Страница 15 из 102
Юрка невольно сглотнул.
- Вот оно, – прошептал Вадик, озираясь по сторонам. – Только коряги нет. Я, наверное, сломал её вчера, когда под горку слетел.
- Да и папоротником никаким не пахнет, – заметил Юрка, недобро косясь на деревья.
- А этих вы видели?! – Ярик сжался на корточках и стрельнул глазами по шелестящим кронам.
Юрка хотел переспросить, что именно Егорка имеет в виду, но так и застыл с открытым ртом, не в силах что-либо сказать.
На суках в листве затаились тени. Зловеще поблескивали глаза-угольки. Изредка шуршали крылья. Осыпалась кора.
Юрка принялся на ощупь искать оброненную палку, но той и след простыл.
- Чего ещё? – спросил Вадик, близоруко щурясь.
- Тсс, – в один голос зашипели Юрка и Ярик.
Вадик вконец растерялся.
- Да чего происходит-то? Я же не вижу ничего!
- Умолкни, а, – процедил сквозь зубы Юрка. – Мы тут не одни.
- Это как понимать?
- Да как хочешь, так и понимай. Только говори шепотом и резких движений не совершай, – Юрка искоса глянул на Ярика, стараясь не терять из виду теней; однако это оказалось невозможным, потому что тени были повсюду. – И давно так?
Егорка нервно пожал плечами.
- Не знаю. Я пока наверху был, не видел ничего. А как спустился... Как оглянулся... Повсюду глаза эти... И за мной следят... Я думал всё, кранты, – Ярик икнул.
- Успокойся, они не нападут, – Юрка отчаянно скакал взглядом по комьям земли, в поисках чего угодно, чем можно было бы отбиться.
«Вот оно!»
Юрка всё же удержал себя на месте. Оброненная палка торчала на самом верху – как шест прыгуна в высоту, – воткнутая в землю.
«И как только не напоролись?..»
Теней и глаз в этом месте было значительно больше. Значит их всё же опасались, раз так усердно не желали подпускать к единственному оружию. Хотя на деле всё могло подчиняться воле случая, а тогда и вовсе не поймёшь, что к чему.
- Чего им от нас надо? – продолжал пищать Ярик, всё сжимаясь и сжимаясь, словно желая и вовсе исчезнуть, нырнув внутрь самого же себя.
- Ничего не надо, – как мог спокойно ответил Юрка. – Любопытные просто очень.
- Так ведь на тебя ж напали, – выпалил Вадик и тут же прикусил язык.
Раскачивавшийся до этого Ярик замер с широко раскрытыми глазами и заскулил.
Юрка хлопнул себя по лбу: мол, сейчас начнётся!..
Вадик кисло улыбался, целиком осознавая проявленную оплошность.
- Начнём с того, что на меня никто не нападал, – тихо проговорил Юрка, смотря в глаза Егорке. – Я просто птицу в гнезде вспугнул, вот она и шарахнулась прочь, чтобы чужака подальше от птенцов увести. Понимаешь, Ярик? А на пути я стою... Вот она на меня и налетела.
«Как всё, оказывается, просто. Только почему ответы стали приходить только сейчас? Ну конечно: ведь эти ответы – ложные! Ты просто хочешь успокоить перепуганного в усмерть Ярика – или всё человечество??? – а попутно начинаешь верить и сам».
Ярик сглотнул.
- Тогда чего они пялятся? – прошептал он, давясь нервной одышкой. – Нам же не нужны их птенцы. Мы совсем за другим пришли.
- Наблюдают, – подхватил эстафету Вадик. – Откуда им знать... может мы хулиганы, какие, которым только и надо, что гнёзда разорять.
Юрка подивился выдержке друга. Одно дело, когда видишь ужас собственными глазами и пытаешься кого-то успокоить, и совсем другое, когда понятия не имеешь о царящей кругом опасности и всё равно поддерживаешь более слабого, опираясь лишь на слова товарища.
- Успокоился? – спросил Юрка дрожащего Ярика; тот в ответ кивнул. – Тогда делаем так: медленно, стараясь не шуметь, поднимаемся наверх, по очереди обходим эти деревья и возвращаемся в город. Без паники и криков. Уяснили?
Егорка быстро закивал: ему сейчас требовалась любая цель или задача маршрута, лишь бы не находиться на месте, созерцая безликие тени. Но с Вадиком вышли проблемы.
- А папоротник как же? – спросил он, оглядываясь на холмик в центре ямы. – Обидно так просто уходить. В третий раз уже с пустыми руками.
