Страница 27 из 49
Но теперь в первых и холодных лучах солнца я пытаюсь найти ответ, что же это должно означать? Мне сразу же хочется к нему, и убедиться, всё ли в порядке. Я хочу его близости и прикосновений, вся эта ситуация совсем непонятна.
Поэтому я всё же встаю с кровати, одеваю халат, который подходит к моему свеже-купленному неглиже. Я не могла постоянно носить пижамные рубашки Джонатана, да и мои университетские однотипные футболки XXL тоже не были хорошим решением. Раньше я даже не думала о том, что можно носить на ночь сексуальные наряды. Да и к чему они мне были? Но теперь всё изменилось, я сплю с мужчиной, что поменяло полностью отношение ко всему. Теперь мне даже нравится такое бельё и нужно, подумала я, подойдя к двери.
Я открываю потихоньку и проскальзываю в комнату Джонатана, чтобы меня никто не увидел.
Но Джонатана там нет, его кровать не тронута. Когда он ушел от меня, в свою кровать не вернулся. Но где он может быть в это время?
Долго не думая, я выхожу из комнаты и бегу к лестнице. Но я резко останавливаюсь. Я просто была уверена, что в это время все в доме спят, но я ошиблась. Поместье уже проснулось, а на первом этаже уже слышны голоса из кухни. Даже если и никого нет на верхних этажах не факт, что я не столкнусь с персоналом, в тот момент, когда я буду обыскивать помещения и искать Джонатана.
Не зная, что делать дальше я жую свою нижнюю губу. Мне надо обязательно найти Джонатана, но не в сорочке и халате, бегая по залам.
- Мисс Лоусон, Вы уже проснулись, - сказал миссис Хастингс, которая вдруг стоит рядом с корзиной белья в руке. - Вам что-то нужно?
Она смотрит улыбчиво на меня и, наверное, немного переживает, что мне срочно что-то понадобилось и она мне сможет помочь. Она не даёт не единого намёка на то, что я в неподобающем наряде тут нахожусь.
- Э… э... я... я ищу мистера Хантингтона. Он не в своей комнате... Вы его случайно не видели?
Она не реагирует так же на то, что я была утром в комнате Джонатана, только улыбнулась.
- Да, видела. Он уже долгое время сидит в библиотеке. - она мне подмигивает. - Я это знаю, потому что приносила ему туда чай.
- Ээ ... ничего... если я вот так... - я указываю на себя рукой и получаю в ответ ещё одну улыбку.
- Идите, если он вам срочно нужен. Вы знаете, где библиотека?
Я киваю и бегом направляюсь к лестнице. Найти дорогу не сложно, мне попадается только одна кухарка по дороге с удивлёнными глазами, но на удачу, больше никого. Я открываю дверь библиотеки и заглядываю, вижу чай, о котором говорила миссис Хастингс. На диване Джонатана нет. Я его замечаю, только когда вхожу. По сравнению со мной он полностью одет, стоит в проходе к рабочей комнате отца и смотрит на стену. Мне даже не надо думать, я сразу знаю, там весит портрет его матери.
Когда он меня услышал, он поворачивает голову и смотрит на меня. Он углубился в свои мысли и даже после того как он узнал меня, его лицо остаётся серьёзным.
- Ты уже встал? - спрашиваю я, он поднял только одну бровь. Тупой вопрос. Понятное дело.
Я делаю пару шагов, надеясь, что он пойдёт мне на встречу и обнимет меня, я хочу знать всё ли в порядке.
Но он стоит, руки скрещены на груди и с такой гримасой на лице, что даёт мне понять, что этого он сейчас не хочет. Поэтому я тоже не решаюсь делать дальнейшие шаги.
- Что ты здесь делаешь?
Он пожимает плечами, не отрываясь от рамы, он переминается на ногах.
- Я не мог спать.
Его ответ однозначно отталкивающий, поэтому во мне начинает просыпаться ярость. Почему он сейчас такой? Вчера вечером мы любили друг друга и были так близки, как в обед в парке. Я даже уснула у него на руках. Но всё выглядит так, как будто слишком много близости было в последнее время и теперь он меня держит на расстоянии.
- Что случилось? – спрашиваю несчастно я. – Я ... я что-то сделала не так?
Джонатан машет головой и переводит взгляд назад на портрет, потом возвращает свой взгляд ко мне.
- Нет, - говорит он и его глаза добавляют: но возможно я.
