Страница 5 из 122
Все большее число американцев начинает понимать, что правящие круги США развернули шумную кампанию вокруг справедливого приговора шпионам и изменникам под фальшивым лозунгом «защиты» прав человека, руководствуясь отнюдь не какими–то идеалами «гуманности» и «демократии». Как свидетельствовал обозреватель газеты «Вашингтон пост» У. Разберри, их главная цель — отравить международную обстановку, отвлечь внимание мировой общественности от грубого попрания прав человека в Соединенных Штатах.
Официальные лица госдепартамента и Белого дома, писал он, в зловещих тонах говорили о «пересмотре от-* ношений» с Советским Союзом. В воздухе ощутимо пахло дипломатической грозой — и все это из–за того, что два человека предстали в России перед судом зй нарушение советских законов.
Между тем в северокаролинской тюрьме в США, продолжает обозреватель, томится священник Бенджа-* мин Чейвис, один из «уилмингтонской десятки», осужденной по обвинению, непосредственно связанному с борьбой за гражданские права. Не единицы, а миллионы американцев убеждены, что истинной причиной осуждения «десятки» явилась их активная борьба за права человека. Администрация же Вашингтона помалкивает о вопиющей несправедливости в отношении Чейвиса и других.
Когда президента США, пишет Разберри, спросили на пресс–конференции об этом широко известном деле, которое признано международными организациями как пример нарушения прав человека, он ответил, что не знаком с деталями и, кроме того, считает, что оно относится к юрисдикции штата Северная Каролина. «Я против несправедливого заключения в тюрьму», — сказал президент. Но кто же публично выскажется в пользу несправедливого осуждения? Что же касается незнания деталей, то, как здесь считают, президент мог бы узнать о Чейвисе ео всяком случае не меньше, чем о Щаранском, — если бы он этого хотел. Его молчание по «делу» о «уилмингтонской десятке» стремятся объяснить тем, что, будучи президентом, он не может вмешиваться в судебные дела штата Северная Каролина. Но логично заключить, что американский президент имеет никак уж не меньшее влияние на северокаролинский суд, чем на советский, иронически замечает обозреватель.
А вот что писал американский журнал «Ныосуик».
«После процесса Щаранского Советское информационое агентство — ТАСС распространило материал, в котором дело Щаранского связано с делом 38-летнего Филатова, приговоренного несколькими днями ранее к расстрелу за шпионаж в пользу иностранной державы. Дэвид Мартин из вашингтонского отделения «Ньюсуик» исследовал дело Филатова и составил публикуемое сообщение.
Четыре года назад, когда Филатов работал дипломатом в Алжире, его завербовала американская разведка. Вербовке предшествовала организованная «ловушка с приманкой» — так разведчики именуют заранее подготовленную компрометирующую ситуацию с участием женщины. Была использована склонность Филатова к легким связям и найдена соответствующая партнерша.
В должный момент Филатова сфотографировали и, показав снимки, подвергли шантажу. Американцы, которые отныне держали его в руках, позднее передавав ли Филатову деньги, включая 24 золотые царские монеты. Они снабдили его шифром, принадлежностями для тайнописи, радиоприемником и миниатюрным фотоаппаратом в виде бутановой зажигалки. В Вашингтоне сейчас никому и в голову не пришло притворяться и отрицать, что это — дело рук ЦРУ.
В 1976 году Филатов возвращается в Москву и приступает к своей работе на ЦРУ. Одновременно начинается и неуловимая связь с Щаранским. В основном Филатов действовал самостоятельно, получая инструкций по радио, передававшиеся в убыстренном темпе мощными короткими импульсами. Когда семья не была рядом, Филатов надевал наушники, записывал сгустки Сигналов на пленку, затем медленно прокручивал пленку, расшифровывая полученные указания. Информацию, Составленную кодированной тайнописью, он отправлял за рубеж в письмах, на вид совершенно невинных. Для пересылки фотопленки и получения других инструкций и снаряжения Филатову приходилось полагаться на тайники в разных районах Москвы.
