Страница 64 из 138
Я помолчала.
Да, наверное, так и надо делать. И стоило так делать - всю прошедшую неделю. Тогда сейчас хоть одной проблемой было бы меньше.
Значит, моя великая любовь к Сашке действительно была лишь сочетанием определённых гормонов? Раз прореха решила, что я могу от неё отказаться? Или это решила не прореха, а что-то внутри меня самой?
Нет, быть такого не может.
Ведь если это так - моя теория о том, что любви не существует, верна; а жить, убедившись в этом, будет крайне тоскливо.
- Почему она убежала? - всё-таки спросила я. - Раз она... тебя... она бы не захотела тебя оставлять.
- Ты же умница, - криво улыбнулся Лод. - Догадайся сама.
- Она сказала тебе... правду, а ты...
- Тогда все мои мысли были только о Морти. Она ещё не проявила ко мне явной благосклонности... да тогда я на неё и не надеялся. К Льене я относился хорошо, но исключительно как к... тому, кто мне интересен? Или кому-то... слабому, кого требуется защищать? Она точно не была мне другом... откровенно говоря, я даже равной её не считал, - в голосе Лода звучала прохладная задумчивость. - Я видел, что у неё ко мне особое отношение, но решил ничего не предпринимать. А когда она прямо потребовала у меня ответа, сказал всё, как есть. И это её доконало. - Его взгляд потускнел. - Алья наказал её не за то, за что расправлялся с остальными. Льена ведь была не из этого мира, и к его боли никакого отношения не имела. Но она убежала, и если бы она рассказала светлым всё, что здесь видела - это было бы очень неприятно. И Алья заявил, что, раз я не могу уследить за своей зверушкой, которая норовит сбежать к светлым, несмотря на всю мою доброту... то для общего блага он забирает её себе. С тех пор я больше её не видел. И предпочитаю не задумываться о том, что с ней стало.
Я искоса поглядывала на колдуна из-за занавеси волос:
- Неужели ты до сих пор не можешь себя простить? За неё?
- Я... приручил её. Я не хотел этого, но так вышло, - Лод покачал головой. - Я просто хотел... быть к ней добрым. Чтобы ей не было плохо. Чтобы она не была несчастной.
Милосердие. Снова это треклятое милосердие. Сколько людей во все времена в конечном счёте умерло из-за него?
- Тогда зачем винить себя? За то, в чём ты не виноват?
- То, что я не хотел её смерти, не значит, что я не виноват. - Лод прикрыл глаза. - Я должен был поступить с Льеной так, как предлагал тебе. Стереть ей память и отправить наверх, к светлым. Но моя проклятая гордыня... я так хотел стать первым, кто обуздает проход между мирами. А без неё в этом деле было не обойтись, - он усмехнулся с неизбывной печалью. - Мой дракон... наверное, именно тот случай помог мне его обуздать.
- Дракон?..
- Я - правнук Ильхта Злобного, Снезжана. Во мне течёт кровь того, кто пролил реки крови других. Того, за чьи грехи целый народ расплачивается вот уже триста лет. И мой отец не уставал мне об этом напоминать: чтобы я никогда не стал таким же, - Лод открыл глаза, взглянув прямо на меня - спокойным, полным боли взглядом. - Ты знаешь, что Акке видел ту войну? Он помнит и Тэйранта, и Ильхта. И он говорил отцу, что я похож на него. На своего прадеда. Тот же острый ум, та же долгая память, то же спокойное отношение к тому, чтобы причинить другим боль. Та же жестокость к тем, кто оскорбил тебя или твоих близких. Я ведь с детства никогда не забывал обид - я всё принимал к сведению. А потом не просто мстил: уничтожал. Не всегда физически, но всегда - морально, - он сощурился. - Тебе ведь это знакомо, не правда ли?
Я промолчала.
Когда я только поступила в школу, одноклассники мной восхищались. Они пытались сделать меня лидером. Но я не лидер по натуре - и я отказалась.
Дети совсем не такие милые, какими их считают родители. Они - маленькие волки: милые, наивные... и жестокие. И всегда выбирают себе вожака. А ещё дети - да и взрослые - не любят тех, кто отличается от них. Если бы я возглавила их, мне бы простили мою особенность; но я отказалась - и мне ничего не простили.
Все неприятности исходили от девчонок. Мальчики меня уважали: потому-то я и подружилась с Сашкой. Но мальчишек в классе было всего семеро, а девчонок, для которых я стала соперницей - в два раза больше. Некоторые, впрочем, впоследствии пытались со мной подружиться. Как оказалось, исключительно потому, что им лень было самим делать домашние задания, да и подругам я наверняка позволила бы списывать у меня на экзаменах...
Мне крупно повезло, что в мои тринадцать интернет уже вошёл в повседневную жизнь простых обывателей: удивительно, как много можно узнать, если без проблем умеешь взламывать страничку в социальных сетях.
Когда мы с Сашкой начали разыгрывать влюблённую пару, меня перестали игнорировать. Мне стали строить козни. Мелкие, конечно, но пакости. Некоторые пытались настроить Сашку против меня - и потом сильно об этом жалели: мстить в век информационных технологий легко. Особенно если твои враги не без греха. Не буду вдаваться в подробности, но я без раздумий пускала в ход взлом чужих компов, телефонов, аккаунтов в соцсетях или просто электронной почты. А потом шантажировала их обладателей: спокойно констатируя, что если от нас с Сашкой не отстанут, то, к примеру, вон то интересное фото, где очередная недоброжелательница лежит на родительской кровати со своим бывшим - в весьма неприличной позе, да ещё с весьма неприличным отсутствием одежды - будет опубликовано и очень порадует общественность...