Страница 28 из 143
Открыли тотчас же. Элегантная женщина в коричневом брючном костюме вопросительно посмотрела на Стабиньша.
Он на миг смутился:
– Боюсь, мне придется задержать вас немного. Но надо проверить батареи отопления. Зима скоро. Все должно быть в порядке, чтобы вы не мерзли.
Женщина равнодушно пожала плечами.
– Заходите, если так, не стойте в дверях. – На ее губах промелькнула улыбка.
Улдис долго вытирал ноги.
– У вас радиаторы под всеми окнами?
Женщина молча отворила дверь с левой стороны прихожей. Там находился кабинет. Улдис протиснулся перед письменным столом, осмотрел радиатор, повернул регулятор в одну, в другую сторону.
– Регулятор вроде в порядке? – посмотрел он на женщину.
– Не помню, чтобы мы жаловались.
– Это окно во двор? – Улдис выглянул в окно. – Красивая осень.
– Вы случайно не художник по совместительству? – усмехнулась женщина.
– Есть такой грех, – Улдис смущенно опустил длинные ресницы. – Занимаюсь с детских лет. Особенно люблю пейзажи. У меня дома их целая коллекция.
«Простачок, – решила женщина, открывая дверь по–современному обставленной столовой. – Или притворяется. Да пусть притворяется, мне–то что за дело…»
Словно опасаясь наследить в комнате, Улдис осторожно подошел к окну, выглянул наружу, потом наклонился к радиатору. В спальне он постоял у окна чуть дольше
– Улица отсюда выглядит совсем иначе! – удивленно проговорил он. – Сверху совсем другой вид, ей–богу.
– Сверху всегда удобнее смотреть и лучше видно, – вновь усмехнулась хозяйка.
Ей почему–то стал нравиться наивный паренек, которому нравились пейзажи. Казалось, в нем было что–то чистое, естественное. Но вовсе не дурачок при этом. Под внешней наивностью женщина ощутила какую–то скрытую и непонятную жизненную мудрость.
«Смотреть–то сверху лучше, но не все лучше видят, – подумал Улдис. – Иной чем выше поднимается, тем меньше видит то, что происходит на грешной земле…»
Его мысли прервал телефонный звонок. Склонившись к батареям, он старался не упустить ни единого слова. Телефон стоял тут же, на ночном столике. Хозяйка мгновение раздумывала, вынести ли аппарат в столовую и оставить мастера здесь одного, или говорить при нем. Телефон нетерпеливо звонил. «Женщины, женщины, – внутренне улыбнулся Улдис. – Наряды и всякое барахло всегда на первом плане».
Женщина сняла трубку.
– Я уже полчаса жду, – услышал Улдис капризный голос.
– Хорошо, что ты позвонила. Мой только что ушел на какую–то выставку, вернется не скоро. Приходи смело, – и она положила трубку.
– Я бы не стал беспокоить вас в воскресенье, – извинился Улдис, – но по будням никого не мог застать.
– Почему? По вечерам мы всегда дома. Вы когда были?
– Кажется, в прошлый вторник.
– Весь вечер были здесь.
– А может, в среду?
– Может статься.
Хозяйка, кажется, вспомнила о необходимости принять гостью, и решила поскорей избавиться от говорливого мастера.
«Надо бы проверить радиаторы еще где–нибудь, – подумал Улдис, когда дверь за ним захлопнулась, – чтобы не возникло подозрений. Интересно, однако, какие гости приходят сюда в отсутствие мужа».
Он уже спускался по лестнице, но остановился. «Стоп. Так можно с ней разминуться». Вернувшись на площадку, он вызвал лифт. Горожане без особой надобности не ходят пешком.
«Ну да, – прикинул он, опускаясь в лифте. – Во вторник, двадцать четвертого, вечером Лубенс с женой были дома. Во всяком случае, так можно понять. Из их окон место, где стояла машина, увидеть нельзя. Значит, следить за ней Лубенс не мог. Но что за дружба у него с юным студентом? Черт его знает, – он пожал плечами. – Можно было сюда и не ходить. Умнее я от этого не стал».
Приближаясь к выходу из подъезда, Улдис услышал шаги на тротуаре. Он повернулся к электрическому выключателю, стал делать вид, что возится с ним. С улицы вошла женщина. Улдис боковым зрением видел, как она вошла в лифт.
«Где–то я ее видел! Где только? Стой, это же Лиесма Паэглите, любовница Уступса!»
