Страница 101 из 102
- Па...
- Что, Юр?
- Там будут ждать.
- Кто?
- Те, кому так хочется заглянуть за грань.
- Кто они?
- Мы сами...
Дисколёт нырнул в нуль-пространство, оборвав фразу мальчика.
...Всю дальнюю стену занимал огромный иллюминатор – метров шесть в ширину и четыре по вертикали. Внутри чёрного квадрата сияла Земля. Она тоскливо наблюдала за «пасынками вселенной», что отважились бросить вызов бесконечности... или бескрайности чувств...
Подорогин вздрогнул в ложе.
На шею легли холодные пальцы, принялись душить.
Подорогин извернулся. Вырвался из душащих объятий. Взглянул в глаза противнику... и ужаснулся.
Это был он сам.
«Я всё же попросил! Но как?..»
- Решил разрушить кольцо? – спросил двойник. – Самонадеянно.
Подорогин окинул взором зал. Увидел пробирающихся к ним по рядам людей из службы тотального контроля, Самохина на трибуне, ещё одного человека, похожего на себя. Крикнул:
- Кровь! Смотрите, у него кровь!
Зал загудел, как встревоженный улей.
Пятнашки зашелестели, передвигаясь...
Это были его последние тридцать секунд.
- Почему мы тут? – спросила Иринка сестру.
Светка проглотила слёзы.
- Я... Я не знаю.
- Кто этот человек? – продолжала расспрашивать мелкая.
На девочках были лёгкие летние платья, а вовсе не комбинезоны. Над городским кладбищем звенели соловьи. Зелёная травка венчала аккуратный холмик могилы. Серый британец стряхивал с усов радужную росу, обнюхивая памятник.
- Я... не помню. Он учёный. Всю жизнь исследовал микрокосм, – Светка рыдала.
- Что?
- Что тут, – Светка коснулась лба сестрёнки.
- А как ты узнала про него? Почему плачешь? Свет?..
Светка пожала плечами.
- В Интернете прочла. Потом пришла. И... тут что-то не так.
- Где?
Светка коснулась груди слева.
- Он давно умер. А я словно знала его при жизни.
- Смотри!
- Что?
- На фото!
- Что-то не так?
Девочки прильнули к памятнику.
- У него на клапане кармана моя заколка! Ну помнишь, которую я потеряла?!
Светка ухватилась за подбородок.
Потом просто упала на колени, не в силах совладать с чувствами.
Надпись, под фотографией Холмина Дмитрия Сергеевича, гласила:
«Светлана, Он выслушивает каждого из нас. Потому и возвращается вновь и вновь – просто в отличие от смотрителя не любит афишировать свои поступки. Он будет приходить, пока мы окончательно не поверим... Люблю».
Светка до боли закусила губу.
Она вспомнила всё! Всё чего не было и что было... а ещё то, что так и не досказала.
- Димка... Пока не поверим, я помню. Любимка ты мой...»
Юрка с отцом пытались запустить в парке змея. Ярик держался за живот. Вадик, разочарованно качал головой.
Ещё выше висел дирижабль.
Рекламный плакат вещал:
«Проект “Оверсан”. Мы воплощаем мечты в реальность!»
ВМЕСТО ЭПИЛОГА. ЗАМЫСЕЛ, О КОТОРОМ НИКТО НЕ ЗНАЛ
В зале было светло. Белые колонны уносились ввысь насколько хватало взора. Под ногами шуршали слоёные облака. Испуганно перешёптывались другие дети.
...Они смотрели друг другу в глаза и плакали. Плакали, потому что знали: пришла пора расставаться, чтобы больше никогда не увидеться. Или увидеться, но не узнать друг друга, потому что таковы правила.
Грянул сонм труб. Воспитатели упали ниц. В лучах ослепительного света предстал Он.
- Пора, – пророкотал гром. – Ты готов ступить на тропу познаний, чтобы преодолеть жизненный путь? Внизу тебя уже ждут.
Мальчик кивнул, вытирая с подбородка слёзы.
Девочка сжала кисти рук – до боли. Но в груди всё равно было больнее.
- Обещай, что будешь ждать, – прошептала она.
Мальчик кивнул.
- Обещаю.
Девочка вздрогнула от последовавшей догадки:
- Но ведь ты не проживёшь сто сорок лет! Твоё тело умрёт.
