Страница 3 из 38
-- Да, ты Наташа, садись, -- я подвел девушку к дивану, -- отдыхай, а мы сейчас чего-нибудь перекусить сообразим.
-- Спасибо, не надо, я лучше пойду.
-- Надо, надо, -- оборвал я ее, -- совсем устало выглядишь. Да и обувь насквозь мокрая. Высохнет, и пойдешь. Может тебе чего покрепче? А? -- Я подмигнул девушке. -- Вина, пива?
-- Я предлагала, -- в разговор вклинилась Таша, -- Наташа отказалась.
-- Ну хорошо, -- я вновь заулыбался, -- тогда чаю, горячего, с печенюшками.
Девушка кивнула.
С кухни раздался свист закипающего чайника, и Таша ушла заваривать чай.
Я разглядывал девушку. Пожалуй имя Наташа ей совсем не подходила, а вот Ника - самое то.
Ника была симпатичной - невысокой и стройной, с вьющимися темными волосами до плеч. Вид усталый и донельзя вымотанный, словно после тяжелого трудового дня. Лицо осунувшееся и бледное, взгляд зеленоватых глаз потухший и странно блуждающей, словно она не вполне осознавала где находится. Она сидела плотно сжав колени. Пальцы безвольно раскинутых рук чуть подрагивают. Девушка шевельнулась и закинула ногу на ногу, зажав ладони между бедер, словно они у нее замерзли. Пушистый тапок соскользнул с ноги и я посмотрел на ее ступню. Маленький мизинчик, указательный, или как он там на ногах называется, длинней большого. Кажется это называется греческая стопа - очень красивая. Меня такие всегда возбуждали.
Я поймал себя на мысли - Ника с Ташей похожи. Одного роста, может Таша немного выше, и телосложения, Ника чуточку плотнее. Овал лица, волосы пожалуй одного цвета, не того ужаса в который красится Таша, а естественного цвета, скорее всего русого если судить по бровям и ресницам. И цветом глаз схожий, но у Таши они зеленовато-серые, а у Ники серо-зеленые. Вот только ступни, у Таши они были грубовато разлапистыми - деревенскими. Что меня всегда немного коробило.
-- Фил, -- раздалось из кухни, -- помоги пожалуйста.
При звуке голоса Таши, Ника вздрогнула и моргнула, взгляд слегка прояснился. Она начала подниматься с дивана.
-- Я все же пойду.
Голос слабый, но твердый.
-- И куда ты пойдешь? -- Я притронулся к тонкой руке.
Ника руки не отдернула, лишь пристально взглянула в глаза.
-- Мне пора, и не задерживай меня Фил Торов.
Я моргнул от неожиданности. Откуда она знает мою фамилию? Мы знакомы?
-- Мы знакомы? -- Озвучил я мысль.
-- Не ты один, можешь лазить по чужим... вещам. Не задерживай меня пожалуйста, у меня есть дело.
Я смутился и отступил от девушки.
-- Фил, ну ты где? -- из кухни пришла Таша.
-- Наша гостья собирается, ей пора.
-- Чем ты обидел девушку? -- в голосе Таши лязгнул метал передергиваемого затвора.
-- Он не виноват. -- Ника вынула кроссовки из под радиатора и пошатываясь вышла в коридор. -- Мне и вправду пора, я и так злоупотребила вашим гостеприимством.
Она одела куртку и пыталась всунуть голые ступни в кроссовки. Ее пошатывало и она никак не могла в них попасть.
-- Я провожу, -- я протиснулся мимо Ники в коридор.
Быстро натянув ботинки, я присел около обувной полки спиной к девушкам, сделав вид что завязываю шнурки.
Скосил глаза - Ника была занята тем что пыталась не наклоняясь надеть кроссовок, Таша смотрела на нее со странной смесью страха, презрения и еще чего такого, чего до сего часа я в ее глазах не замечал. Это была ревность? Да, пожалуй, именно она. Таша что, с ума сошла, ревновать меня к этой не совсем адекватной девице? Бред, я ошибся. Что мне до нее? Просто я опять влез не в свое дело.
Быстро сунув пальцы между стеной и задней стенкой ящика я ухватился за веревку намотанную на вбитый в доски пола гвоздь и вытянул полиэтиленовый пакет, с рекламой аптеки. Пальцы скользнули внутрь и нашарили рубчатую рукоять переделанного из газовика пистолета. Молниеносно я переправил ствол себе за пояс, пряча оружие под вытянутым из джинс подолом майки. С ним мне будет спокойней.
