Страница 174 из 344
Я сразу же вспомнил о БАРОНЕ. Чёрт возьми, книги-то у него в библиотеке самые что ни на есть Земные! Откуда они могли взяться на другой планете!? Абсурд, нереально, исключено! Но, если я нахожусь всё-таки на Земле, то почему таких книг нет ни у кого другого на этих Островах? Или есть? И вообще, почему местное население не имеет никакого представления о земной цивилизации, о её истории, географии, о её писателях, поэтах, художниках, философах, учёных? А христианство, мусульманство, буддизм и так далее? Почему нет этих религий!? Полный бред!
Живут аборигены в каком-то своём маленьком мирке, по непонятным причинам отрезанном от всего остального мира. Живут и живут: дружат и враждуют, любят и ненавидят, радуются и страдают, веселятся и грустят, философствуют и сходят с ума, едят и пьют, строят и разрушают, воюют и мирятся. Всё как у всех во все времена. Острова, Острова… Где же я нахожусь, в какой точке Земли, в каком её историческом периоде развития, если это действительно Земля? А если всё-таки не Земля, то что?
Мысли мои потеряли первоначальную стройность и ясность. Хаос, отчаяние, злость и безнадежность захлестнули мой разум. Надо побыть наедине с самим собою, осмыслить и переварить новые знания, вернее, всплывшие в памяти воспоминания. «Познание рождает печаль»… Божё мой, какая всё-таки это великая и мудрая мысль! Я только сейчас понял и до конца осознал всю её глубину! Ладно, пора возвращаться в действительность! Я встряхнул головой, легко поднялся с кресла, всей грудью вдохнул солёный и холодный ветер, замышляющий шторм.
— Что-то вы все темните, господа, искусно и не очень уводите меня от основной темы. Нехорошо, нехорошо! — возмутился я. — Где же всё таки ПОЭТ, чёрт возьми!?
Все молчали, скорбно и печально. У меня засосало под ложечкой, сердце гулко и быстро забилось, стало как-то зябко и нехорошо. Ветер закончил насиловать небо и принялся за паруса, отчего они, в свою очередь, заставляли гнуться и скрипеть мачты. Серые облака хаотично и тяжело клубились над головой, стараясь как можно плотнее придавить корабли к свинцовым волнам.
— Сир, ПОЭТ исчез, — осторожно сказала ГРАФИНЯ.
— Как исчез? — удивился я. — Его вроде бы выловили из воды, вместе с ПОСОХОМ.
— Выловили-то, выловили, поместили в отдельную каюту, приставили матроса для обслуживания и Гвардейца для охраны, как Вы давеча приказали, а наш герой взял, да исчез! Испарился в воздухе, Сир, — мрачно произнёс ШЕВАЛЬЕ. — Ищем… Я поднял на ноги всех, прежде всего своих агентов. Стараемся изо всех сил.
— Что с его бумагами?
— Какие бумаги вы имеете виду, Государь?
— Любые бумаги, таинственный вы наш! — я начал закипать и это не могло привести ни к чему хорошему. — А главным образом меня интересует Летопись! Где Летопись!? Где Имперский Цитатник!?
— Каюта абсолютно пуста, Сир, — ШЕВАЛЬЕ стал слегка заикаться.
— Как это — абсолютно пуста? Что, из неё вынесли даже мебель?
— Государь, я не то имел в виду. В каюте нет никаких бумаг.
— Вообще никаких? А что говорят охранники?
— Сир, они в полном недоумении. ПОЭТ словно испарился. Ничего не могут понять! Ни у кого нет никаких более-менее внятных объяснений произошедшего события.
Я прошёлся по палубе, сосчитал до десяти, стараясь справиться с охватившим меня волнением.
— Сударь, вы помните один наш очень серьёзный разговор, который имел место быть совсем недавно?
— Конечно, Государь, — напрягся и побагровел юноша.
— О чём шла речь? — глухо спросил я.
— О верности и недопущении серьёзных ошибок впредь, Сир.
— Как вы считаете, — похищение Придворного Летописца и Поэта тайными врагами на глазах сотни ваших агентов и тысяч моряков и воинов является вашей серьёзной ошибкой? — я впился пронизывающим и горящим взглядом в ШЕВАЛЬЕ.
— Это моя серьёзная ошибка, Сир. Признаю!
— Ваше Величество, но ещё не всё ясно, — осторожно попыталась прервать наш диалог ГРАФИНЯ. — ПОЭТ мог где-то заснуть, в трюме или в какой-нибудь шлюпке, просто удалиться от суеты, помечтать, подумать. Вы же его знаете. Он мог…
Я скрипнул зубами и так посмотрел на девушку, что она сразу же прикусила губку и осторожно отошла в сторону.
— Как вы считаете, похищение рукописей Придворного Летописца и Поэта, в частности, Летописи и Имперского Цитатника, является чрезвычайным происшествием и вашим вопиющим упущением? — продолжил я.
