Страница 17 из 54
Зомби молча втолкнул меня в проем, за которым зияла тьма, затем вошел следом.
Свет вспыхнул неожиданно и казалось со всех сторон. Я зажмурилась, потом осторожно открыла глаза и увидела пожилого седовласого мужчину в красном кафтане, который потрясенно смотрел на Гобби. Затем изумленно-вопросительно выдохнул:
— Ты?!
Мое умертвие облаченное в черный некромантский костюм для тренировок, кивнуло и выдало уже привычное мне:
— Ыыы!
Открывший нам старичок несколько раз моргнул старыми выцветшими глазами и потрясенно сообщил:
— Паршиво выглядишь.
Гобби кивнул.
Затем вытащил из кармана вдвое сложенный листочек, развернул и передал старику. Торговец прочел написанное, неуверенно взглянул на Гобби, и пробормотал:
— Он сейчас в "Голубке".
Кивнув, зомби отобрал записку у старика. Последний, стоял, задумчиво хмурясь, после произнес:
— Тебя долго не было.
— Ыыы, — согласился Гобби.
Еще раз кивнув, старик спросил:
— Что-нибудь нужно?
Словно предвосхитив его вопрос, мое умертвие снова полезло в карман, достало еще одну записку, передало торговцу, который теперь задумчиво посматривал то на меня, то на Гобби. Мужчина взял листочек, развернул, прочел. Кивнул и молча ушел.
— И что все это значит? — спросила я, оглядывая крохотную проходную в которой мы стояли.
— Ыы, — ожидаемо ответил Гобби.
И что тут скажешь?!
— Для тебя это очень важно? — тихо уточнила я.
— Ыыы! — зомби активно закивал.
Важно так важно, я решила, что вмешиваться не буду.
Вскоре появился старик в красном и передал Гобби звякнувший монетами кошелек. Пристально поглядел на руку, которой зомби принял поданное, и как-то устало произнес:
— У меня такое ощущение, что ты мертвый.
Я лично ничего говорить не стала, но вот Гобби:
— Ыыы… гррр! — полностью подтвердил предположение торговца.
Старик хмыкнул и сварливо заявил:
— Так и знал, что ты плохо кончишь.
— Ыы, — Гобби развел руками, мол, что поделаешь.
Укоризненно покачав головой, торговец перевел взгляд на меня, криво улыбнулся, и вполне дружелюбно произнес:
— Девушка, уж не знаю какими посулами этот интриган заставил вас ему помогать, но поверьте моему слову — держитесь от данного прохиндея подальше.
После его заявления мне оставалось лишь вполне резонно заметить:
— Вы и сами ему помогаете, насколько я поняла.
Хмыкнув, старик весело ответил:
— Помогаю. С чего бы и не помочь, враг моего врага и все такое. Но вы учтите, милая, мне жить осталось недолго, — он показательно развел руками, от чего сверкнуло алым кольцо на его правой руке, — а у вас вся жизнь впереди.
Каюсь, последнюю часть его фразы я и не расслышала толком, всматриваясь в колечко. С этим украшением что-то было явно не так, понять бы что. Потом сообразила — камень на кольце из червонного золота. Крупный интересной огранки голубой топаз. Голубой топаз сверкнувший алым?!
— Ыы? — вопросил Гобби, заметив мой интерес к колечку.
— Что-то не так? — вторил ему старик.
По правде говоря, что-то действительно было не так. Оторвав взгляд от кольца, я присмотрелась к мужчине и поняла, что он не зря в красном — этот цвет придавал живость бледному изможденному лицу и кое-как скрывал несколько черных пятнышек появившихся на впалых щеках. Еще раз глянула на кольцо и поняла — это явно не просто украшение.
И тут старик просто сказал:
— Артефакт.
— Это я поняла, — была вынуждена признаться.
Чуть нахмурившись, мужчина спросил:
— Габриэль, твоей подруге доверять можно?
Гобби моргнул, и я вдруг поняла, что его только что назвали по имени. Имени, которое он не помнил. Он даже застыл на миг, но затем величественно кивнул, и подвел меня ближе к торговцу, указал на его кольцо и сказал:
— Ы!
Ну я так поняла, что это меня попросили глянуть в чем дело.