Я обернулся, Ника все никак не могла попасть ногой в кроссовок. Я присел и помог ей обуться. От прикосновения к голой коже, теперь не ледяной, а горячей, словно у девушки был жар, меня словно током ударило.
Она благодарно кивнула, и задев меня плечом, подошла к двери.
Щелкнул замок дверь открылась и она вышла на лестничную площадку.
-- Подожди меня, -- бросил я не отводя взгляда от Таши.
Губы подруги подрагивали, а в глазах стояли готовые пролиться слезы.
Я шагнул к Таше.
-- Я быстро, хорошо?
Таша слабо кивнула, в глазах ее, за пеленой слез, был страх и тоска, словно она что-то предчувствовала. Расставание? Чушь! Всего лишь еще один эпизод моей беспутной жизни. Одним больше, одним меньше - это ведь ерунда. Правда?
-- Будь осторожен, ладно? -- голос дрожал и ломался.
-- Конечно, -- я обнял ее и чмокнул в висок, -- осторожность мое второе имя.
Губы Таши сложились в некое подобие улыбки:
-- А первое - неприятности, где вы?
-- Я быстро, -- вновь повторил я, -- провожу ее до метро и обратно, а ты пока в души и жди меня.
Я запустил ладонь под короткий подол майки и сжал горячую Ташину ягодицу.
2
Нику я догнал на площадке третьего этажа.
Услышав мои шаги она обернулась.
-- Выключи джентльмена и возвращайся, -- голос ее был тусклым, как и глаза.
Я покачал головой.
-- Мне не нужна помощь, и вообще ты зря влез не в свое дело. Возвращайся, помощь мне не нужна. -- Повторила она.
Интересно сколько раз за последний час мне говорили что я влез не в свое дело? Раз десять не меньше.
-- Ты уверена?
-- Да.
-- А я вот уверен, что нужна.
-- Ты уверен? -- Ника словно передразнивала меня.
Я смотрел ей в глаза, они были словно у заблудившегося ребенка: тоска и страх пополам с надеждой, и... Вызов. Я прочел в ее глазах вызов. Вызов ситуации, миру и мне. А на вызовы я всегда отвечаю, особенно если они исходят от понравившейся мне девушки.
-- Уверен.
-- Смотри, но это изменит твою жизнь, навсегда. -- Она говорила так тихо, что я еле ее расслышал.
Я пожал плечами:
-- Там и менять то особо нечего.
Ника улыбнулась:
-- Тогда проводи меня до метро.
Она отвернулась от меня и на нетвердых ногах начала спускаться.
-- О большем, я и не мечтал, -- пробурчал я под нос и переправив Ижа из-за пояса в боковой карман куртки, поспешил за ней.
На улице подмораживало все больше. Я поежился и накинул капюшон, шапку я второпях забыл. Глядя на неверные движения девушки, я предложил:
-- На руку обопрешься?
Она благодарно кивнула и взяла меня под локоть.
Мы шли в сгущающихся сумерках. До метро было минут десять пешего хода, но с учетом Никиной скорости, пройдем мы вдвое дольше.
Чтобы не молчать я спросил:
-- Ты зачем не своим именем назвалась?
-- Что? -- Она на миг оторвала взгляд от дороги. -- Ты о чем?
-- Ты назвалась Наташей, тебя ведь не так зовут.
-- Правда?
-- Что правда - то что тебя не так зовут, или то что ты назвалась чужим именем.
Взгляд стал растерянным.
-- Я не помню.
Я вздохнул:
-- Чего ты не помнишь?
-- Того что назвалась Наташей.
-- Ты издеваешься?
-- Нет.
-- Тогда ширяешься?
-- Что?
-- Дурь по венам пускаешь, колешься, употребляешь наркотики?
-- Нет.
-- Тогда в чем дело?
-- Не знаю. Я... Я потерялась.
-- Потерялась?
Я ничего не понял.
-- Потерялась. Заблудилась. Я... У меня сейчас все как в тумане. Мысли путаются. Воспоминания перемешиваются, словно они не мои. Я плохо себя чувствую, мне надо домой, или куда-то еще, у меня какое-то дело было... есть, но я не помню какое.
Ее сбивчивый рассказ совсем запутал меня.
-- Эти двое тебе ничего пить не давали. Может понюхать что, или курнуть.
-- Какие двое? -- Голос удивленный и обеспокоенный.