Страница 12 из 15
– Кто бы говорил! Нам что, напомнить тебе, с чего ты тогда начала?
– Что? – Я была потрясена. Какие еще подробности истории своей любви скрыли от меня родители? – О чем она говорит?
Мама поставила чашку и предупреждающе подняла руку.
– Я совершенно случайно наткнулась на твоего папу в ночь накануне начала Отбора, и, к твоему сведению, – сказала она, обращаясь скорее к мисс Марли, чем ко мне, – меня вполне могли за это выгнать взашей. И вообще, первое впечатление было отнюдь не таким, на какое я рассчитывала.
– Мама, а сколько правил ты умудрилась нарушить? – растерянно спросила я.
Мама закатила глаза, словно пытаясь подсчитать:
– Знаешь что, не поленись, просмотри все фотографии – и ты выиграла.
Тетя Мэй восторженно рассмеялась, и я попыталась запечатлеть в памяти ее изящно склоненную набок голову и сияющие глаза. Она обладала прирожденным шиком, я обожала ее почти так же, как свою маму. Я чувствовала себя слегка обделенной из-за того, что моей единственной подругой детства была Джози, но мамины друзья с лихвой компенсировали мне нехватку ровесников. Жизнерадостность тети Мэй, доброта мисс Люси, оптимизм мисс Марли, мамина сила духа – все это оказалось просто бесценным, и общение с этими замечательными женщинами стало для меня отличной школой жизни.
Тем временем успевшая вернуться служанка вывалила передо мной ворох анкет и фотографий. К моему величайшему удивлению, именно мисс Марли первой схватила пачку фотографий, чтобы получше их рассмотреть. Тетя Мэй стояла у нее за спиной, а так как мама не взяла ни одной фотографии, тетя перегнулась через плечо мисс Марли, чтобы взглянуть хотя бы одним глазком. Мисс Люси поначалу пыталась напустить на себя индифферентный вид, но очень скоро и у нее на коленях лежала кипа анкет.
– Ой, вот тот выглядит весьма многообещающе. – Тетя Мэй сунула мне под нос фотографию. Я увидела темнокожее лицо с глубоко посаженными карими глазами. Коротко подстриженные волосы, ослепительная улыбка.
– Бейден Трейнс, девятнадцать лет, родом из Самнера.
– Очень привлекательный, – сказала мама.
– Несомненно, – согласилась тетя Мэй. – Судя по его фамилии, их род наверняка относился к касте Семерок. В анкете сказано, что он на первом курсе, изучает рекламное дело. Значит, у него или у кого-то из членов его семьи имеются высокие амбиции.
– Верно, – согласилась мисс Марли. – Рекламное дело не из легких.
Вытащив парочку анкет, я мельком их просмотрела.
– Итак, как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась тетя Мэй. – Все готово для старта?
– Думаю, да. – Я вгляделась в анкету, пытаясь найти хоть что-нибудь интересное. Хотя, в сущности, какая разница?! – Поначалу мы жутко психовали. Мне казалось, этому не будет конца. А теперь вроде бы все комнаты готовы, меню разработано. Можно привозить сюда кандидатов.
– Оно и видно, как ты взволнована, – подкусила меня тетя Мэй.
Я вздохнула, выразительно посмотрев на маму:
– Ты ведь, наверное, уже знаешь, что весь этот балаган устраивается отнюдь не для меня.
– Что ты имеешь в виду, моя милая? – Мисс Люси поправила стопку анкет на колене, тревожно переводя взгляд с меня на маму.
– Мы, конечно, надеемся, что Идлин рано или поздно найдет себе достойного спутника жизни, – без обиняков заявила мама. – Но случилось так, что пришлось несколько ускорить события, поскольку сейчас наша страна переживает тяжелый период. И нам необходимо срочно погасить тлеющие очаги недовольства вследствие отмены каст.
– Америка! – возмутилась тетя Мэй. – Так твоя дочь что, типа подсадной утки?
– Нет!
– Да, – пробурчала я, и тетя Мэй погладила меня по спине, отчего мне сразу полегчало.
– Рано или поздно вопрос поклонников непременно возник бы, и вообще, Отбор ее ни к чему не обязывает. У Идлин имеется договоренность с Максоном, что если она никого не полюбит, то все отменяется, – возразила мама. – Тем не менее, да, Идлин выполняет свою работу как член королевской семьи, внося… некоторое разнообразие. Население немного остынет, а мы тем временем успеем разработать план дальнейших действий. И кстати, должна сказать, это работает.
