление плана. Кардинал Эрик Хоффстраф, папский наместник».
Лицо монаха побледнело. Он положил телеграмму на стол и сел в кресло, крепко сжав зубы.
— Вы знаете, что означает «Quo peregrinatur»?
— Знаю, но только в общих чертах.
— Сначала собирались послать нескольких священников к Альфе Центавра во главе отряда колонистов. Но план этот не был исполнен, поскольку для рукоположения священников в сан требуются епископы, и за первым поколением колонистов надо было бы послать еще много священников, и так далее. Вопрос был сведен к дискуссии о том, сохранятся ли колонии, и если так, то что нужно предусмотреть на колонизированных планетах для обеспечения апостольской преемственности без обращения к Земле. Вы понимаете, что я имею в виду?
— Пришлось бы послать по крайней мере трех епископов, я полагаю.
— Да, и это выглядит довольно глупо. Группы колонистов лучше делать небольшими. Но во время последнего мирового кризиса «Quo peregrinatur» превратился в чрезвычайный план увековечивания церкви на колонизированных планетах, если на Земле произойдет самое худшее. У нас есть корабль.
— Звездолет?
— Именно. И есть команда, способная управлять им.
— Где?
— У нас есть команда прямо здесь.
— Здесь?! В аббатстве? Но кто?.. — Джошуа вдруг запнулся. Его лицо, казалось, посерело еще больше. — Но, домине, мой опыт в космосе ограничен орбитальными аппаратами, а не звездолетами! До того, как умерла Нэнси и я пришел к цистерциан…
— Я все это знаю. Опыт полетов на звездолетах есть у других. Вы знаете, кто это. Ходит даже шутка, что бывшие космолетчики непременно ощущают призвание к нашему ордену. Это не случайно, конечно. И вспомните: когда вы были постулантом, разве вас не расспрашивали о вашем космическом опыте?