Страница 18 из 22
Мама зря возражала. Нам обеим было ясно, что я не изменю решения.
Синтия похлопала меня по коленке и встала:
– Надеюсь, через четыре часа ты будешь лежать в своей постели. Никакие оправдания не принимаются, юная леди.
Я кивнула вслед удалявшимся со стуком каблучкам, потом потерла глаза и откинулась на спинку дивана. Телевизор был включен на каком-то медицинском канале: говорили что-то о страховках и рецептах. Интерес к теме иссяк быстро.
Через три часа рядом со мной появилась сестра из реанимации.
– Нина?
– Да? – Я села прямее и заморгала.
– Меня зовут Дженни. Я ухаживаю за Райаном. – Она улыбнулась. – Он проснулся и спросил о тебе.
Я встала и пошла с сиделкой к двойным дверям. Не успели мы войти, как к нам подскочила женщина с растрепанными волосами. Она была одета в коричневую униформу официантки; темные кудрявые волосы выбивались из наскоро закрученной кички.
– Я ищу Райана Скотта! Мне сказали, он в реанимации? – выпалила она сквозь одышку.
Дженни взглянула на меня, потом на нее:
– Вы его…
– Мать! Я его мама. Он здесь? С ним все в порядке? – говорила она задыхаясь. – Я Келли Скотт. Я хочу его увидеть, пожалуйста.
Дженни улыбнулась, как бы извиняясь, и обратилась к Келли:
– Он здесь, миссис Скотт. Я провожу вас к нему в палату.
Я прошаркала обратно на свое место, поглядывая на часы. Согласно распоряжению Синтии, мне осталось меньше часа, чтобы добраться до дому и лечь отдыхать. Понимая, что не смогу выполнить требование матери, я достала из кармана телефон и собралась объясниться с ней. Пока я набирала номер, в дверях комнаты ожидания показалась голова Дженни.
– Нина?
– Да?
Сиделка улыбнулась:
– Он все равно хочет видеть тебя.
– О?! – удивленно воскликнула я и быстро пошла следом за Дженни к входу в реанимацию.
Мы оставили позади три палаты, и вот сестра отдернула тяжелую занавеску; по металлическому карнизу звякнули кольца с прищепками.
Дженни улыбнулась, глядя влево:
– Я нашла ее. Она не успела уйти.
Заглянув в палату, я вздрогнула: от тела Райана тянулись трубки и провода.
– Привет, Най, – хрипло сказал он.
Я выдавила из себя полуулыбку:
– Сегодня единственный день, когда я тебе это прощаю.
Райан засмеялся, а потом поморщился.
– Не напрягайся, малыш, – сказала Келли, ища, к какому бы месту на теле Райана прикоснуться, – повсюду были проводки, подключенные к монитору, да капельница мешала. Кончилось тем, что она зачесала назад волосы сына.
– Мам, не суетись, – шепнул Райан, уклоняясь от ее нервных поглаживаний.
– Чед, Бет и Джош были тут; они вернутся позже, – сказала я, трогая его за ногу.
Райан кивнул:
– А Джаред еще здесь?
Я отрицательно покачала головой, отчего уголки рта Райана поднялись кверху. Не знаю, что он успел увидеть и многое ли запомнил.
– Это хорошо, что он всюду таскается за тобой.
Я выкатила глаза:
– Он за мной не таскается.
– Как же иначе объяснить его появление из ниоткуда? – не унимался Райан.
– Кто за тобой таскается? Не тот ли человек, который напал на моего сына? – Лицо Келли озабоченно напряглось.
– Нет, мам. Это парень, благодаря которому нас всех не убили, – сказал Райан, следя за выражением моего лица.
Келли посмотрела на меня, ожидая разъяснений.
Я съежилась под ее взглядом:
– Это один мой друг; он появился как раз вовремя.
– Как обычно, – нахмурился Райан. – Ты выглядишь ужасно. Иди поспи.
– Еще успею выспаться, – возразила я. Сам лежит на больничной койке, да еще обо мне беспокоится.
– Ты можешь поспать сейчас. Моя мама здесь. Мне не нужно, чтобы вы обе скулили тут по поводу каждой царапины.
– Я не скулю, – ответила я, приняв обиженный вид.
– Ну, ты иногда можешь и поскулить, – улыбнулся Райан и похлопал себя по щеке.