- Нет тут никакого папоротника, – отрезал Юрка, преграждая Вадиков взгляд. – Даже если и был, сейчас нету. А нам выбираться нужно, по добру.
Вадик поник.
- Ребята, смотрите!
Юрка глянул на Ярика, который указывал вытянутой рукой ему за спину; резко обернулся.
С холмиком происходило что-то странное. Хотя это и не холмик был уже – кучка чего-то вязкого, похожего на грязь. Возвышенность постепенно расползалась, тонула, как весенний лёд в талой воде. Вот уже просто дрожащая лужица, вроде жидкой ртути, только чёрная. Утробно булькнуло, как в болоте.
Юрка вздрогнул. Ничего не понимая, глянул на друзей; Вадик подался всем телом вперёд, силясь хоть что-нибудь разглядеть; Ярик, напротив, неуклюже пятился вверх по склону, спотыкаясь о комья земли, но каким-то чудом сохраняя равновесие.
Юрка вновь обернулся.
Поверхность лужицы пузырилась, словно под землёй проснулся грязевой гейзер. Пахнуло болотным смрадом. Откуда не возьмись, появился туман – повис тонкой пеленой над самой землёй на уровне колен. Юрка и сам невольно попятился. Однако молочная субстанция не чинила вред, просто растеклась по дну ямы, поглотив всё под ногами.
Вверх взметнулся фонтан из брызг и грязи. Что-то протяжно зарокотало. Земля под ногами дрогнула, как при извержении вулкана.
Юрка упал в молочный кисель. Глаза залепило грязью, так что ничего не разглядеть. Дно продолжало заходиться в конвульсиях, словно лёгкие больного туберкулёзом. Где-то поблизости протяжно ревел Ярик.
Юрка кое-как прочистил глаза... Лучше бы он этого не делал. Из пузырящейся жижи росло дерево... Точнее коряга с множеством уплотнений, из которых, по всей видимости, должны были прорости стебли. Хотя последними пока и не пахло. Верхушка коряги напоминала когти хищника. Пять торчащих в разные стороны сучка, оканчивающихся металлическими наконечниками – как напёрстки, только неимоверно острые!
Юрка мотнул головой, гоня прочь наваждение. На всякий случай вновь протёр кулаками глаза. Распахнул дрожащие от страха веки, но ничего не изменилось. Хотя... Вадик зачем-то шёл к непонятной коряге, теребя комбинезон за клапан кармана. А коряга тянулась в ответ. Завязи вовсе не были завязями – это были суставы, а всё в целом, очень походило на клешню засевшего под землёй чудовища! Но Вадик, естественно, не видел этого. Пока не видел.
Юрка хотел закричать, но кричать оказалось нечем. Воздух куда-то делся, во рту пересохло, а в горле застрял ком непонятно чего.
Дальнейшие события Юрка помнил смутно. Наверное, потому что все его действия были спонтанными. Вот он вскакивает, срывается с места. Тянется за беспечным Вадиком, который так похож на оболваненного бандерлога. Краем глаза видит, как манит к себе, издеваясь, не то коряга, не то клешня... как мельтешат в кронах деревьев тени с глазами... как всё плотнее смыкаются ряды стволов... как клубиться под ногами туман... как Ярик сползает вниз по склону, страшась происходящей наверху вакханалии...
До Вадика Юрка дотянуться не успевает... но тот всё же подносит к глазам погнутую дужку очков. Какое-то время стоит, никак не реагируя на беснующуюся над головой клешню, с наконечников которой брызжет что-то густое, напоминающее ртуть. Потом оборачивается, и Юрка видит маску ужаса, заслонившую лицо друга!.. И Юрка не знает, что делать, потому что делать нечего: не на что надеяться, не от кого ждать помощи, некуда бежать – или как там рассуждал сам Вадик?!
Хотя какая теперь разница...
Занятый ненужными мыслями, Юрка забвенно наблюдает за тем, как клешня проносится над его головой и хватает за ногу орущего во всё горло Ярика. Хватает и тут же подбрасывает вверх, как какого-нибудь котенка. Затем ловит в воздухе и уже волоком тащит к кипящей луже... После непродолжительного провала в памяти, они вдвоём с Вадиком пытаются за руки вырвать Егорку из лап болотного монстра. Однако силы не равны, и ребята уже втроём волочатся по земле, точно марионетки злобного кукловода, который наматывает игровую нить на вагу, давая понять, что спектакль закончен. Юрка из последних сил пытается сопротивляться, но ударившись головой о ком земли, проваливается в вязкую жижу. Он, в буквальном смысле слова, вязнет в трясине, погружаясь всё глубже и глубже, навстречу безумию...