Страница 54 из 56
С другой стороны, люди им очень нужны, и сейчас, как никогда. У них ничего нет: ни еды, ни лекарств, ни элементарных вещей необходимых для длительного путешествия. Но, с другой стороны, почему встреченные ими по пути люди, должны всем этим с ними делиться? Купить, все необходимое у них? А за что? Деньги, которые у них были, Наташа разделила на равные четыре части и отдала на хранение всем организаторам путешествия. Сейчас части Тани и Сергея лежали вместе с ними на дне горного озера. Ее часть намокла и пришла в негодность. Есть еще последняя часть - часть, хранящаяся у Ильи, но тогда нечем будет расплатиться с Сашей (а ведь она пообещала ему зарплату) и самое главное - а нужны ли в этих краях кому-то их деньги? Они уже никого не волновали в деревне Косяна, а здесь и подавно никого не заинтересуют. А вещей на обмен у них сейчас нет.
Все эти мысли Наташа озвучила людям, но Иван стал первым, кто с ней не согласился.
- Пока не попробуем, не узнаем. Может быть, они нас пустят хотя бы просто по-человечески отдохнуть. И потом, Наталья Владимировна, мы-то с вами уже знаем, что бывают разные формы оплаты. В общем, я за то, чтобы идти к поселению.
Остальные люди, хоть в большинстве своем и не знали о "других формах оплаты", но также согласились со Смолкиным и поддержали визит в поселение людей. На том и порешили.
Теперь уже и Наташа, и все остальные могли наблюдать вьющиеся столбики дыма в недалеком впереди. Это действительно были и не облака, и не марево, а самые настоящие искусственно-зажженные очаги. И если учесть, что животные, даже мутировавшие, все равно не научились разжигать огонь, то значит, в обозримом будущем им предстоит встретиться с людьми. Новыми людьми.
До поселения оставалось всего да ничего. Теперь, о том, что впереди находятся люди, говорил не только дым, но и обыкновенные следы - человеческие следы. Как Наташа соскучилась по этим отпечаткам ног на белом снегу.
- Вжи-ик. - Раздался новый звук в зимнем лесу, разбавляя человеческую поступь и на белый, девственно чистый снег закапала алая кровь.
Повариха, шедшая всего в паре метров от Наташи, схватилась за свое горло, а из него торчала грубоотесанная деревянная палка метров двух длинной. На ее лице застыло детское недоумение, а между пальцев толчками била кровь и обагряла снег вокруг нее.
- Вжик, вжик, вжик... - Наполнился лес похожими звуками, но Наташа уже ничего не видела. На нее кто-то налетел и, сбив с ног, накрыл своим телом. Она не знала, что ей делать, но тот, кто ее сбил, думал за двоих. Уже через мгновение он волочил ее тело, словно мешок с картошкой по снегу и кинул в небольшую ложбинку за деревом.
- Лежи и не шевелись. - Крикнул он напоследок и скрылся в неизвестном направлении.
Шок Наташи от увиденного был настолько велик, что она даже не поняла, кто это был. Скорее всего, Саша, но четкой уверенности в этом у нее все же не было.
Лес наполнился криками и шумом борьбы. Кричали на понятном ей языке и на непонятном. Это явно были местные жители, и их встреча оказалась далеко не гостеприимной. Изначально перевес сил был явно на стороне нападающих. Знание своей местности и внезапность сделали свое дело. Но вскоре шум борьбы начал отдаляться. Теперь Наташа больше прислушивалась к выкрикам своих людей и слышала, как за дело взялись братья Зверевы. Они руководили защитой, а чуть позже и нападением. Их приказы были коротки и резки. Их приказы были профессиональны, и охота здесь была совсем не причем.
- Всем залечь. Занять оборону на флангах. Левый фланг, короткой перебежкой на двадцать метров вперед.
- Вжик, вжик, вжик. - Снова смертоносное оружие разрезает воздух.
Но это уже не грубые копья. Наташа слышала эти "вжики" и раньше, когда братья тренировались в стрельбе. Так звучат в полете их стрелы. Что это означает? Это означает, что братья прикрывают перебегающих на левом фланге. Это означает, что теперь льется кровь с противоположной стороны. Наташа успела ознакомиться с манерой стрельбы братьев, да и Косян рассказал ей об этом еще в первый день нахождения в лесу. Братья бьют без промаха. Каждый "вжик" означает чью-то смерть. Их застали внезапно, но сейчас, как сказал бы Иван - "Правила игры изменились", что могут противопоставить местные аборигены, возможно никогда не участвовавшие в баталиях против людей и вооруженных кустарным оружием двум профессионалам. А почему двум? Тайна братьев тоже разгадана - они явно воины, но есть еще один профессионал и возможно лучший, чем оба брата - Саша. Есть Смолкин - человек, способный на неординарные поступки. Есть остальные парни, которые также способны постоять за себя, даже не смотря на то, что у них нет вооружения.