— Да, Сир, — ответил юноша дрожащим голосом.
— Как вы считаете, правильно бы я поступил, если бы прямо сейчас и здесь разрубил бы вас на две части?
— Абсолютно правильно, Сир!
— Вы понимаете, что я действительно способен сделать это, разрубить вас на две половинки, которые потом бы раскромсал ещё на несколько фрагментов. И всё это произошло бы ещё до того, как первая капля крови упала бы на палубу?!
— Да, Сир, — голос ШЕВАЛЬЕ был еле слышан.
— Прекрасно, что вы всё понимаете. Хорошо, что вы помните наш недавний разговор. Я своё слово умею держать!
— Я знаю, Сир.
— Так вот, если вы не найдёте ПОЭТА в течении суток, я повешу вас на рее этого прекрасного корабля на рассвете следующего дня, — пророкотал я. — На закате это будет, конечно же, выглядеть более эстетично, но на рассвете — назидательнее. Знаете, жизнь возрождается, продолжается, торжествует, и тут, — труп молодого человека, печально висящий на фоне светила, мощно и радостно встающего из туманного и ласкового моря. Ах, бедный, несчастный юноша, ещё не вкусивший всю полноту бытия! Чрезвычайно назидательно, поучительно, заставляет задуматься о судьбе, о превратностях земного пути, о верности долгу и чести!
— Сир! — негодующе воскликнула ГРАФИНЯ.
— Заткнитесь, сударыня! — я топнул ногой по палубе, отчего она возмущённо застонала, словно живая. — Хотите висеть рядом с вашим обожателем!? Я вам это устрою! Кто ещё хочет пополнить эту тёплую компанию!?
Мои славные Гвардейцы по всему периметру палубы напряглись, подобрались, готовясь к возможному пополнению лагеря потенциальных висельников, но желающих, как ни странно, не нашлось.
ЗВЕРЬ как всегда неожиданно, но несколько поздновато, материализовался рядом со мною, исподлобья поглядел на сбившихся в кучу придворных и слегка рыкнул. Мир замер. Казалось, даже ветер испуганно притих и оторвался на некоторое время от несчастных, изнасилованных им уже не один раз, парусов, которые были переполнены его невидимой, но очень обильной спермой.
— Ну и славно… Все свободны, господа! — жёстко произнёс я — Всем искать ПОЭТА! Обшарить палубы, каюты, трюмы, камбузы, шлюпки, все закоулки и переулки, бочки, сундуки, мачты, воду и небо! Вперёд!
Я присел в кресло, погладил Пса. Он привычно выпучил янтарные глаза, я привычно хотел засмеяться, но не сделал этого и мрачно и подозрительно посмотрел на него. Собака, как собака… Вернее, пёс, как пёс. Вон, — член торчит, слюна капает, глаза хлопают. Только вот двигается это существо слишком быстро, соображает ещё быстрее, абсолютно неуязвим, бесстрашен, неутомим, неумолим, неистощим, очевидно, не нуждается в воздухе, ну а в пище и в воде, тем более. Одним словом — Киборг! Или, всё-таки, — Робот? Какая, собственно, разница!? Да нет, разница всё-таки есть! Киборг мне почему-то милее Робота. Почему? Не знаю. Милее, роднее, приятнее, и всё! Живое есть живое, мёртвое, хотя бы и двигающееся в пространстве осознанно и целенаправленно, всё-таки, мёртвое, механическое, неживое, чуждое человеческому разуму и природе.
И так, рядом со мною могучий и непобедимый Киборг! Я не удивлюсь, если ЗВЕРЬ спокойно выдержит атомный или термоядерный взрыв даже в его эпицентре. Зевнёт, мерзавец, пыхнёт в пространство паром, засверкает, побросает туда-сюда снопы искр, почешется и потрусит куда-нибудь подальше по своим, только ему известным делам. Вот так… Или, не так? Ну, испытать данную теорию на практике я пока не могу.
Где же всё-таки ПОЭТ!? Почему меня этот вопрос так волнует и тревожит? В связи с чем? Всё-таки, кто он такой, случайно ли оказался на моей дороге? Что-то давненько я не виделся с МАГИСТРОМ… Странно всё, очень странно. Куда это он, тамплиер наш, запропастился? С каким бы жадным и беспредельным любопытством и интересом я бы с ним, мерзавцем, побеседовал именно сейчас! А почему, собственно, он мерзавец? Живёт-поживает человек по своим законам, защищает свои интересы, двигается к какой-то определённой цели. Молодец, умница! Так держать! На его фоне я выгляжу полным идиотом. Как можно чего-то достичь, не имея представления о том, кто ты и куда тебе следует идти и стремиться!? Абсурд, тупик, маразм… Да, Империю я создаю. Определённую цель имею. Ну, а что дальше? Где я нахожусь, кто я такой, в конце концов!?