Страница 103 из 112
— Рабочих брюк шесть пар, — раздался из динамика голос далетянки, — роба, куртка, шелковое платье… Чтоб тебе пусто было, Роки.
Сразу же после этого заговорил соларианский радист:
— Встреча состоится через шесть часов. Ожидайте. Учитывая вашу угрозу, мы просим вас стоять в открытом люке шлюза, чтобы мы, стыкуясь, могли видеть вас. Согласие подтвердите.
«Они хотят быть уверенными, что я не окажусь у пульта», — подумал Роки, усмехаясь. Он пробурчал согласие и вернулся к прерванной работе: налаживанию электронных контуров пульта, радиоприборов, а так же ограничителя мощности реактора и сверхсветовой тяги. Сеть проводов, бегущая от механизмов шлюза и коммуникационного оборудования к регуляторам сверх-«це» протянулась по всему кораблю. «Идиот» сбрасывал скорость. Двигатели замерли. Роки привел в действие реле времени на некоторых механизмах, а другие аппараты, на случай иного поворота событий, подключил к другим реле.
Задача была простой: поскольку ничего нового придумывать не пришлось, потому и времени на это ушло немного. Что может быть проще: отключить провода от индикаторной лампы воздушного шлюза, направив их сигнал на релейную секцию калькулятора, которая пошлет импульс в секцию реакторов, если шлюз откроют два раза. В этом случае импульс сдвинет за красную черту стрелку указателя мощности. Релейная станция представляла собой простейшего робота, рассчитанного только на единственную команду: «Если произойдет то, нужно сделать это.»
Роки закончил свою работу почти ко времени рандеву и теперь беспокойно мерил шагами рубку, с нетерпением ожидая встречи с соларианами. Вскоре он увидел, как заплясали стрелки на приборах и выглянул наружу. Сквозь лучевой экран медленно проплыл темный корпус чужого корабля и замер рядом с «Идиотом».
Запустив все реле времени, Роки надел вакуум-скафандр, взял схему проделанных изменений и встал в широко распахнутом люке воздушного шлюза. Соларианский корабль тоже открыл шлюзовой люк, там тоже стояла фигура в скафандре. Присоски чужого корабля, как заметил Роки, были уже активированы, и солариане лишь выжидали удобный момент для стыковки. Сойдясь с сильным толчком, так, что вздрогнули оба корпуса, корабли соединились, сцепившись присосками. Роки оттолкнулся и поплыл в невесомости. Через несколько секунд он оказался лицом к лицу с грузным соларианином. Тот втолкнул Роки во вторую камеру и вошел следом.
Как только Роки снял шлем, чей-то суровый голос проворчал:
— Проверьте, нет ли у него оружия и пустите абордажную команду.
— Я вам не советую туда соваться: люк подсоединен к реакторному регулятору, — негромко сообщил Роки.
— Отлично, — произнес командир соларианцев, остроглазый ветеран с массивным черепом. Он окинул Роки холодным взглядом и презрительно усмехнулся. — Мы прорежем отверстие в корпусе.
— Валяйте, — согласился Роки, — только поспешите, а то сработает подключенный к тяговой системе датчик внутреннего давления воздуха.
— А что там еще есть? — спросил командир, слегка покраснев от досады.
— Много всякого. — Роки протянул ему свою схему. — Передайте это вашему инженеру, пусть разберется. А пока, поверьте, любое ваше действие, например, попытка отключить мои захваты, приведет к взрыву. Либо мы сцеплены друг с другом, либо конец нам обоим. Можете мне поверить.
Соларианский командир был, очевидно, еще и инженером, потому что сразу же занялся схемой, а второй соларианин начал обыскивать Роки. Всего в каюте их было четверо. Трое, держа оружие наготове, следили за каждым движением Роки, подавая друг другу сигналы мимикой или движением головы. Глядя на брезгливые гримасы, Роки отчетливо понял, что они считают его низшим существом.
— Когда же реле активирует сеть контуров? — спросил командир, отрывая глаза от схемы.
— Минут через десять, — ответил Роки, взглянув на часы. — Если периодически не посылать кодированные ответы на запросы моего передатчика, оно включит сверхсветовой двигатель.
