Страница 27 из 33
В магазин я не пошел, мне там делать нечего. Погулял вокруг машины, пока все не вернулись с покупками. В партии Света подъехала вначале к гостинице, где парочка вылезла со своими сумками, отсюда повезла меня к дому.
Потом я ставил машину в гараж, разбирал вещи, смывал с себя в душе пресной водой озерную соль. Когда чистенький и свеженький зашел в дом, жена с закрытыми глазами лежала на кровати так широко раскинувшись, что места для меня не оставалось. Для нее отдых продолжался, теперь в состоянии легкой дремы. Что бы не мешать, вышел на крыльцо, недолго на нем посидел и прошел в огород. Посмотреть и что нужно полезное сделать.
В огороде работа есть всегда. Одни сорняки можно выдергивать ежедневно, и все равно они никогда не кончатся, потому что так же ежедневно подрастают. Устраиваюсь в нужном месте на маленькой скамеечке - работать сидя приятней - и начинаю лишнее выдергивать.А заодно и о завтрешнем дне думать.
Алексей про понедельник ничего не говорил, наверное я ему не нужен. Значит, занимаюсь своими делами. С утра иду в дробилку, отдаю на обработку пробы, которые отобрал из куч предполагаемой руды на свалке в Придорожном. И не ухожу, пока их не подготовят к отправке в лабораторию в город. Ну а те, что отобрал возле дробилок дорожников, к отправке уже готовы.
Затем нужно посмотреть материалы по закрытой в субботу скважине. Обязательно придет техник-документатор, что бы я утвердил геологическую колонку по ней.
Ну а дальше - построить геологический разрез по этой закрытой скважине и сравнить его с нашим проектным, предполагаемым на начало бурения.
Большего планировать не стоит, дай бог успеть и с этим.
Опер.
Дурная голова ногам покоя не дает, и убедите меня, что это не правда, если сегодня воскресенье и только семь утра, а она открыла глаза. Ну можно спать и спать, наверстывать упущенное за неделю, так нет же, хочет работать.
С этим мириться нельзя и даю зарок: до девяти часов я и пальцем не пошевелю, буду лежать в кровати. Голова отдыхать не хочет - ее дело, а остальную часть тела пусть не трогает. И чтобы не провоцировать на мысли пустые и легкие, положим про женщин, надо загрузить ее чем-то серьезным. О деле заставить думать, о том, как преступников поймать побыстрее, и домой в город, пока Танечка, секретарша шефа и моя любовь, шнурочек свой кому другому не продемонстрировала. Хотя если честно, то жизнь среди геологов начинает нравиться, даже больше - затягивает. Люди хорошие, не знаю все ли, но с кем общался - это точно. Да и к поселку привык, "дырой" как вначале, и не кажется.
Сегодня впереди поездка на озеро. Интересно посмотреть, как местный народ отдыхает. Но это впереди, а сейчас самое время подвести итоги за неделю и подумать еще раз о деле, ради которого я здесь нахожусь. Может статься, вечером времени для этого не окажется.
Встать с кровати все же на минуту пришлось - достать бумагу и ручку кое-что записать. Но сразу вернулся назад, и уже лежа начал перебирать в памяти все, что удалось установить по каждому предполагаемому участнику хищения на шахте.
Первый из них - "информатор" в партии. Пока не установлен, но подходящая кандидатура есть - из горных мастеров. Геологи обещали по документам точно установить, в чьи смены попадали самые богатые из похищенных отпалок. Если такое получится, один из горных мастеров как "информатор" определится, и с ним придется поработать серьезно: определить круг друзей, знакомых и самое главное - канал связи с поселком Придорожным. А связь есть, и очень оперативная. Вспомним, что Павел Петрович утром в город в милицию уехал, а в девять вечера сторож на шахте был уже мертв. Возможно и не сам "информатор" его до смерти довел, но поговорить с сообщниками, посоветоваться что делать - должен был непременно. Стало быть, как-то связаться с Придорожным. У одного из горных мастеров, как Юра говорил, мотоцикл есть, мог оперативно в поселок съездить. Следовательно, мотоцикл и его хозяина там должны видеть, и не только самого, но и к кому он приезжал в гости. Это как первый вариант связи.
