Страница 31 из 40
– Правда? – спросила с надеждой в голосе Милашка.
– Честно-честно, – ответил Виихи. – Один раз у нас тут труп на соседней улице в канаве почти неделю гнил, прежде чем его убрали. И никто ничего даже не предпринимал в отношении поиска убийц.
– А вы не запомнили лица тех, кто убежал? – спросил Эрл. – Какие-то особые приметы?
– Да, у одного из них была повязка на правом глазу, – сказал Остролист. – А ещё он был лысым.
– Червь! – сказал Феникс. – Знаю такого. И знаю, где он обычно отирается.
– Надо будет с ним потолковать завтра, – ухмыляется плотоядно Дрок. Улыбка его не предвещает ничего хорошего.
– А куда вы дели труп? – спрашивает Виихи у эльфов.
– По пути мы прошли один постоялый двор, в котором не было света, поэтому мы решили спрятать труп в его дворе, перебросив его через забор.
– А что за постоялый двор, вы запомнили название?
– Да, «Большой котёл».
Услышав это, Крысы начали хохотать, временами похрюкивая и подвывая от душившего их смеха – какая ирония судьбы! Не успели в «Котле» отремонтировать мебель и потолок после одного погрома, как грянул второй, не менее убыточный. А тут ещё и труп утром во дворе обнаружат! Бедный Толстяк! Как бы его кондрашка не хватила от такого переизбытка злоключений.
– А что в этом смешного? – удивился Лучезар.
– Не обращай внимания, – ответил сквозь смех и слёзы Брок.
– Это долгая история, – поддержал его брат. – Которую мы расскажем вам в следующий раз.
Отсмеявшись, Крысы стали прощаться с гостями, которые им пришлись по нраву.
– Вы парни не промах, – сказал им Эрл. – Я бы с удовольствием принял вас всех в нашу банду. Подумайте об этом на досуге. Милашка – ты настоящая красавица! Тебя я буду рад видеть у нас всегда! Если вам понадобится какая-нибудь помощь мускульного или иного типа – обращайтесь. А сейчас, если вы не против, мы с братьями проводим вас до края Дыры, чтобы к вам снова никто не пристал.
Эльфы собираются уходить, надевая плащи и собирая свои вещи. Виихи прощается с ними и отправляется наверх спать, унося с собой свои барабаны. По пути он сталкивается на лестнице с растрёпанной заспанной Клариссой, которая медленно идёт к столу Крыс.
– Это кто такие? – спрашивает она, ткнув пальцем в сторону эльфов.
– Друзья, – отвечает Феникс, которому не терпится узнать подробности о Йошимо. – Что у вас там наверху произошло?
Щёки девушки вспыхивают, и она опускает взор. Взяв со стола кувшин с остатками вина, она, ничуть не смущаясь присутствующих, полностью осушила его и поставила обратно на стол. Возмущённый таким пренебрежительным отношением к себе алкоголь мстит Клариссе тем, что вызывает у неё отрыжку, дабы посрамить в глазах гостей.
– Извините, – бормочет смущённая девушка.
– Сильна! – восторженно восхитился Лучезар. – Пить вино так шустро сможет не каждый!
– Ха! – восклицает Брок. – В следующий раз нужно устроить конкурс на скоростное накачивание спиртным на спор, тогда мы с братом всем тут покажем, как нужно пить!
– Не сомневаюсь, – хихикает Милашка.
– Так что у вас там наверху случилось? – не унимается Феникс. – Вы там с Йошимо шкаф уронили что ли, или подрались? Он вообще живой?
– Отстань, Феникс! – отталкивает его в сторону Кларисса. – Мы с ним хорошо провели время, только и всего.
– Понятно, – подмигивает он ей. – Два раза?
– Иди ты! – Кларисса показывает ему язык и уходит обратно по лестнице наверх, крикнув, скрываясь из виду: «Четыре!».
– Силён, бродяга! – уважительно вздыхает Дрок, имея в виду Йошимо.
– Не удивлюсь, если завтра наш воин, как излишне порядочный человек изъявит желание перебраться жить в лачугу Клариссы, и даже жениться на ней, – чешет подбородок Эрл.
– Вполне возможно, – соглашается Брок. – Ну так что, мы идём? Я лично уже давно готов.
– Да, выходим.