По–видимому, роль главного связника Филатова играл сотрудник ЦРУ Винсент Крокетт, который в списках посольства числился в должности «архивариуса» при майоре Роберте Уоттерсе из управления военной разведки. Среди обвинений против Щаранского — его связь с Робертом Тотом, американским журналистом, знавшим Роберта Уоттерса. Однажды Тот получил от майора записку с одобрением его действий. Записка эта попала к русским.
В сентябре 1977 года, меньше чем через полгода пребывания в Москве, Крокетта и его жену Бекки задержали у одного из филатовских тайников, рядом с Костомаровской набережной на Яузе. Крокеттов без шума выслали из Советского Союза — Бекки написала друзьям в Рестон, штат Вирджиния, что они уезжают после пожара в американском посольстве — и они получили назначение в Бонн. Русского шпиона арестовали».
И еще одно свидетельство — газеты «Чикаго сан тайме»:
«Был ли Анатолий Щаранский, которого судили в Москве за измену родине, невиновен?.. Со времени признания Щаранского виновным и вынесения ему сурового приговора американская печать посвятила массу редакционных статей выражению своего гнева, но изучила ли она улики против Щаранского с достаточной степенью объективности?
В отличие от Гинзбурга, советского диссидента, который был признан виновным в «антисоветской агитации и пропаганде», Щаранскому было предъявлено обвинение в повсеместно признанном преступлении — предательстве. Его обвинили в передаче сведений о советской оборонной промышленности и оборонных объектах западной «военно–разведывательной службе» через «иностранного корреспондента». Действительно ли это так уж неправдоподобно?
Мы знаем, что Щаранский, специалист по электронно–вычислительной технике, передавал информацию Роберту Тоту, бывшему корреспонденту газеты «Лос—Анджелес таймс» в Москве. Тот отрицал, что он, Тот, передал затем эти сведения сотрудникам западных разведывательных органов. В весьма спорной статье он недавно писал, что никакие сведения, полученные от Щаранского, не носили «секретного» характера, но по меньшей мере одной из его статей в свое время предшествовал заголовок «Русский косвенно разглашает «государственную тайну».
Нем также известно, что некоторые американские корреспонденты и редакторы долго служили на побегушках у разведывательных ведомств (хочется надеяться, что они этого больше не делают).
Некто Саня Липавский, бывший еврейский активист, как утверждают, показал на суде, что главная цель Щаранского заключалась в «изменении существующего строя в Советском Союзе». Но так ли уж неправдоподобна эта цель? Разве она не может дать мотив для предательства»?
У американской общественности не встретила поддержки и резолюция палаты представителей конгресса США «в защиту» проходимца Ю. Орлова, который был приговорен Московским городским судом за вполне конкретные и полностью доказанные подрывные антисоветские действия. Помимо систематического распространения антисоветских материалов на территории СССР, Орлов вошел в контакты с представителями иностранных государств и через них передавал за границу антисоветским центрам материалы клеветнического характера, порочащие советский государственный и общественный строй.
Такая антиобщественная деятельность является преступлением, караемым законом. И это отлично извест-: но американским конгрессменам, как и то, что не может иметь никакой силы и нет никакого оправдания тому, что американский законодательный орган принимает резолюцию по делу, которое совершенно не относится к его компетенции.
Пора любителям вмешиваться в чужие внутренние дела понять, что в отношении Советского Союза такиё попытки совершенно бесперспективны. Они встречают осуждение советских людей, отлично знающих, что лицемерные радетели прав и свобод человека ежедневно и ежечасно нарушают их в отношении подавляющего большинства населения своих стран. Наш народ живет по сеоим, социалистическим законам, он обладает правами, за которые народам стран капитала предстоит еще упорно бороться. Никому — ни жалкой кучке предателей и иностранных агентов, ни их зарубежным покровителям, какие бы высокие посты они ни занимали, — не дано закрыть солнце свободы, взошедшее над братскими странами социализма. Вопреки всем и всяческим недругам, сияние его лучей доходит до миллионов и миллионов Людей всех континентов.