Свободные

Так и продолжалась жизнь. Я работала, вечером встречалась с друзьями, с которыми мы ходили в кафе, кино или просто бродили по городу, в по выходным мы всей толпой отрывались в модных клубах Нью-Йорка.

Поразмымслив однажды, я пришла к выводу, что, в принципе, если исключить обилие бед личного характера, моя жизнь сложилась даже более, чем удачно. Многие люди проносят через всю жизнь мечту вырваться из провинции и покорить большой город. Мне это удалось без особых усилий. Посадив меня четыре с лишним года назад на поезд до дома, Адриан открыл на моё имя счёт и перевёл туда такую сумму, что мне без проблем хватило на переезд в большой город и весьма недешёвое жильё в нём. А в результате махинаций его жены я получила работу, которая не только приносит хороший и стабильный доход, но ещё и нравится мне. Так что, меня можно назвать удачливой, если не считать, что за свою удачливость я заплатила душой и сердцем, пройдя через личный Ад, и до сих пор отголоски этого кошмара доносятся из прошлого, отравляя ядом боли. Но тем не менее, мне грех роптать на судьбу. Ведь многие за всю жизнь так и не достигают того, что есть у меня сейчас.

— Можно? — подняв голову, я увидела улыбающееся лицо Мони.

Странно, обычно днём мы с ней не видимся. Она как бы работает, да и я тоже. Что привело её ко мне посреди дня?

— Что-то случилось? — осторожно поинтересовалась я.

— С чего ты взяла? — пожав плечами, девушка примостила свою пятую точку на углу моего стола.

Лицо подруги не выдавало никаких признаков тревоги. Напротив, она казалась жутко довольной, глаза весело блестели.

— Ты никогда не приходила сюда раньше в середине дня. Более того, ты даже не звонила просто так, — всё же ответила я.

— Ты права, — хитро улыбнувшись, ответила Мони. — Скажи, тебе мини-отпуск дадут?

— Зачем?

— А затем, что начальство посылает меня в филиал, который находится в Калифорнии. Делов там от силы на день, а мне выделили неделю с оплатой проезда и проживания. Скажу больше, у меня два билета, и мне прямо сказали — «отдохни, ты заслужила».

Медленно до меня начала доходить причина эмоционального подъёма подруги. Ей явно не терпелось поехать и по каким-то своим причинам, в спутники себе она выбрала меня.

— Ты только подумай, — продолжала Мони. — Солнце, песок, океан и куча загорелых мачо с упругими задницами. Веселье до утра и почти всё это на халяву!

Невольно я представила себе всё это и мечтательно улыбнулась. Правда, улыбка быстро сползла с моего лица. Ни Марта, ни мистер Флетчер ни за что не дадут мне целую неделю. Моя колонка, по их словам, привлекла огромное количество читателей, следственно, отпустить меня — потерять деньги.

— Звучит здорово, но меня в жизни не отпустят даже на день, — ответила я с искренним расстройством.

Помрачнев, Мони задумалась. А потом глаза её вспыхнули, что означало идею.

— Слушай, поездка намечается лишь через две недели, — затараторила она. — Ты поговори с начальством, может тебе дадут разрешение, например, заранее сдать материал? Ну то есть придётся поработать, но ведь оно того стоит!

А она же права. Почему нет? Распрощавшись с подругой, я направилась прямиком к Марте. Та же, посмотрев на меня огромными глазами заявила, что у неё нет прав решать такие вопросы и отправила меня к Флетчеру. Тот же, хмурясь, выслушал меня и с сомнением дал добро, только если я заранее всё подготовлю и сдам действительно качественную работу, а не спешный суррогат. Окрылённая неожиданными перспективами, я с удвоенной энергией принялась разбирать письма.

И вот, спустя две недели и один день я сидела в зале ожидания аэропорта имени Джона Кеннеди и ожидала начала посадки на самолёт. Мысленно я была уже на пляже, под ласковыми лучами калифорнийского солнца. Предстоящий мини-отпуск я воспринимала с каким-то непонятным восторгом. Права Мони, мне просто нужен отдых и смена обстановки.

— Готова? — задорно спросила подруга, когда объявили посадку на наш рейс.

— А то! — с улыбкой ответила я, впервые за долгое время ощущая такой подъём и почти безоблачное, искреннее, светлое счастье.

Вскоре самолёт взмыл в небо, оставляя позади пасмурный Нью-Йорк вместе с его проблемами.

Глава 12. Криста.

Уже пять дней мы с Мони отдыхаем в Калифорнии, а точнее в городе Золотых Врат — Сан-Франциско. Это рай на земле! Тепло, ласковый океан и море солнца. Уже раз сто я задала себе вопрос: ну почему я не поселилась здесь? Ведь мне бы хватило на это денег. Наверное.

Первый день, как Мони и говорила, она провела в филиале компании и, как предсказывала, для того, чтобы утрясти возникшую проблему, понадобилось всего несколько часов. Я же это время использовала для разбора вещей, изучения отеля и близлежащих окрестностей. Вечером, когда подруга вернулась, мы отправились в ночной клуб, отмечать начало отпуска. А утром, после непродолжительного дня, мы грели косточки на пляже, после обеда гуляли по городу, а вечером опять развлекались.

Так и потекла наша жизнь. Мони отрывалась по полной, даже завела ни к чему не обязывающий курортный роман. Я же к подобным подвигам была, мягко говоря, не готова. Подруга не стала настаивать, сказав: «Всему своё время». И я была с ней согласна. Солнце, океан и вечеринки — это заставило меня на время забыть о проблемах. Словно я перенеслась в другую реальность, где Нью-Йорка, со всем ворохом сопутствующих ему проблем, просто не существует. Однако до конца окунуться в счастливую нирвану у меня не получалось. Будто что-то стояло между мной и полным расслаблением. Что? Я не знаю. Я даже не могу сказать в какую категорию отнести собственную неспособность окончательно окунуться в ритм безбашенного веселья: предчувствие, самоубеждение или банальный страх? Наверное, последнее. Просто обычно, как только я позволяю себе расслабиться и поверить, что всё хорошо, обязательно случается что-то, что рушит всё это. Я убеждала себя в том, что у меня паранойя, но помогало это слабо.

Отпуск подходил к концу. Я обходила небольшие магазинчики города, дабы запастись сувенирами на память. Настроение было превосходным, хотя порой и накатывала грусть из-за того, что всё скоро закончится. Мони убежала на очередное рандеву со своим Дейвом, парнем, с которым она завязала курортный роман, и потому я гуляла в гордом одиночестве. На подругу я не обижалась. Мне даже нравилась прогулка без постоянного щебетания девушки. Была возможность подумать и расслабиться в тишине и покое.

Когда я вышла из очередного магазинчика, у меня появилось настойчивое ощущения чужого взгляда. Будто кто-то пристально наблюдает за мной. Внимательно оглядевшись, я поражённо замерла на месте. Через узкую дорогу от меня стоял Адриан Джонсон и неотрывно смотрел на меня. На мужчине были синие пляжные шорты и расстёгнутая на все пуговицы рубашка, с закатанными рукавами. Его пронзительные глаза были скрыты очками-авиаторами, но тем не менее я чувствовала его обжигающий взгляд, буквально пригвоздивший меня к месту. Видеть Адриана таким было весьма непривычно. Он выглядел как простой смертный, безумно сексуальный смертный.