Я обошла кругом трубки и провода, чтобы поцеловать его. Снова я находилась близ человека, обряженного в больничную одежду; от этого зрелища у меня защемило в груди – до боли знакомое чувство. Я закусила губу, чтобы побороть рвавшуюся наружу тревогу.
– Эй! – Райан поднял руку и провел наружной стороной пальцев по моей щеке. – Я не собираюсь тут долго валяться. И я бы сделал это снова, если бы понадобилось.
От этих слов у меня вытянулось лицо. Я знала, как он ко мне относился и чем это закончилось. Теперь я никогда не смогу поступить с ним так, чтобы он меня возненавидел.
Я взяла его ладонь двумя руками:
– Ты лучше сосредоточься на том, чтобы поправиться, прежде чем планировать новую поножовщину, ладно?
Райан ухмыльнулся:
– Спи сладко, Нина.
Я вступила в кромешную тьму: занавески задернуты, свет погашен. Бет лежала, завернувшись в одеяло, и тяжело дышала. Стянув с себя пальто, я упала на кровать лицом вниз; старалась лежать спокойно и расслабиться; не хотелось ни о чем думать. Стоило только дать волю мыслям, тут же всплыли бы воспоминания о нападении: кровь, глаза отморозка с ножом, который был готов отрезать мне руку, чтобы завладеть кольцом; душераздирающий крик Райана, когда его пырнули, и ужас на лице Ким по дороге в больницу. Мне не хотелось останавливаться даже на губах Джареда. Я мечтала просто уснуть.
От звука тихо прикрываемой двери я резко открыла глаза.
– Бет? – позвала я, прислушиваясь, не донесется ли какой шорох с ее стороны комнаты. Она не ответила.
Я оперлась на локти и моргала глазами, пока не увидела отчетливо, что кровать Бет пуста и аккуратно заправлена. На двери висела записка, поэтому я выпихнула себя из кровати и неторопливо зашлепала по холодному полу.
Ушла с Чедом и Джошем в больницу.
Увидимся там.
Райан не останется один. Конечно, с ним наверняка была мама, но иметь рядом друзей тоже неплохо. Бет, скорее всего, вернется домой поздно, решила я и посмотрела на часы.
Шесть часов!
Вскочив с кровати, я завязала волосы в хвост, бросилась переодеваться и чистить зубы. Схватила ключи, и у меня засосало в желудке. Умчаться с территории университета немедленно казалось мне плохой идеей, а расчет найти что-нибудь съедобное в больнице тоже выглядел чересчур оптимистичным. Обед в «Гейте» предполагал долгую прогулку пешком по злющему холоду – это удержит меня от раздумий о более серьезных проблемах. Я застегнула молнию пальто и заперла за собой дверь.
Вскоре я оказалась на месте. Как же я была права: дрожь пробирала меня при каждом шаге – это прекрасно отвлекло от воспоминаний о предыдущей ночи. В предвкушении оттепели, которую сулили гостеприимные двери «Гейта», я облегченно вздохнула; изо рта вылетел большой клуб пара.
Я потянулась к дверной ручке, и тут прямо передо мной выросла фигура мужчины.
Вздрогнув от неожиданности, я замерла.
– Мистер Доусон?
– Вы нашли папку? – спросил он, напряженно глядя на меня.
Памятуя о вчерашнем нападении, я сжала руки в кулаки и засунула их в карманы. Глянув на ручку двери, отметила, что она всего в полуметре от меня, заставила себя расслабиться и сказала:
– Мистер Розен ничего не знает о вашем деле, но я могу дать вам его номер, если хотите.
– Так, значит, вы мне поможете? – Глаза Доусона сузились.
– Я вообще не понимаю, с чего вы взяли, что такое настойчивое преследование побудит меня помочь вам.
Ложь, мне было прекрасно известно, как срабатывает запугивание. Я видела, как отец много раз выигрывал в эту игру.
– Нина, я объяснил вам, что ищу. Ваш отец и я…
– Заключили сделку с недвижимостью. Вы сказали мне это, – перебила я. – Но я дочь своего отца, а не бизнес-партнер. Пожалуйста, позвоните мистеру Розену.
Я потянулась к двери, но мистер Доусон перехватил мою руку и резко дернул меня к себе. Я открыла рот от неожиданности, а он прошептал мне в ухо своим нутряным рокочущим голосом: