Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 11 из 15

Зонт она оставила на крыльце, прислонив к перилам, – нести сырость в дом не хотелось. Отперев дверь своим ключом, она вошла, включила свет в коридоре, пристроила рюкзак и сумку под вешалкой, разулась. Босым ногам стало приятно от теплой гладкости дощатого пола.

– Дед! Я дома! И очень-очень голодна. Покорми внучку!

Никто не ответил. Вера заглянула в кухню, потом в гостиную, захлопнула раскрытые оконные створки – на пол уже натекла довольно приличная лужа. Девушка еще немного повозилась, вытирая ее тряпкой.

– Ну как же так, дед? Дождина такой на дворе, а ты окно забыл закрыть!

В кабинете горела настольная лампа.

– Дед?

На столе лежал открытый фотоальбом, стул, точнее его обломки, валялись на полу. Дедушки нигде не было. Вера побежала в спальню, сунулась в ванную и даже в кладовку. Паника заставляла ее делать сотни ненужных движений. Она зачем-то полезла в холодильник и осмотрела все кухонные шкафчики.

– Куда ты мог подеваться?

Она вытащила из рюкзачка мобильный и позвонила деду. Металлический голос сообщил, что вызываемый абонент находится вне зоны доступа. Девушка раздраженно бросила телефон на кухонный стол и опять понеслась в кабинет.

– Дедуля! Дедушка! Отзовись!

А если у него инфаркт и он лежит где-нибудь в уголке, не в состоянии позвать на помощь? А что, если приступ настиг его снаружи? Надо обыскать пристройку, посмотреть в саду!

Вера подбежала к входной двери, стала нашаривать босоножки. Ее остановил шум подъезжающего автомобиля, нет – автомобилей. Взвизгнули тормоза, захлопали дверцы, послышались, приближаясь к дому, мужские голоса и топот шагов. Девушка выглянула в смотровое окошко. Фонарь выхватывал из темноты глянцевые бока двух внедорожников. Во двор один за другим входили люди. Дождевые капли блестели на их одинаковых черных костюмах, в одинаково подстриженных коротких волосах. Шестеро вооруженных мужчин. В оружии Вера не разбиралась, но в том, что в руках незнакомцев вовсе не стилизованные зажигалки, сомнений почему-то не было.

Соседи! Надо позвать соседей! И позвонить в полицию! Где мобильный? Она же только что деду звонила!

Первый же удар чуть не разнес дверь. Вера, забыв о телефоне, побежала в кабинет.

– Слава, аккуратней! Громить хату приказа не было! – перемежаемое бодрым матерком, доносилось с улицы.

– Так и ключа нам не давали.

– Отойди, я без ключа открою. Эх, молодежь, все бы вам ломать… А тут работы на пять секундочек.

– Ну работай, Степаныч, покажи молодым класс.

Этих пяти секундочек девушке хватило, чтобы вихрем ворваться в кабинет, дрожащей рукой привести в действие рычаг, открывающий потайную дверцу, и буквально ввинтиться в тесное пространство тайника.

Дверь захлопнулась, сегмент шкафа съехал на место.

– Богато пенсионеры у нас в стране живут, скажи, Степаныч? – раздалось уже в кабинете.

А Вера тем временем почти задыхалась от невозможности закричать и от широкой твердой ладони, закрывшей ей рот.

Полутьму тайника рассекал луч света из смотровой щели. Это был очень маленький тайник, очень-очень маленький, не предназначенный для драк и резких движений. Пак Мин Джун чувствовал спиной все неровности стен, а животом…

– Не кричите, просто не кричите… Я друг, я хороший человек. Вы понимаете меня?

Голова девушки была на уровне его груди. Одной рукой Мин Джун зажимал ей рот, другой – придерживал затылок, чтобы девушка не вертелась. Пальцы его путались в волосах.

Если она не успокоится, придется надавить на сонную артерию. Приток крови к мозгу уменьшится, и девушка просто потеряет сознание.

Ладонь обожгла острая боль. Эта малявка посмела кусаться!





– Заткнитесь наконец! – Глаза за стеклышками нелепых очков были как грозовое небо. – Мне из-за вашего бормотания ничего не слышно!

Девушка поерзала, разворачиваясь. Щеки Пак Мин Джуна опалило жаром.