— Можно? — спросила я, намекая старику, что мне бы посмотреть на его артефакт поближе.
В следующее мгновение кольцо сняли и с какой-то затаенной надеждой передали мне. Еще мгновение мне потребовалось, чтобы осматривая украшение, обнаружить едва приметную трещинку на ободке и осознать, что это не механическое повреждение. В смысле внешне ободок был цел, но как артефактор я ощущала трещину и не сложно было понять, что сейчас магический предмет практически бездейственен.
— Это артефакт Таш-акка-хад, — внезапно произнес старик.
Я едва не выронила запрещенный во всех человеческих королевствах результат творчества магов Темной империи.
— Подарок нашего общего друга, — грустно улыбнулся торговец, — увеличивший мою жизнь на двадцать лет, вопреки всем прогнозам целителей. У меня черная гниль, подцепил в мертвых лесах, там она еще водится, как след, оставшийся от войны человеческих магов с темными лордами. Жаль лишь, что артефакт более не действует.
Таш-акка-хад — типичная энергетическая воронка, но я и представить не могла, что он способен втягивать человеческие проклятия, а черная гниль именно проклятие. Кстати, о проклятиях — сдается мне, что артефакт повредился не просто так!
— Когда вы заметили, что он перестал функционировать? — тихо спросила я.
— Сложно сказать, — задумчиво ответил старик, — два дня назад я вдруг резко почувствовал себя хуже после прогулки в парке у королевского дворца, по возвращению домой увидел черные пятна на ногах и… — он махнул рукой и сгорбился. — Чего уж, и так все понятно.
— Ы! — воскликнул Гобби, встревожено глядя на торговца.
— Ну что ты, — улыбнулся тот, — ты дал мне двадцать лет, это уже очень много, пусть даже я не все успел.
О, Тьма! На миг захотелось вернуть поврежденный артефакт старику, взять Гобби, развернуться и уйти, потому как мне стало отчетливо ясно — старика кто-то проклял так, что защитивший его артефакт не выдержав нагрузки лопнул. Еще отчетливо вспомнилось, что каждый артефактор обязан доносить правительству об обнаружении любого магического предмета из Темной империи, но… Еще один взгляд на толстый ободок кольца и пораженческий вопрос:
— У вас найдется спиртовая горелка, дополнительно топаз и червонное золото?
Мы покинули лавку уважаемого господина Литке спустя полчаса. Гобби, до крайности мне благодарный и едва не подпрыгивающий от счастья, и я — с трудом переставляющая ноги, потому как артефакты Темной империи, это артефакты Темной империи, их восстанавливать непросто. Более того — если бы в далеком детстве я не наблюдала за работой дяди Тадора, вероятно сейчас ничего не смогла сделать, а так уже знала, что в энергетические изломы следовало вплавлять драгоценные камни, они скрепляли, восстанавливая поток. Забавно — все как-то само вспомнилось.
— Так значит Габриэль, — произнесла, едва мы отдалились от дома господина Литке.
Гобби радостно кивнул.
— Ты вспомнил имя, когда его произнесли? — почему-то догадалась я.
— Ыыы, — подтвердил Гобби.
— А кроме имени и того, что с тобой лучше не связываться, он еще что-нибудь знает?
Зомби отрицательно покачал головой.
— А господин Литке вообще кто?
Гобби показал жестами, как завязывается узел.
— Связной? — догадалась я.
Кивнул.
— Ну ладно, хотя бы имя. Кстати, очень красивое.
— Ы, — согласился Гобби.
А я шла и думала о том, что умертвие вспомнило собственное имя и человека из прошлой жизни. Невероятно. Просто невероятно. Для некромантии вообще уникальный случай, для меня просто удивительно, но ожидаемо — значит, моя идея работала. И все бы ничего, но мне бы сейчас поспать.
— Гобби, мы возвращаемся? — спросила, ни на что не надеясь, так как вел меня зомби опять целенаправленно и явно прочь от домовладения ректора.
Снова отрицательно покачав головой, мое умертвие вдруг остановилось, хитро как-то на меня поглядело, затем указав на место, а стояли мы посреди тротуара, отпустило мою руку и…
— Ты куда? — крикнула я в спину убегающему Гобби.