Страница 166 из 212
Сдайте назад, мой брат. Любите и служите, расслабьтесь и живите нормальной, полезной жизнью. Иначе огни вашей интенсивности и жар устремления будут пылать столь яростно, что никто не сможет быть рядом с вами. Имейте терпение ждать, чтобы узнать людей, как они есть, а не в смысле их возможной пригодности в работе. И все же не поворачивайте назад, внимая моим инструкциям. Главной целью для стремящегося всегда является равновесие.
Две фразы, которые я даю вам для внимательного рассмотрения, следующие:
“Огонь, мною созданный, должен согревать, но не сжигать; он должен притягивать своим теплом нуждающегося в нем человека; он не должен отталкивать своей неистовостью ищущую душу. Это огонь любви, а не огонь моего личного устремления”.
“Служение, осуществляемое мной, должно служить душам, а не мне на Пути. Так я буду удовлетворять нужду и, забывая себя, свое собственное слово и место, вести других к свету”.
Я не указал вам Лучи, управляющие вашими личностными проводниками, поскольку стремлюсь переместить ваше внимание от вас самого к другим.
Февраль 1938
Мой Брат и Друг,
Хотел бы напомнить вам некоторые замечания, которые я сделал в своей последней инструкции. Ваша обычная склонность выбирать то, что предпочитает ваша личность, что заинтриговывает ваше чувство греха (говорю это с улыбкой, брат, но драматическое наваждение человека Шестого Луча, работающего в Христианском Веке Рыб, любит публичное осуждение неправильно содеянного) и, питая ваше чувство драмы, побуждает вас говорить: “Теперь я знаю”, в то время как вы не знаете. Вы акцентировали очевидное и игнорировали то реальное, что я стремился до вас донести. Какие моменты в моем последнем сообщении к вам имеют для вас реальное значение? Коротко перечислю:
1. Иллюзия избранности и награды, относительно которой я вас (как человека Шестого Луча) предостерегал и к которой вы склонны.
2. Благоприятная возможность для служения.
3. Необходимость расслабиться и вести нормальную жизнь.
Вы отметите, что ни одной из этих фраз нет в тех двух абзацах, которые вы ощущали как наиболее важные для себя, что и подчеркивали в своих статьях и письмах. Ваша нынешняя погруженность в наваждение такова, что существенного вы не замечаете. Вы его не видите. Ваше теперешнее наваждение настолько сильное, что я с величайшим трудом могу устанавливать с вами контакт в данное время. Сейчас я делаю это усилие, но, брат мой, мне представляется, что это будет моей последней попыткой помочь вам, поскольку если вы не воспользуетесь этой инструкцией, то не останется ничего, что бы я мог сделать.
Вам была предложена благоприятная возможность служить и начать все заново. Вас просили помогать в определенной работе, которую я инициировал в 1919 году (когда впервые установил контакт с А.А.Б. и начал свою работу с ней). Планы составляются и работа идет своим чередом. И все же вы не восприняли руководство тех, кто стремится помочь вам служить и открывает для вас дверь благоприятной возможности. Вы старались инициировать свою деятельность сами, торопливо и зачастую неадекватно исполняя то, что вас просили сделать. Вас приходилось заставлять находить время для того, что ваша погруженная в наваждение личность полагала несущественным. Вы предпочитали избирать ту работу, которую вам хотелось делать, вместо того, чтобы сотрудничать в служении, которое вы на себя взяли. Вы старались сформировать связи, не имеющие отношения к той работе, которая уже была предпринята и организована до вашего вхождения в данную особую группу работников, которые вас и пригласили. Вы пытались организовать собственную линию активности вместо сотрудничества в уже начатой работе, в которую вы были приглашены – и с которой вы согласились установить связь. В вашем сознании доминировали ваши виды деятельности (хотя вы с возмущением утверждаете обратное), а групповая активность стояла на втором месте.