Мальчик заглянул в глаза.
- Я что-нибудь придумаю. Верь мне, как Ему.
- Но как?! – последовал вопрос, полный отчаяния.
В небесах назидательно громыхнуло.
- А ты... Ты будешь ждать меня? – затаив дух, спросил мальчик.
Девочка шмыгнула носом.
- Всю жизнь и даже после я буду ждать только тебя. Буду ждать пока не погаснет последняя звезда. Пока эти облака не поглотит мрак. Пока буду способна мыслить и чувствовать сама!.. И потом тоже буду, когда не останется совсем ничего! Ему не убить наших чувств! Не стереть их! Не выжечь!..
Девочка всё удалялась, а мальчик чувствовал свою ладонь зажатой в сухой и тёплой руке, утягивающей прочь.
- За что? – спросил он, когда крики девочки стихли, а воспитатели закрыли за ними кованые врата. – За что Ты так с нами поступаешь?
- Ты спрашиваешь, за что? – пророкотало рядом. – Тебе дарован бесценный дар земной жизни! Ты должен быть благодарен, так как сможешь развиваться, накапливать знания, нести свет. Быть полезным.
- Полезным кому?
Небеса не ответили.
Здесь так было впервые.
Облака налились свинцом, словно в раздумье.
- Так ты готов отдать жизнь за любовь? За чувство?
Мальчик, не задумываясь, кивнул.
Совсем рядом сверкнула молния. Громыхнуло, отчего мальчик весь сжался.
- Жизнь целого мира? – вопрошала стихия.
- Мир – это человек. Разве нет? – шёпотом спросил мальчик. – Если так, то я готов. Забирай. Мне все равно, потому что там, куда Ты ведёшь, – мне не увидеть счастья.
Последовала пауза.
- А я и не подозревал, что мы создали, – прошептал дождь.
- Разве такое возможно? – недоумевал мальчик.
Небосвод тряхнуло, словно кто-то огромный кивнул головой; сорвалась пара комет; звёзды принялись взволнованно мерцать. Далеко-далеко вспыхнула сверхновая.
- Я не могу забрать тебя, потому что это повлечёт за собой гибель Мультивселенной, но я могу сделать так, что ты увидишься с ней... Хотя и знаю, что так поступать нельзя.
- Пожалуйста! – попросил мальчик, от переизбытка эмоций вставая на цыпочки.
- Малыш, – на небе собралось бледное скопление. – Там, на Земле, это будет всего лишь миг. День, может быть, два, после чего вы снова расстанетесь. Навсегда.
- И забудем друг друга?
- При определённом раскладе – нет, – скопление распалось, со всех сторон надвинулся мрак. – Но неужели вы согласны жить, зная о том, что больше никогда не встретитесь?! Это уму непостижимо! – Вокруг заплясали галактики. – Я готов даровать вам забвение. Вы сможете полюбить и быть любимыми! Вы будете счастливы, каждый в своём мире!
Мальчик высвободил руку.
- Если ты сам всё это создал, почему не можешь понять элементарного? Мне нужна только она! И больше никто.
Галактики замерли, исчезли, вокруг разверзлась чернота, изредка озаряемая вспышками белого цвета.
- Простите меня, – прошелестело реликтовое излучение, которое принимают все, но не могут понять. – Простите, что создали вас именно такими. Но... как же это красиво! Ты исключителен, Мальчик!
Мальчик понурил голову.
- Вы сделаете так, чтобы мы встретились? Хотя бы миг!..
- Ступай, – ответила ближайшая радиогалактика. – Твои родители заждались. И она тоже ждёт...
- Как, уже?! – Мальчик не поверил собственным ушам.
- Тут всё относительно, – отозвался спутник, летящий в никуда. – Даже время.
- Спасибо! – воскликнул мальчик, кидаясь на блики света.
- Стой! – окликнул спутник. – Это – маяк. Остерегайся его. Твой дом – там...
Мальчик глянул и обомлел.
Столько голубого и зелёного он ещё не видел! Девочка выпала из памяти. Сидящий гладил бороду.
- Он забыл... – Девочка плакала.
- Ведь ты согласилась ждать вечность.
Девочка, в страхе, отпрянула. Она всегда боялась Сидящего, в особенности, когда Тот разговаривал с ней о мальчике.
Тем не менее, она ответила:
- Да, я согласна.