— Понятно, — процедил сквозь зубы соларианский командир и приказал своему помощнику: «Уведи его и сними кожу, начиная с ног. Он сразу же выболтает код.»
— Зачем лишние хлопоты, — спокойно отозвался Роки.— Если я могу его сказать прямо сейчас?
У командира от удивления вытянулось лицо.
— Говори.
— Кодом является таблица умножения, принятая на Кофе. Каждые две минуты мой передатчик будет посылать пару цифр. И если вы не ответите, произведя умножение этих цифр, в течение секунды, реле включит двигатель. А поскольку вы не сможете включить свой с абсолютной синхронностью, получится неплохая вспышка.
— Найти кофанскую таблицу — не проблема.
— Что ж, ладно, хотя это вам все равно не поможет.
— Это почему?
— Система счисления у нас основана не на десяти цифрах, как у вас, а на двенадцати, так что, если вы с детства не привыкли к этой системе, вы не успеете достаточно быстро прореагировать.
На скулах соларианина заиграли желваки, рот оскалился.
— У вас есть еще минут семь, — сказал Роки, взглянув на часы. — Можете настроить передатчик и передать ключ мне. Пока я буду охранять наши жизни, мы можем поговорить.
Мгновение поколебавшись, командир кивнул головой одному из охранников и тот быстро вышел.
— Что ж, гомо, на этом мы и остановимся… пока, — с надменной улыбкой он выдержал паузу. — Хотя тебе осталось немного жить, о нашей расе ты узнаешь достаточно много.
— Что вы имеете в виду?
— Ничего особенного, только то, что и передатчик и вся твоя система, рано или поздно все равно выключится.
— Каким же образом вы собираетесь это устроить? — Роки замер.
— Болван! Ты же должен был установить хоть какой-то лимит времени, поэтому мы дождемся прекращения сигналов. Думаю, понадобится несколько часов, не больше.
Роки даже растерялся немного. Соларианин сказал правду. Ловушка перестанет действовать через четыре часа, когда отключится питание в контуре. Правда, он надеялся, что ему удастся избежать упоминаний о ней, потому что решил пропустить один сигнал за полчаса до крайнего срока, если к этому моменту не достигнет цели, и позволить толчку сверх-«це»-тяги разложить два корабля на атомы.
— Вы абсолютно правы, — кивнул он, — На сдачу корабля под мою власть у вас есть четыре часа. Возможно, решив, что мы не договоримся, я раньше прекращу посылать сигналы и тогда… — Роки пожал плечами.
Не говоря ни слова в ответ, командир разослал своих помощников в разные стороны, отдав им какие-то команды, и Роки уже подумал, что тот решил, как проникнуть на «Идиота», не активизируя ловушку. Но соларианин тут же приказал Роки следовать за ним. Пройдя по коридору, они очутились в рубке управления. Роки было достаточно раз взглянуть на приборы, чтобы понять, насколько культура системы Сол отстала от других культур Галактики.
— Прошу к передатчику, — пролаял командир. — Делайте пока, что необходимо, а там поглядим, кто кого переждет.
Сев в кресло и сжав пальцами ключ, Роки бросил на своею противника внимательный взгляд. А тот, устроившись в кресле напротив, тоже наблюдал за Роки сквозь полуопущенные ресницы. «Ну-ну» — говорила улыбка, застывшая на его губах.
— Я — командор Халгрив. А вы, кажется, Эли Роки?
— Неожиданно из динамика раздался рев. Халгрив нахмурился, покрутил регулятор громкости и сигнал зазвучал наподобие музыкальной гаммы.
Он вопросительно посмотрел на Роки.
— Цифровые сигналы начнутся сразу же после мелодии.
— Ясно.
— Учтите, я могу быстро устать, но на сигналы буду отвечать до тех пор, пока не разочаруюсь в вас. Будьте уверены, это не блеф.
— Конечно, не блеф. Всего лишь дешевая бравада.
— Мне думается, что о моей родной планете вам мало что известно.
— Вы правы, но кое-что я знаю.
— А слышали о «Мече Оправдания»?
— Какое отношение это имеет… — самодовольная улыбка слетела с лица Халгрива. — A-а, понятно. Ваш кодекс чести обязывает совершившего ошибку уйти из жизни. И вы, естественно, думаете, что сможете пропустить сигнал, не особенно жалея себя.