Страница 2 из 66
— Рейнбоуленд для тех, кого сейчас называют ЛГБТ;
— Пуритос для асексуалов;
— Шактириан для доминантных женщин и их рабов-мужчин;
— Яньжэнь для доминантных мужчин и женщин-рабынь;
— Дуплексиан для тех, кто любит менять доминирование на подчинение и обратно.
Окружены основные острова нейтральными или как их здесь называли, цивильными, где были обычные порядки — с поправкой на нравы Девианса, разумеется. Эти острова даже названий не имели, только порядковые номера: Цивиллер-1, Цивиллер-2…
На Цивиллере-7 расположены посольства, в том числе итальянское. И Эрик может получить там статус беженца, деньги на самолёт в Европу.
«Я спасу его из этого ада!» — твёрдо сказала себе Виолетта.
Эрик убирал квартиру Виолетты. Не дело рабу ждать, когда Госпожа объяснит, для чего он нужен. Не прояви в своё время Эрик инициативу и настойчивость, не стал бы инженером-программистом, да ещё и со специализацией в защите цифровых коммуникаций.
Только благодаря этому его и купила одна из самых красивых и влиятельных Госпожей Шактириана. Для раба надеяться только на внешность глупо. Молодость не длится вечно, к тому же в чём-чём, а в мужской красе на Шактириане недостатка нет. Смазливых рож и накаченных тел тут полно, поэтому постельные игрушки надоедают быстро. Раб, который годится только для сессий — процесса ублажения Госпожи как такового и наслаждения её воздействиями — очень скоро оказывается в общественных развлекателях, а то и вообще вылетает в Цивильню, где на него ни одна женщина и не взглянет. Точнее, взглянут-то многие, но ни одна из них не способна дать того счастья, которое приносит внимание Госпожей.
Кроме цивилов на нейтральных островах было немало кинкеров обоего пола и любой ориентации, иначе говоря, людей, которые не являлись Доминантами, Садистами, сабмиссивами и мазохистами в полном смысле слова, а время от времени в той или иной степени приправляли этим обычный секс. Допуск на основные острова у кинкеров свободный, но они появлялись здесь крайне редко и только по делу — чувствовали себя неуютно, нравы для них были слишком откровенными, а порядки обременительными.
Иначе говоря, в спальне от кинкерши польза хоть и крошечная, но есть — в отличие от цивилки, которая, будь хоть первой красавицей мира, а возбуждает не больше, чем портьера или покрывало.
Поэтому лучше Служба Общих Удовольствий, СОУ, чем высылка в Цивильню.
Академия каждый семестр отправляла курсантов в Цивильню на целую неделю. Даже одной такой экскурсии достаточно, чтобы понять — лучше в петлю, чем потерять шактирианский вид на жительство.
Потому-то Эрик и старался получить хорошую профессию. Она позволяла оставаться при Госпоже до глубокой старости. На практике Эрик вдоволь насмотрелся на дедков, которые служили своим Госпожам по мере оставшихся сил и получали соразмерное возрасту вознаграждение в виде сессий от Хозяйки, её дочерей, внучек и взрослеющих правнучек, приехавших из Цивильни домой. Видел и тех, кто отправился после пенсии в пансионат для стариков в Цивильне. Пусть бывшие рабы и пребывали там в комфорте и довольстве, окружённые заботой сиделок и врачей — к старости на пенсионном счёте раба сумма скапливалась весьма солидная, её хватало на самый лучший сервис, но жить приходилось в чуждом мире, где шактирианцев никто не понимал, а потому им не с кем было и словом перемолвиться.
Эрик поёжился. «Если Госпожа не сделает меня настоящим рабом, я познаю Ад на Земле, и он будет страшнее любого из тех, которыми пугают церковники всех конфессий».
Квартира сияла чистотой, свежевыстиранное и переглаженное бельё благоухало свежестью, теперь самое время заняться ужином.
В холодильнике Госпожи был только фастфуд и полуфабрикаты для приготовления в микроволновке.
И денег на продукты она не оставила.
В принципе, ничего страшного не случится, если Эрик купит их сам, по кредитке пенсионного счёта, но неизвестно, что Госпожа любит, и нет ли у неё на какие-то продукты аллергии. Организм у всех разный, бывают и такие, кто ест гамбургеры без вреда для здоровья, а от полезной и диетической овсянки окажется при смерти.