Прежде чем люди с эльфами покидают «Могучую отрыжку», Феникс прощается со всеми гостями по очереди. Прошептав что-то Милашке на её прелестное остроконечное ушко, шулер заставил её густо покраснеть. Смущающаяся эльфийская красавица – это зрелище выдержит не каждая мужская психика.
– Я подумаю! – отвечает девушка, после чего спешит за товарищами наружу.
На улице стоит глубокая тёмная и холодная ночь – несмотря на южный климат, воздух остывает довольно быстро и сильно. Закутавшись в свой плащ поплотнее, чтобы согреться, Эрл ведёт своих гостей через улицы Дыры, стараясь не вляпаться в грязь или помои, которые повсеместно украшают разбитый бульвар. Гостям это даётся легче – сказывается острое зрение и способность видеть в темноте. Близнецы замыкают шествие.
– Как у вас тут грязно! – восклицает Милашка. – Как вы тут живёте?
– Мусор убирать некому, – отвечает Дрок. – Зато свинячить все горазды.
– И ты? – спрашивает Остролист.
– Что – «И я»? – не понимает близнец.
– Ты тоже мусоришь?
– Естественно!
– А почему бы тогда вам всем вместе и не убирать за собой?
– Мы этим периодически и занимаемся, помогая хозяину «Отрыжки» убирать мусор вокруг заведения, – отвечает за Дрока Эрл. – А уж на других улицах – увольте! Пусть убирают те, кто тут живёт!
– Логично, – соглашается Остролист. – А стража или фонари с факелами у вас на улицах вообще бывают?
– Только во время рейдов и обысков.
– И часто вас обыскивают?
– Раз в месяц стабильно. Но обычно это становится известно за день или два благодаря осведомителям, так что крупную добычу страже изловить практически никогда не удаётся. Хватают с улиц и притонов всякую шваль, тащат к себе в казематы для отчёта начальству, и все довольны. Обычно арестовывают всякое отребье, типа того, которое на вас сегодня напало. Потому как нужных людей обычно извещают об облаве, что даёт время спрятаться.
– Вас тоже оповещают?
– Да. Гильдия Теней с Шёпотом во главе. Слыхали о таком? Ну так вот, мы отчисляем им одну десятую своей добычи за право работать в Дыре на их территории, а также платим ежемесячную дань, за что Шёпот нас извещает о подобных рейдах и урегулирует крупные конфликты между нами с другими сообществами.
– Как всё это сложно, – вздыхает Милашка.
– Привыкаешь, – хмыкает Брок.
– У вас так всё интересно устроено, – говорит Ветрослух. – Что поневоле начинаешь втягиваться.
– Понравилось?
– Да. А скажите, вам в банду новички не нужны? – задаёт Ветрослух вопрос, который заставляет всех вздрогнуть. И людей, которые этого не ожидали, и остальных эльфов, для которых подобное кажется дикостью.
– Ты это серьёзно? – спрашивает его ошалевший Эрл. Вот тебе и лесной народ! Эльфийский оплот нравственности и чистоты всего за один день превратился в глазах убийцы в обитель порока и зла. Если так и дальше пойдёт, то во что тогда остаётся верить? В миролюбивых половинчиков? А может те тоже не так чисты и невинны, как всем кажутся? Кто-то из его знакомых божился, что неподалёку от Чернотопья живёт целый клан половинчиков-людоедов, от которых нет спасения в случае пленения. Тогда это казалось бредом, но теперь…
Пока Эрл раздумывал, за него ответили близнецы.
– А почему бы и нет? – говорит один.
– Хорошим ребятам мы всегда рады! – соглашается с ним второй.
– А, Эрл? – смотрит на убийцу Ветрослух и остальные, ожидая ответа главаря. – Что ты на это скажешь? Ты сам нам ещё в таверне это говорил.
– Ты и вправду этого хочешь? – осматривает он эльфа. – Просто, такими как мы, обычно становятся по принуждению или от безысходности, но никак не из желания помахать кулаками или из тяги к воровству и грабежам. В нашей профессии любой день может оказаться последним.
– Уволь меня от лекций о морали, Эрл! – Ветрослух поднимает руку, жестом прерывая человека. – Я не маленький ребёнок и прекрасно всё осознаю.
– В принципе, да, нужны, – отвечает Эрл. – Я планирую расширяться. Есть желание вступить в ряды «Чумных крыс»?
– Пока ещё смутное, но что-то намечается, – отвечает эльф.
– Вы тоже хотите? – спрашивает его товарищей Эрл.