Я посоветовал вам жить нормально и ослабить интенсивность своего усилия, но вы жили ненормально, с такой оккультной интенсивностью, которая приносила вам вред. Вы функционировали в наважденческом мире собственного представления о служении и о том, что следует делать, но у вас не было подлинного сотрудничества с тем, что уже делается, – лишь интерес к тому, что стремилась произвести ваша собственная излишне активная третьелучевая тенденция, возбуждал ваше самое глубокое внимание. Поверхностно вы сотрудничали, по существу – нет.
Вы были захвачены наваждением собственных, а не групповых ценностей. Вы были отброшены в сторону множеством несущественных вопросов и не участвовали плотно в моей работе вместе с теми, кто уже включился в проект, который я стремлюсь осуществить. Я говорю в этом сообщении о себе, поскольку ваши слова, в искренности которых я убежден, всегда выражали преданность мне, вашему Тибетскому наставнику. Вы всегда стремились встроить в данную работу тех, кто не имеет отношения к данной линии усилия, а работает в других областях иерархической активности – столь же важных, но не в той, которой вы посвящали себя в прошедшие годы. Вы не сохраняли чистой свою линию служения. Вы слишком много вторгались в другие, не свои, области служения, туда, где вы не были желанным гостем. Ваше наваждение было столь велико, что вы даже хотели навязать моей группе учеников стремящуюся, которой лишь в следующей жизни предстоит сместить свое сознание на ментальный план и постепенно стать сознательным учеником, однако пока она еще не работает на том уровне, где трудятся те, кто может быть или является принятым учеником.
Я говорю с вами безо всяких уверток. Ваши истинные друзья глубоко расстроены вашим состоянием и стремятся защитить вас и удержать на прямой линии служения. Они сознают неудачу и винят самих себя в недостаточно правильной технике. Что же они могли сделать там, где я сам также, по всей видимости, потерпел неудачу и где ваша собственная душа кажется бессильной пронзить наваждение, в которое вы периодически погружаетесь?
Каковы те основные наваждения, в которые вы так легко попадаете и которые затемняют, пока они не рассеяны, всякое истинное восприятие?
1. Наваждение планирования. Вы восприимчивы к Плану, но загружены собственными планами, считая их частью Плана. Составьте список планов и схем, мой брат, разработанных вами во множестве направлений, и посмотрите, сколько из них вам удалось реализовать. Не вините никого, кроме себя, если они основывались на астральных мечтаниях.
2. Наваждение вашей собственной духовной амбиции. Вы хотите быть организатором группы в соответствии с Планом. Вы желаете сами разработать некую рабочую схему, параллельно уже имеющейся, но именно вашу собственную. Однако, когда вас просят соответствовать уже ведущейся групповой работе, вы оказываетесь слишком занятым своими мечтаниями о том, что нужно делать, и в определенной степени пренебрегаете предписанной задачей. Но, брат мой, в нашей работе нет больших или малых задач, есть лишь подчинение насущной необходимости, какой бы она не была.
3. Наваждение духовного доминирования или контроля по отношению к другим. Итак, вы постоянно стремитесь находить тех, по отношению к кому вы можете занимать позицию духовного организатора. Они всегда из тех, кто не имеет большого значения на шкале духовной полезности, хотя и являются стремящимися с благими намерениями; однако вы преувеличиваете их полезность и возможности, чтобы поставить себя – в собственных глазах, если бы только вы могли это признать – руководителем и лидером других учеников на Пути. Вы проделали это с двумя людьми, хорошими учениками на испытании, один из которых приближается к принятию; но они оба работают на астральном плане, где не работают те, с кем я – в данное особенное время – стремлюсь сотрудничать, разве что только как души, служа с ментального плана с уровней души.
Снова и снова, мой брат, в течение прошедших лет я стремился помочь вам. Указанием на истинность моих слов служат два основных факта: первое, вы глубоко несчастливы в данное время и неспособны работать с другими спокойно и без притязаний; второе, у вас не было успеха ни в одном направлении. Взгляните на эти факты и уясните выводы из них. Сделайте это с ясностью и оптимизмом. Истинный ученик должен всегда смотреть фактам в лицо. Позвольте мне сообщить вам определенные факты и просить вас поразмыслить над ними.