Второй вариант - мог позвонить по телефону. Их в поселке, я интересовался, два: в домике медицинской части, и на железной дороге у дежурного по вокзалу. Люди у телефонов сидят постоянные и их следует расспросить о возможном звонке в среду-четверг полторы недели назад: не просил ли кто передать что-то известным нам лицам, либо позвать их к телефону.
Есть и третий вариант связи - через знакомого. Но передаваемая информация была настолько серьезной, что доверить ее можно только сообщнику. А таким в партии, где народа не так и много, может быть человек близкий, друг. Следовательно, и с друзьями горных мастеров нужно познакомиться поближе.
Получается, что по связям информатора с сообщниками Придорожный нужно еще раз посетить. И хорошо для работы получить в помощь сержанта. Как я понял, у него там не только знакомые, но и друзья, с которыми он "принимает". А это дело большое, за столом скажут такое, о чем и мечтать не могу. Решаю сержанта на день просить.
Второй участник дела - "железнодорожник". Уже найден, правда в расчлененном виде. Кто он и откуда приезжал - предстоит узнать, но это дело времени. Известно точно, что в поселке появлялся в последний месяц несколько раз, посетил щахту перед хищением руды и как полагаю, интересовался на месте ли нужные отпалки. Встречался с Рогожиным Б.С., начальником дорожников, и с Бочко Я.М., охранником. Последние от этого категорически отказываются, что является очевидной ложью.
Мотивы его убийства пока не совсем ясны. Первое, что напрашивалось - организаторы хищения узнали о нашей заинтересованности "железнодорожником". Возможно от того же "информатора", который от сторожа на шахте услышал о ее посещении нежданным гостем. Но человека не местного, в поселке редко появлявшегося, убивать по такому поводу необязательно, легче отправить куда подальше на время. Это и безопасней, и надежней. Нельзя не считаться и с возможной очень важной ролью "железнодорожника" как незаменимого курьера между кем-то в городе, где делают анализы проб на золото, и исполнителями хищения руды. А если этот кто-то в городе реален? Тогда, как мне представляется, он и есть главный во всей преступной группе. От него идут исходные данные - результаты анализов проб, и к нему по идее отправляется для реализации конечный продукт - золото.
Получается, что с "железнодорожником" неясностей много, начиная от мотивов его убийства и до важных для нас его связям в городе. Я могу реально сделать одно: отправить Михаила Ивановича в поселки Пионерный и Солнечный, убедиться что "железнодорожник" там не появлялся, то-есть направление на город единственное заслуживающее внимания. По крайней мере так мне представлялось. А дальше нужно терпение. Есть отпечатки пальцев, фотография, возможно кто-то заявит о пропаже человека. И еще много чего может быть, но опознают тело несомненно. Что даст возможность заняться его близкими, знакомыми, связями ... и прочим. Может, мне и о поездке в город пора подумать?
Погибший на шахте сторож - третий человек, связанный с хищением. О нем известно все, за исключением небольшой детали: с кем из знакомых выпивал на работе вечером перед хищением, и позднее - в день смерти. Назвать его сообщником преступников нельзя, явно человека использовали "втемную", выключив каким-то препаратом сознание. Очень боялись, что при случае вспомнит лишнее, и только этим можно объяснить его смерть. Убийцей напрашивался "информатор" из партии, как хорошо знакомый сторожу человек, которого он мог не опасаться. Хотя возможен и кто-то другой, не попавший в поле нашего внимания. Пока не попавший, но тоже член преступной группы. А потому рано или поздно на него выйдем, либо сообщники заложат - убийство на себя никто не возмет.
Все лица, по которым я сейчас прошелся, подготовили хищение: определили какие отпалки нужно увезти, уточнили их положение на площадке, наметили пути вывоза руды, проявили преступную беспечность (сторож), и т.д. А вот подготовить дорогу от дорожников до шоссе в объезд поселка, организовать нужные машины и экскаватор, определить места хранения похищенной руды, рассчитать количество необходимых машин и рейсов мог начальник дорожников Рогожин Б.С., либо он и охранник Бочко Я.М. совместно.