Тогда, что они делают? Они же фактически уничтожают местное поселение. Стирают с земли горстку людей, которые смогли здесь выжить. Здесь, в отравленной зоне. Их не убил яд, но убивают себе подобные.
Наташа вскочила на ноги и выбралась из своего убежища.
- Стойте. Стойте. - Кричала она. - Остановите эту бессмысленную резню. Остановитесь все.
***
И снова Наташа сидела возле костра. И снова ее бил мелкий озноб. Она опоздала. К тому моменту, когда она осознала происходящее, все уже было закончено. На поле боя полегла половина ее команды и все, абсолютно все аборигены. Они вырезали поселение под корень. Хотя, Смолкин ей сказал, что они не увидели среди погибших ни оного ребенка, а в любом поселении должны быть дети и это означает, что их куда-то увели. Но от этого легче не становилось. Наоборот, стало еще хуже. Выживут ли эти дети теперь, после того, как все взрослое население этого местечка погибло? Не обрекли ли они и их на верную смерть: от голода; от холода; от диких зверей?
Иван убеждал ее, что они не виноваты. Что не они первыми напали и их действия были направлены только на защиту, но от его слов легче не становилось. Неизвестно что больнее - быть раненым, или ранить другого? Она вышла в этот поход, чтобы помочь людям, а что в итоге: сначала погибли двое из ее друзей, а затем еще целый ряд наемников и целое поселение людей. Как права была знахарка. Как же она была права. Если бы только можно было отмотать время назад, она ни за что не пошла бы дальше. Она бы вернулась из Взморья назад, прямиком в Дарт и потом, всю свою оставшуюся жизнь отрабатывала бы долг Инкерманам, но не пошла бы в этот поход.
А что же делать сейчас? Развернуться и идти назад, или все же достичь выбранной цели? Ведь дорога вперед уже должна быть короче, чем дорога назад.
20.
С тех пор прошел целый месяц. Они по-прежнему двигались вперед. Их осталось десять человек. Десять из девятнадцати. Она сама, спасенная так и неизвестно кем и прятавшаяся все сражение в своем укрытии. Никита и Илья, которые также как и она, все сражение прятались и не принимали в нем участия. Братья Зверевы, которые после последних событий стали следующими героями в глазах окружающих, но только не ее. Она же сама не могла их видеть. И ведь понимала, что они защищали ее людей и ее саму, но не могла и все. В ее глазах они выглядели убийцами. Лекарь - Алексей Сергеевич, Саша, Степа Полежаев - самый молодой участник Квеста, Дима Колчин и Смолкин. Вот и вся их команда. Остальные семеро остались лежать в чужой земле, а Таня с Сергеем и того хуже - на дне чужого озера.
На удивление самой себе, на протяжении последнего отрезка пути она сблизилась с Никитой. Они часто шли вместе и вели задушевные беседы. В коем-то веке, Никита стал с ней откровенен.
- Объясни мне честно, зачем ты пошел в это путешествие? Из-за меня? - Спросила однажды его Наташа.
- Нет. - Чистосердечно признался Инкерман младший. - Из-за себя.
- Но ведь ты не приспособлен к подобным вещам. Я же вижу.
- А у меня не было выбора.
- Выбор есть всегда.
- Хорошо, я с тобой соглашусь, выбор есть всегда. Но второй вариант выбора меня совсем не устраивал. Отец всегда хотел видеть во мне своего приемника, а я... В общем не мое это все, да ты об этом знаешь и сама. Я всегда любил кутить, прогуливать отцовские деньги и просто наслаждаться жизнью. Я видел, что отцу не нравиться мой образ жизни, но ничего с собой не мог поделать. Чем дольше я жил, тем больше и больше мне нравилась подобная жизнь. В конце концов он сам был в этом виноват: не жалел на меня денег; выручал из тех ситуаций в которые я попадал; да практически это он сделал меня таковым, каковым я являюсь и вдруг, решил это все прекратить.