Эрик внимательно изучил этикетки упаковок с готовой едой, бутыльков с кетчупом и майонезом. «Да тут хорошая запеканка получится. И посуда для неё есть, такие квартиры сдают сразу со всем необходимым жильцу».
Хозяйственные работы успокоили, вернули уверенность в себе. Он снова был жрецом прекрасной Богини, служил ей, заботясь об удобстве и уюте её храма. Это его место и его дело, то, для чего Эрик рождён, к чему почувствовал влечение ещё до того, как началось половое созревание.
Он улыбнулся, вспомнив, как в шесть-семь лет ему нравились сказки о драконах и рыцарях, которые служили принцессам. И как нянюшка Роза уговорила его не бояться переезда к нянюшке Джейн, сказав, что там все мальчики и девочки любят такие сказки, а потому их будут читать каждый вечер. Не то что тут, где у каждого свой вкус, и поэтому любимые сказки Эрик слышит два раза в месяц.
А ещё в воспитательном доме нянюшки Джейн была девочка Марта, которая стала его первой Госпожой. Тогда это была просто невинная детская игра в принцессу и рыцаря-дракона, они сами не понимали её природы, но позже, когда Эрик узнал о том, каков мир Девианса, и осознал своё место в нём, то назвал Марту Госпожой. И пожалел, что она давно живёт у другой нянюшки.
Воспоминания не мешали готовке, и вскоре на красиво сервированном столе оказалась превосходная запеканка.
А как и когда готовить ей ванну, Госпожа скажет сама.
В чём в чём, а в отсутствии упорства, скрупулёзности и находчивости Виолетту упрекнуть не мог никто. Как и в том, что она отказывается от трудных задач.
Психологом Виолетта не была, но словарь творит чудеса. Полтора часа работы, и Виолетта стала понимать в профессиональных статьях о стокгольмском синдроме каждое слово.
К счастью, новенький планшет с режимом голосового управления позволял работать прямо в спа-салоне, не отрываясь от занудных процедур, пройти которые вынудил шеф.
«Надо признать, — думала Виолетта по дороге домой, — они отлично восстанавливают душевное равновесие. Если бы ещё всё это делали вольнонаёмные, а не рабы…»
Едва переступив порог квартиры, Виолетта оцепенела от изумления. Холл каким-то непостижимым образом стал светлее и уютнее, из столовой доносился аромат чего-то вкусного.
— Что это? — пробормотала она. — Как это?
Эрик опустился на колени и склонился к её ногам.
— Позволите предложить вам домашние туфли, Хозяйка?
Виолетта отпрянула.
— Никогда не смей больше этого делать! — сказала она резко. — Встань немедленно!
Эрик поднялся, но смотрел в пол.
Виолетта проговорила мягко:
— Я не сержусь на вас, Эрик. Но вы теперь свободный человек и не должны мне прислуживать. Вы просто снимаете у меня комнату. А живёт каждый сам по себе и сам о себе заботится.
Эрик молчал. Виолетта добавила всё так же мягко, как учили в статьях:
— Для вас это ново, но вы скоро привыкните. Для начала называйте меня только по имени и перестаньте встречать у порога.
— Что я должен делать, когда вы приходите? — ровно, слишком ровно спросил Эрик.
Виолетта приветливо улыбнулась и постаралась сказать легко и беспечно:
— Ничего. Занимайтесь своими делами. Выберите себе какие-нибудь онлайн-курсы для получения профессии посерьёзнее домработника. Вы ведь умеете читать?
— Я инженер-программист, специализирован в области защиты цифровых коммуникаций. У меня диплом с отличием и два года практики. Причём не абы какой, а под руководством начальника службы охраны в крупной международной фирме. Всё это есть в моём досье.
Виолетта довольно улыбнулась: в голосе Эрика явственно прозвучала твёрдая решимость указать собеседнику на его неправоту.
— Что ж, — сказала она, — проблем с поиском работы у вас не будет.
— В первую очередь проблем не будет у вас, когда вы станете продавать меня кому-нибудь из Госпожей Шактириана. Полученная сумма компенсирует то неудобство, которое я вам доставил.