– Неужели? – удивилась я.
– А ты разве не видела газет? Ты теперь в центре внимания. Местные газеты публикуют интервью кандидатов, в некоторых провинциях устраиваются праздники. Ведь люди надеются на победу именно своего кандидата. В журналах приводятся рейтинги претендентов, а прошлым вечером я видела в новостях сюжет о том, что девушки организуют фан-клубы и надевают футболки с именами фаворитов.
– Что есть, то есть, – подтвердила мисс Марли. – И больше ни для кого не секрет, что Кайл живет во дворце.
– А газетчики уже раскопали, что он не хочет участвовать в Отборе? – Я не могла скрыть свое раздражение, хотя мисс Марли тут вообще ни при чем.
– Нет, – рассмеялась она. – Но, повторяю еще раз, это не имеет к тебе никакого отношения.
– Мисс Марли, – улыбнулась я, – вы ведь слышали, что сказала мама. У него нет ни малейшего повода для беспокойства. Полагаю, мы с Кайлом оба отлично знаем, что из нас не получится хорошей пары. И скорее всего, я вообще не найду себе жениха. – Тут я была уверена на все сто процентов, если уж быть точной. – И не стоит беспокоиться, что он может хоть как-то задеть мои чувства. Ведь я прекрасно понимаю, что меня ждет впереди, – ответила я, словно мне не впервой выбирать одного из множества юношей. – И я ни капельки не расстроена.
– Ты сказала, что все это блеф, – озабоченно начала тетя Мэй. – Как думаешь, а сколько продлится Отбор?
– Столько, сколько понадобится, чтобы люди успокоились, а мы успели разработать план действий, если вдруг возникнут новые вызовы. – Мамин голос звучал довольно уверенно.
– Когда они снова возникнут, – поправила я маму. – Да, какое-то время людей будет волновать моя жизнь, но рано или поздно они вернутся к своим проблемам. – Я снова посмотрела на фотографии. Мне даже стало немного жаль этих юношей. У них не было ни малейшего шанса победить. Они понятия не имели, что Отбор – просто отвлекающий маневр. – Надо же, как странно, – взяв одну из анкет, продолжила я. – Не судите и не судимы будете, но вот тут, например, три орфографические ошибки.
Мама взяла у меня анкету:
– Возможно, он просто нервничал.
– Или он клинический идиот, – рискнула предположить я.
Тетя Мэй хихикнула.
– Не будь такой жестокосердной, моя сладкая. Им ведь тоже безумно страшно. – Мама вернула мне анкету, и я прикрепила обратно фотографию блондинчика с невинным личиком и буйными кудрями.
– Постой-ка, неужели тебе тоже страшно? – В голосе тети Мэй звучала плохо скрытая тревога.
– Нет, нисколечко.
И тетя Мэй, мгновенно расслабившись, заговорщицки мне подмигнула:
– Чтобы ты, да чего-то боялась?! Это невозможно по определению.
Мне бы ее уверенность!
Глава 9
Когда они начали прибывать, я ушла в свою комнату, чтобы заняться эскизами моделей одежды на залитом солнцем балконе. Надо же, сколько громкого смеха и шумных приветствий! Интересно, как долго им удастся сохранять свое мужское братство? Ведь как-никак, но это соревнование. И я мысленно взяла себе на заметку, что не мешало бы попытаться найти способ столкнуть их лбами.
– Нина, мне кажется, что сегодня стоит убрать волосы наверх. Мне хочется выглядеть постарше.
– Прекрасный выбор, миледи, – ответила Нина, возившаяся с моими ногтями. – А насчет платья какие-нибудь идеи имеются?
– Наверное, надену вечернее. Черное подойдет идеально.
– Что, хотите запугать их? – хихикнула Нина.
– Ну, если только слегка, – лукаво улыбнулась я.
Мы обе рассмеялись, и я подумала, как хорошо, что у меня есть Нина. Ведь ближайшие несколько недель мне наверняка понадобятся ее успокаивающие прикосновения и слова поддержки.
Высушив мои волосы, Нина заплела их в косы и уложила короной на голове. Я нашла черное платье, которое надевала на празднование прошлого Нового года. Отделанное кружевом платье до пола сужалось в коленях, а ниже расширялось колоколом. Овальный вырез на спине и рукавчики крылышками. И я не могла не признать, что на солнце платье смотрелось гораздо лучше, чем при свете свечей.