Улдис бесшумно взбежал по лестнице. Идет ли она к Лубенсам? Добравшись до четвертого этажа, он услышал, как этажом выше хлопнула дверь.
«Прелестный триумвират: Уступс, Паэглите, Лубенсы. Значит, снова Уступс? Так ли он невиновен, как старается убедить меня Валдис?»
XXVI
«Жигули» пробирались по грязной дороге. Желтые лучи фар утыкались в темный лес, выхватывали из тьмы все новые ухабы, выбоины, корни. Руль пытался вырваться из потных ладоней Вершинина.
Хмель понемногу испарился из головы Лиесмы, как пар из открытой кастрюльки. Она сидела рядом с Вершининым и широко раскрытыми глазами смотрела на дорогу перед машиной.
В ресторане ее спутник был очень галантным, вел себя, как истый джентльмен, заказал дорогие напитки и закуски, много танцевал и был к ней предельно внимателен. Они болтали о разных мелочах, Лиесма даже не помнила толком о чем – ей просто было хорошо и весело. Порой ей казалось, что спутник слишком пристально разглядывает ее. Однако это ее не тревожило: мужчины любят так рассматривать своих партнерш по любовным приключениям. Этот, хотя и немолодой, обладал хорошей фигурой, был рослым, с шапкой седых волос, приятным, интеллигентным лицом и умными глазами. Лиесме он сразу понравился. В Пиекрастес приезжают отдыхать многие, но по–настоящему интересные мужчины встречаются не часто.
Сергей Вершинин – так звали нового знакомого Лиесмы, – по его словам, приезжал сюда уже пятый год, но Лиесма работала тут недавно, поэтому раньше они не встречались.
«Прямо жалко! – подумала Лиесма. – Знала бы, не стала связываться с дураком Антсом. Да ну его к чертям, пусть убирается к своей тощей супруге. Этот экземпляр поценнее. Мужчина для постели в наши дни не проблема. А вот человек, интересный всесторонне, и внешне, и внутренне, это чего–то стоит. Колоссально, если бы меня увидела Эдит в сопровождении такого вот оленя. Лопнула бы от зависти. Ничего, милая, такую возможность я тебе предоставлю…»
Машину трясло все отчаянней, она ползла вперед, увязая в рыхлом песке.
– Куда мы едем? – внезапно опомнилась Лиесма и осмотрелась, – Мы заблудились. По этой дороге мы в санаторий не попадем!
Ее мужественный спутник, стиснув зубы, еще сильнее нажал на газ. Он ничего не ответил, и Лиесме показалось даже, что он был теперь вовсе не таким, каким представлялся в ресторане. Сейчас за рулем сидел хмурый человек с твердым, даже безжалостным лицом. Лиесма ощутила вдруг холодок под сердцем.
– Куда вы меня везете? – неожиданно для себя самой закричала она. – Что вы собираетесь со мной делать?
Мужчина недобро усмехнулся.
– Легенды Индии гласят: каждый получает то, что должен получить, идет туда, куда должен идти, встречает того, кого должен встретить, и ничто не грозит яблоку, кроме падения, а человеку – кроме смерти. Однако жаль, если яблоко срывают зеленым, а человек умирает в цветущем возрасте…
Лиесма старалась подавить дрожь в голосе.
– Вы знакомы с индийской литературой?
Водитель взглянул на нее ледяными глазами.
– Я жил в Индии.
– Может быть, вы йог? – Лиесма деланно рассмеялась. Она старалась выиграть время, чтобы обдумать, что предпринять.
– В известной мере. Я применяю гимнастику йогов, а также их методы установления истины.
– Расскажите мне что–нибудь об Индии!
– Нет. Об Индии – в другой раз! – он затормозил так резко, что машину чуть не развернуло. – Сейчас время для другого разговора, куда более серьезного. – Он ловко вывернул руль, когда машина была уже почти в кювете, и продолжал ехать.
– Здесь? Ночью?
– Именно. Сейчас – самое время, и здесь самое подходящее место.
Он взял ее за руку повыше локтя, сильно сжал, заглянул ей в глаза.
Она ощутила холод, от испуга выступил пот, нейлоновое белье липло к телу.
– Нет, нет! – в страхе шептала она пересохшими губами. – Что вам от меня нужно?
Затем в ее сознании блеснула мысль, она собралась с духом и кокетливо воскликнула: