Страница 12 из 61
Князь ухватился за ручку двери своего кабинета, и неожиданно ему в голову пришла одна интересная мысль: а что, если пойти войной на Замухрынь? Если Дьявольская пустошь одержит победу, тогда и долги не придется погашать. Но справятся ли нечисть и умертвия? Должны. Только надо найти хороший предлог. А пока нужно отсрочить момент выплаты денег по счетам. Деньги есть, но лучше, чтобы они остались в казне.
Константин стал ходить взад-вперед по кабинету и усиленно придумывать весомый повод для войны с Замухрынью. Они думают, раз Кощей у них попросил помощи, то он слаб и неуверен в своей победе. Ну уж нет, для Евстратия будет полнейшей неожиданностью, когда Дьявольская пустошь предъявит его государству претензии и развяжет с ними войну.
Теперь что касается земледелия. Людей для этого дела сейчас не сыщешь, поэтому придется использовать опять-таки нечисть. Зомби…
- Сойдет, - пробормотал себе под нос Кощей и машинально сунул правую руку в карман брюк.
В ладонь лег амулет Ульяны, который слетел с девушки во время их последней битвы. Она и сама, наверное, не заметила, так ей было больно… Черт! Воспоминания опять накатили на Кощея. Опять перед глазами стояла правнучка Варвары и осуждающим взглядом смотрела на него. А еще ей постоянно не дает покоя больная нога. Если эта глупая девчонка не сядет на Горыныча и не прилетит в Дьявольскую пустошь, то он, Князь, лично полетит за ней на тааре. После поездки в Замухрынь он обязательно заберет ее, и его уже не будет волновать, готова ли она.
Но перед тем как отправиться в соседнее государство, необходимо проверить теплицы и хлева. А то у него еще долго не будет возможности проверить их состояние.
Быстрыми шагами Константин направился на выход, ему поскорее хотелось расправиться с основными проблемами, чтобы совесть не мучила… Да какая совесть может быть у Князя Дьявольской пустоши Кощея Бессмертного? Маленькая такая, хрупкая, из Хрустального мира и с больной ногой, вот какая совесть. По имени Ульяна. Интересно, она его все-таки простит или начнет мстить и являться в кошмарных снах, чтобы прикончить? Было бы забавно посмотреть на ее жалкие попытки отомстить. Особенно его интересовало, как она будет ему мстить за смерть змееныша после того, как он снимет с нее действие магического укуса.
Константин летел по коридорам собственного замка и не замечал ничего вокруг. В два прыжка он преодолел широкую лестницу, ведущую в холл, и стрелой вылетел на улицу. Там его уже ждал крылатый таар, полумертвый конь с прозрачной кожей, через которую просвечивались все внутренности животного. Недолго думая, Константин запрыгнул на него и пришпорил, направляя скакуна прямо в небо.
Теплицы и хлева располагались сравнительно недалеко от Кощеева замка, поэтому весь путь занял от силы минут двадцать. С высоты птичьего полета они смотрелись, как руины, давно заброшенные и никому не нужные. На деле все оказалось не многим лучше.
Когда Кощей пошел на снижение, руины потихоньку стали превращаться в почерневшие от времени строения, про которые уже давно забыли и не использовали за ненадобностью. Мужчина пристально посмотрел на плачевное состояние строений и перешел к решительным действиям, а именно к вызову Тьмы.
Князь Дьявольской пустоши, не слезая с таара, уверенно стал бормотать какое-то заклинание на давно позабытом языке. Колдун иногда делал паузы и в то же мгновение совершал определенные пассы руками. Не смотря на то, что это была черная магия, слова, слетающие с губ сына Тьмы, звучали, как красивая песнь. Его движения были отнюдь не резкими, а наоборот, плавными и гибкими, но в то же время властными.
После первых же произнесенных слов колдуна прямо из-под земли появилась абсолютно черная сфера довольно не маленьких размеров. Она сразу же стала расти, на ее поверхности показались маленькие фиолетовые разряды, а внутри, один за одним, рождались мини смерчи. Темная энергия распространялась все больше и больше, окутывала территории, на которых стояли пустые хлева и теплицы. Последние наполнялись магией Тьмы, восстанавливались на глазах и оживали. Земля внутри насыщалась такой необходимой для почвы влагой, чтобы в итоге родить несметное количество различных зеленых побегов, которые бы через пару месяцев уже превратились в зеленые заросли с плодами на ветках. Тут были и вьющиеся растения, и клубневые, и кустовые…
Что касается хлевов, то тут использовался совсем иной подход, нежели в том же Краснограде. Во-первых, хлева представляли собой достаточно высокие и просторные строения, в которых круглые сутки находились самые, что ни на есть обычные коровы, овцы, козы, куры и гуси. Для каждого вида животного отдельные виды хлевов. Для травоядных и парнокопытных внутри хлева круглогодично выращивалась различная трава, цветы и кустарники. Для птиц, соответственно, вместо кустов преобладали кормушки с зерном, а так же допускалось в земле наличие червей и жуков. Освещение поддерживалось магически с помощью специальных кристаллов, подвешенных к потолку.
