Страница 68 из 138
На выжженные поля. На леса, обернувшиеся пеплом. На город чуть поодаль - его развалины, от которых поднимался чёрный дым.
На горы окровавленных тел, наваленных друг на друга.
И поняла, что уже не на утёсе, а рядом с ними: на безжизненной, залитой кровью земле. Вглядываюсь в искажённые мукой лица. В пустые, мёртвые глаза Кристы, разметавшей золотые локоны по обезображенному телу Дэнимона, навсегда застывшим взглядом смотревшей в небо.
А рядом - Лод в окровавленной мантии. И Алья: в одной руке меч, с которого стекают тягучие алые капли, в другой - чёрное знамя, скользящее по ветру.
- Мы победили, - Лод, улыбаясь, положил руку мне на плечо, пятная кровью белый шёлк моей рубашки.
- И всё благодаря тебе, - Алья торжественно отсалютовал мне тонким, изящным клинком. - Даже люди иногда бывают полезны.
Липкий, пробирающий до костей ужас сковал тело холодной волной.
Этого не может быть. Это слишком... нереально?
Да. Нереально. В том-то и дело.
А значит...
- Это сон, - прошептала я, зажмурившись. - Только сон.
- Но многие сны - тайные желания. Или тайные страхи, - негромко произнёс кто-то за моей спиной. - Те, в которых ты не признаёшься даже самой себе.
Я открыла глаза: кругом была чернота. Абсолютная, непроницаемая, без направления и границ - но я отчётливо видела своё тело, будто оно слабо светилось изнутри.
И обернулась.
- Акке?!
Иллюранди задумчиво смотрел на меня: одежды сливаются со мраком - но лицо сияет призрачной, пепельной серостью, и глаза горят бледными сапфирами.
- Значит, этого ты боишься. Вот как... - тонкие бесцветные губы демона окрасила улыбка. - Ещё одно, в чём вы с Лодом похожи.
Я отступила на шаг, удивляясь, что у меня это получилось - ведь под ногами была всё та же чёрная пустота:
- Что...
- Он тоже всегда отличает сон от яви. Удивительное свойство, на мой взгляд, - демон сощурился. - А тебе пора просыпаться.
Опора ушла из-под ног, на миг перехватило дух - и я, нелепо взмахнув руками, полетела вниз, в тёмную бездну; а иллюранди бесстрастно наблюдал, быстро удаляясь кверху, обращаясь крохотной серой точкой...
А потом я действительно открыла глаза - и уставилась в незнакомый потолок, отделанный светлыми каменными плитками: чувствуя, как бешено колотится сердце, и внутри всё сжимается, точно я всё ещё лечу.
Где я?..
И вдруг поняла, что рядом кто-то сопит.
Я повернула голову - и чуть не уткнулась носом в широкую складчатую морду, делившую со мной подушку.
От неожиданности я отпрянула прежде, чем сообразила, что это всего-навсего спящий бульдог.
Впрочем, нельзя сказать, что от осознания этого факта мне стало легче.
Схватив с края шкуры очки, я торопливо выпуталась из-под одеяла и скатилась с постели.
- Доброго пробуждения, - послышался знакомый голос.
Сев на полу, я обернулась.
Лаборатория Лода, точно. Я же теперь сплю здесь. А вот и сам Лод: сидит за столом, неподалёку от меня, и пишет что-то на листе пергамента.
- Кажется, ты понравилась бульдогу, - не глядя на меня, произнёс колдун. - Как Морти принесла его утром, так сразу у тебя устроился.
Я торопливо стянула с постели одеяло, прикрыв голые ноги. Уставилась на собаку, блаженно похрапывавшую, лёжа на боку. Размер - едва ли с кошку. Стоячие, как у летучей мыши, уши. Приземистые лапки, смешно вытянутые вперёд. Короткая, серая, отливающая в сизый шерсть - кажется, такой окрас называют голубым; на груди - узкое длинное пятно, похожее на белый галстук.
На моей подушке бульдог явно чувствовал себя, как дома.
- Откуда он у вас?
- Он принадлежал мэнэзжиру. Совсем маленький был, когда они к нам попали, - Лод аккуратно макнул металлическое перо в чернильницу. - А когда мэнэзжир умер, бульдога забрала Лита.
Холод каменных плит жёг ноги, но я сидела и разглядывала пса. Убеждая себя, что в этом маленьком создании нет абсолютно ничего страшного - и, соответственно, смутное желание немедленно вскочить и выбежать в другую комнату глупо и безосновательно.
В нашем доме никогда не было животных. Маме не повезло родиться с аллергией на шерсть, а я и не страдала по этому поводу: когда наши ровесники клянчили у родителей котят или щенят, мы с Сашкой просили новые игровые приставки. В итоге я животных не любила и совершенно не знала, как с ними обращаться - хотя мама подкармливала бездомных собачек во дворе, регулярно поручая мне выносить им остатки еды.
Это и привело к тому, что в восемь лет я стала бояться собак.
Тогда я вынесла еду очередной безобидной дворняжке, обитавшей рядом с нашим подъездом и недавно ощенившейся. Я нагнулась, пытаясь разглядеть малышей - а их мамаша вдруг цапнула меня прямо в лицо, да так, что у меня до сих пор под нижней губой белеет косая чёрточка шрама.