Страница 3 из 138
Казалось, я могла слышать, как бурлят её мысли, доведённые до точки кипения.
- Зачем сразу так? - равнодушно ответила я. - Не всех. Только тех глухих тугодумных индивидуумов, которые в данный момент мешают мне наслаждаться видом закатной реки.
Наверное, в этот момент в глазах у Машки помутилось от гнева.
Наверное, в этот момент все извилины в её мозгу распрямились от ненависти.
Наверное, в этот момент она шагнула ближе ко мне, и я ещё могла оглянуться, увернуться...
Но всё это я сообразила лишь тогда, когда от резкого толчка потеряла равновесие - и судорожно вцепилась в толкнувшие меня руки, балансируя на краю.
Поздно.
Несколько секунд, в течение которых я, свалившись с гранитного парапета, летела в реку, растянулись в бесконечность; а потом грязная вода залилась в глаза, в нос, в уши, в изумлённо открытый рот. Лихорадочно взмахивая руками, пытаясь разглядеть сквозь муть, где же просвет поверхности, удивляясь тому, как глубоко я упала, я закашлялась - и хлебнула ещё.
Не думаю, что Машка всерьёз хотела меня убить. Наверное, просто хотела сделать... что-нибудь. Что-нибудь гадкое. И сделала это - прежде, чем подумать.
Но это было неважно.
А важно было то, что я не умела плавать.
Боль сдавила грудь железными обручами, в глаза прыгнули странные зелёные пятна - и всё померкло.
Первое, что я помню после того, как в моих глазах померк свет - поцелуй.
Поцелуй, вместе с которым кто-то отчаянно пытался вдохнуть в мои лёгкие воздух.
Но, впрочем, можно было обойтись и без этого - ведь сам факт поцелуя изумил меня настолько, что я немедля открыла глаза и вскочила, едва не расшибив своему спасителю нос; жадно вдохнула, судорожно закашлялась, и вода хлынула у меня изо рта.
- Что... кто... - отплевавшись, прохрипела я, лихорадочно моргая: очки куда-то делись, так что лицо спасителя, поспешившего отпрянуть, виделось сквозь мутную пелену близорукости.
Я отчаянно сощурилась. Когда это не помогло, вскинула руки, натянула себе веки, сделав 'китайские глазки' - и мир наконец обрёл чёткость: позволив мне с удивлением рассмотреть человека, сидящего на коленях передо мной. В длинных, насквозь мокрых серых одеждах, походящих на мантию.
Потом, с ещё большим удивлением - того, кто стоял рядом: с кожей цвета серого пепла, с волосами цвета снега, с глазами цвета солнца.
Я уже видела таких, как он. На картинках. Или в играх.
Их называли тёмными эльфами, или дроу.
...а потом я огляделась вокруг.
И вместо гранитной набережной Москвы-реки, залитой закатным солнцем, увидела тёмный сад. Спокойный пруд с чёрными мраморными бортиками, обильно разросшиеся розовые кусты с серыми мёртвыми листьями - и бледные розы, светившиеся в окружающей их ночи мягким, призрачным сиянием.
Что за чёрт?!
Может, я всё-таки утонула? А это - загробный мир? Хотя для загробного мира как-то мрачновато... но в качестве кары за неверие - в самый раз.
Я вновь обернулась к тем, кто, видимо, вытащил меня из воды. Детали близорукость разглядеть не позволяла - даже с 'китайскими глазками' - но я угадывала на лицах обоих то же удивление, что лишило меня дара речи.
- Где я? - слова вышли хриплыми, как кашель простуженного ворона; горло горело огнём. - Как я сюда попала?
Мои слова вызвали у парочки странную реакцию: ничего не ответив, они многозначительно переглянулись.
- Ех сагли фьер, - ровно сказал тот, кто сидел рядом со мной; черты его лица терялись в темноте, и я видела лишь мокрые русые волосы, облепившие овал белокожего лица. - Хун мар фра хёдрум хейми*.
- Ех скилди, - отчего-то мрачно ответил дроу. С изящной небрежностью махнул рукой в мою сторону. - Саз скерра нимюр*.
(*прим.:
- Я же говорил. Она из другого мира.
- Я понял. Выруби её (ридж.)
Первый вздохнул, а я только моргнула. Это что ещё за язык?..
Времени на размышления мне не дали: человек в мантии вскинул руку - и темнота, из которой я с боем вырвалась менее минуты назад, ласково приняла меня обратно в свои объятия.