Константин не стал заморачиваться с вызовом зомби, а сразу же попросил их у той же Тьмы. Да, он понимал, что в таком случае должен будет принести большую жертву, но ведь Князь Дьявольской пустоши уже решил, что пойдет войной на Замухрынь…
Кощей не тратил сейчас ни капли своей силы, поэтому был полностью готов после завершения ритуала нанести визит владыке Замухрыни. Хлева и теплицы уже почти полностью были восстановлены, зомби вовсю хозяйничали на вверенной им территории, так что за земледелие можно больше не беспокоиться.
- Наконец-то, - выдохнул Константин, провел ладонью по лицу, снимая легкую усталость, и уже с новыми силами приготовился к дальнейшим действиям. Когда все закончилось, он отдал приказ таару: - К владыке Евстратию Дадоновичу Огненному.
Надо сказать, таары были очень неглупы и прекрасно понимали своего хозяина. Они уже довольно хорошо выучили самые частые маршруты Князя и без лишних подсказок и инструкций везли его к месту назначения.
Таар плавно стал набирать высоту, а Константин задумался о дальнейшей судьбе Краснограда. С одной стороны, слово «война» уже было сказано, но с другой стороны, так не хотелось воевать с Гвидоном. Тем более, что за столько лет их конфликт уже исчерпал себя… Именно поэтому Константин не стал ставить на эти земли сделку с Тьмой, а предложил Замухрынь… Все государство Тьма не поглотит, подавится, но вот основательно потрепать сильными ветрами может.
Крылатый полумертвый конь развил нешуточную скорость, но Константина это не смущало. Мужчина уверенно управлял тааром, держась обеими руками за черную гриву скакуна. Внизу уже была территория заповедных земель владыки Огненного. Она мало чем отличалась от владений Кощея, только вот магии не было в ней ни капли. Пустошь, еще не мертвая, но только умирающая.
Домашний скот небольшими стадами пасся на высохших полях, рядом с довольно редкими скотными дворами нищих, пустеющих деревень. Константин все удивлялся, каким же образом Евстратий умудрялся при таком низком уровне земледелия еще и на экспорт отдавать что-то. И судя по счетам, которые владыка выставлял его предшественнику, в нехилых количествах.
Вскоре этот вопрос отпал сам собой, так как на подходе к дворцу владыки количество деревень, хлевов и теплиц заметно увеличилось. Тогда появился новый вопрос, как в столь бедных землях может произрастать что-то дельное? Константин до самого конца ломал себе голову над этим вопросом, пока в поле зрения не попала высокая каменная башня, одиноко стоящая посреди поля. Вокруг нее по низу клубился зеленоватый туман, из которого тянулись длинные щупальца, уходящие глубоко в землю. Видимо, они-то и подпитывают почву… Князь интуитивно чувствовал, что это какая-то древняя магия, но вот какая, пока сказать не мог. Смутные ассоциации всплывали в памяти, но он никак не мог ухватиться ни за одну из них, только вот…
- Шамаханская царица, - шокированный своей догадкой пробормотал Константин.
Князь был знаком с Евстратием еще когда тот ходил пешком под стол. Это потом уже, со временем они подписали соглашение о мире. Константин хорошо помнил его отца-самодура Дадона, который вечно норовил напасть на своих ближайших соседей – Дьявольскую пустошь и Красноград. Так вот, во времена его правления случалось и много странностей. Во-первых, сыскался откуда-то старый колдун, который предложил ему специального хранителя для земель Замухрыни – золотого петушка. Птичка должна была предупреждать всех и вся задолго до вторжения врага на территорию владыки Дадона. Из-за нее в итоге полегло двое сыновей правителя, а третий, в еще несмышленом возрасте, был на руках кормилицы, поэтому выжил. Дадон, отправившись за сыновьями вслед (уж очень его волновал вопрос, что случилось с сыновьями и где они сыскали себе последнее пристанище) приехал обратно уже с невестой – Шамаханской царицей. Тут как раз тот самый старый колдун стал требовать расплаты за птичку. Оказалось, этот мужик шибко хитрый был изначально. Думал, просто так царица ему не отдастся, а так силком, вроде как она при владыке, а владыка при долге. Придумано было на удивление умно. Только вот не учел колдун, что Дадон агрессию в стрессовых ситуациях сильно проявляет. Короче, поплатился старик, а за ним и сам Дадон пал жертвой мстительного золотого петушка. А все почему? Потому что петушок был тоже ушлый. Где это видано, чтобы магическая животина на обычного человека работала? Да не просто магическая, а священная. Вот и покарали боги нерадивых, жизни тех лишив. А царица… та преследовала свою цель…