Я опять чувствую, как ледяной кулак вбивается в моё сердце и давит так, что у меня просто останавливается дыхание.
- Джонатан...
- Иди оденься, пока тебя так кто-то не увидел. - говорит он и указывает на мой халат. Между строк читается чёткий приказ уйти. Мне нужно уйти.
Чувство беспомощности наплывает на меня, параллельно с яростью, сейчас я ничего не могу сделать. Я знаю ,что он имеет ввиду нас, и не даёт мне ни малейшего шанса узнать то, о чём он не может говорить или не хочет.
В какой-то момент я решаю ему перечить, но потом опять не решаюсь, есть что-то в его взгляде, что меня отговаривает это делать. Что-то грызёт его, хоть я и злюсь на его отсутствующий взгляд, я хочу помочь ему. Это возможно только тогда, если я уйду и оставлю его в покое.
Я на самом деле себя чувствую голой, мне срочно надо одеться.
- Хорошо, - говорю я и наталкиваюсь на его удивлённый взгляд. Он наверняка ждал сопротивления. Но то, что он разочарован или рад, я не могу разобрать, так как он снова переводит взгляд на портрет своей матери.
Без единого звука я поворачиваюсь и выбегаю из библиотеки на лестницу. Снизу я никого не встретила, хоть я и слышала голоса, а сверху миссис Хастингс с корзиной белья выходит мне опять на встречу.
Я вижу, что она меня хочет что-то спросить, наверное, нашла ли я Джонатана, но я улыбаюсь коротко и проскакиваю мимо её в свою комнату, не давая ей шанса со мной заговорить. Влетев в комнату в полном без дыхании я облокачиваюсь на дверь.
До этого момента время в поместье казалось полной катастрофой и я чувствую себя такой жалкой. И если Джонатану уже в шесть утра удаётся довести меня до отчаяния, тогда я совсем не хочу знать, что этот день мне ещё уготовил.
Глава 15
Всё так же, как и вчера, только хуже, думаю я, когда я спустя пару часов опять стою в шатре и слушаю живой оркестр, который находится в уголке, и играет, развлекая местную элиту.
Теперь я понимаю, что Сара имела в виду, говоря о празднике вчера, что лишь сегодня всё по-настоящему начнется. Вместо вчерашних тридцати гостей, сегодня более трёхсот. Похоже, тут собралась вся деревня в усадьбе «Локвуд». Эти гости потом останутся на обед, а после на балл.
Это количество гостей поможет мне смешаться с ними и не выделяться, но и, конечно же, не хорош тот факт, что я себя чувствую абсолютно потерянной. Джонатана опять нет рядом, чего я очень хотела бы, он стоит в паре метров от меня в группе мужчин и, кажется, ведёт светские разговоры.
Сегодня он меня не оставляет совсем одну как вчера вечером, видимо вспоминает сегодняшнее утро и чувствует угрызение совести. Но я всё равно считаю себя брошенной, потому что он намного дальше находится от меня, чем стоит.
Если его кто-то окликает или машет ему рукой, а это происходит часто, то он сразу же идёт туда.
Постоянно, если его кто-то окрикивает или машет, а это происходит очень часто, он идёт туда и не берёт меня с собой, просто извиняется и уходит. А если кто-то подходит сразу к нам, то он представляет меня только по имени и больше ничего. Он так же не кладет руку мне на талию или обнимает, как это делают все пары, показывая, что они вместе, он же ничего подобного не делает и как только появляется возможность, он сбегает от меня.
Он явно избегает меня, это точно. Ничего после сегодняшнего утра не изменилось и чем дольше это продолжается, тем сильнее сжимается мой желудок, который меня мучает с самой библиотеки. Но я не буду за ним бегать, ни за что, хоть сегодня всё хуже, чем вчера, Сара мне сегодня не в помощь.
Она, скорее всего, вчера щадила ногу перед сегодняшним днём, а теперь она скачет на свои костылях как козочка между гостями так же, как и граф, и Джонатан. Она просто и не думает о кресле. Она выглядит абсолютно не уставшей от разговора, и они благодарят ее, либо рассказывают что-то. Я не хотела бегать за ней весь вечер по пятам, поэтому стою со своим бокалом шампанского, из еды есть только маленькие сэндвичи и пироженки, ну, и, конечно же, чай, это была бы не чайная вечеринка без него. Многие люди мне улыбались, проходя мимо, которых я даже и не знаю.