Эта малявка имеет хоть какое-то представление о приличиях?

– Я смотрю, ты времени зря не теряешь? – Голос Крыса раздавался прямо из стены. – Можешь не отвечать. Барышня все равно меня не слышит, еще подумает, что ты сам с собой разговариваешь, и предпочтет героическую смерть от девятимиллиметровой пули.

Девушка приникла к смотровой щели и ни на что больше не реагировала. Пак Мин Джун склонился рядом. В комнате хозяйничали бандиты, настоящие, как в гангстерских фильмах. Ближайший, прислонившийся сейчас к письменному столу, как раз прятал в наплечную кобуру пистолет. «Глок 17», – автоматически определил Мин Джун марку оружия. У двух других – «Беретты М9» – довольно дорогие игрушки. Они намеревались начать перестрелку в доме или это было всего-навсего элементом устрашения? Скорее, второе.

Судя по звукам, остальные бандиты обыскивали комнату за комнатой.

– Все чисто, – раздался от двери хриплый голос. – Дед, наверное, успел сбежать.

– Ну и что теперь делать будем, Степаныч?

– А ничего, – обернулся от окна один из бандитов – пожилой кряжистый мужик с блестящей лысиной. – Добрыня велел деда припугнуть. Мы и припугнули, раз он от нас огородами дернул. Так что все, миссия выполнена.

Из соседней комнаты раздался визг. Бандиты выскочили из кабинета. Лысый Степаныч приблизился к письменному столу.

– Хотя, конечно, еще вопрос – кто испугается последним.

Глазами-щелочками бандит обвел комнату.

– Спасибо этому дому, пойдем к другому.

Мин Джуну показалось, что взгляд бандита задержался на книжных полках. Степаныч подхватил со стола альбом и вышел из кабинета.

– Ну чего там опять случилось?

Костик был не простым бандитом, а идейным – борцом с системой. Как Робин Гуд или корейский Хон Гиль Дон. Мировые денежные потоки должны перераспределяться. Богатые должны делиться с бедными. И если они, богатые, этого не хотят, на помощь мировому порядку приходят вот такие Костики. Поэтому сразу после армии парень отправился на поклон к городскому «крестному отцу» – Денису Олеговичу Сошинскому по кличке Добрыня. Официально Денис Олегович владел ночным клубом «Каннам», а неофициально – крышевал оба городских рынка, массажные салоны и сауны. Молодые крепкие ребята всегда были нужны, и Костика без проблем «приняли в семью». Ребят своих Добрыня баловал – без дела не гонял и экипировал по последнему слову техники. В конце концов, лихие девяностые остались позади, так что боевики исполняли функцию скорее декоративную.

Новенькая, только накануне оттертая от фабричной смазки «беретта» приятно оттягивала плечевую кобуру, в животе плескались сто граммов вискаря, жизнь была прекрасна. Задание – проще не придумаешь: ввалиться в дом к должнику и слегка припугнуть. Костику казалось, что двоих на такое дело хватило бы за глаза, но шефу виднее, кого и куда посылать. Поэтому обыск Костик проводил без энтузиазма, для галочки. Гостиная, кухня. На белом кухонном столе лежал мобильник. Руки парня на автомате потянулись к нему.

– Хр-р-р! – раздалось из-под стола.

Костик заглянул под столешницу. На плиточном полу сидел и вылизывался большой серый кот. Животина была одноухой, шерсть ее свалялась и висела на жилистом теле неопрятными сосульками. Уличный, что ли?

Котов Костик не любил, тем более таких, даже на вид блохастых. Поэтому он топнул ногой:

– Брысь!

Кот не отреагировал, продолжая вылизываться. Его абсолютно голый хвост, похожий на крысиный, ритмично постукивал по ножке стола.

– Пшел, кому говорю!

Кот поднял на парня безумные желтые глаза и зашипел. У Костика по спине поползли мурашки. Периферийным зрением он заметил какое-то движение, резко обернулся. Из коридора в кухню забежала мышь, потом еще одна и еще. Мышей становилось все больше и больше, они втекали в помещение живой струйкой, перегруппировывались, окружая дрожащего парня.

Кот вышел из-под стола. Его лапы с лягушачьими перепонками шлепали по плиткам пола.

– С-с-сидеть! – скомандовал монстр. – С-с-сидеть на попе ровно!