Страница 63 из 80
- Да ты без меня оттуда вообще не выйдешь! - со всем упрямством и отвагой тринадцати лет заявил Диего.
Эйда хотела уже объяснить, что вдвоем они не выйдут еще скорее, но осеклась. После такой подначки даже Леон сунется к гарпии в пасть. А Ирию не остановить и силами двух среднего размера драконов.
- Я не сверну туда, где почувствую опасность. А сейчас - наша дама права. Нам лучше проводить их до леса.
Блондин первым развернулся и зашагал к темнеющей невдали стене деревьев. Эйда с дочерью на руках - следом. Явно ни в чём не убежденный Диего покорно замкнул шествие.
Брели молча. И все полсотни шагов до леса продолжала терзать смутная тревога. Что-то не так. Точнее, не так - всё, но... так бывает, когда в спину смотрят чьи-то недобрые глаза. Когда высокая трава скрывает гадюк. Или когда один не спишь в темной комнате, совсем рядом - ровное дыхание сестер, а тебе кажется, что возле кровати притаился кто-то. И кривит чужое лицо нечеловеческая усмешка. Он тебя видит, а ты его - нет.
- Стойте! - прошептала Эйда, едва шелестящая зеленая тень успела их укрыть.
- Птицы не поют, - еще тише пробормотал сзади Диего. - Опять.
Светловолосый стремительно обернулся к спутникам:
- Впереди кто-то есть...
Ветер играет листвой, а птицы не поют. В лесу беглецов кто-то ждет.
Кто-то.
2
- Дайте мне оружие, - прошептала Эйда.
Будь что будет - но живой она не дастся. Хватит с нее Роджера Ревинтера!
Диего, не глядя, сунул ей один из двух висящих на поясе стилетов. Где взял - у светловолосого? А тот сколько оружия с собой таскает? Или всех снабдил "тот, с посохом"?
- Отходим в том же порядке, - блондин и без того двигался по-кошачьи осторожно, а сейчас и вовсе превратился в неслышную тень тени. Неслышная - и ступает по камням, чтобы не примять траву. Кто его этому научил?
А кто учил Диего?
- Уходим... - неожиданно прошелестела Мирабелла.
В мертвой тишине ее отчетливо расслышали все три пары ушей. И хорошо, если только три!
И не меньше трех пар глаз уставились. Эйда вздрогнула - взгляд дочери заволокло дымкой. Где бы она ни была, но точно не здесь!
Диего второй тенью скользнул к девочке, гибким движением склонился к ее уху. Черные волосы стекли по плечу Мирабеллы, по запястью Эйды...
Девушка невольно крепче обняла дочь - словно защищая.
- Куда? Он говорит - куда?!
- Он сказал... - девочка вздрогнула всем тельцем, и у Эйды едва не зашлось сердце.
Кто бы ни был "он"... скорее всего, "тот, с посохом" - неужели нельзя "заговорить" со взрослым? Почему именно ее маленькая дочь?!
- Он сказал... идти краем леса. Я... вижу... - Мирабелла, как во сне, повернула головку, вытягивая тоненькую ручку.
Как во сне? Она и спит! И видит отнюдь не детские сны...
- Идем! - светловолосый опять возглавил группу. - Диего, если что заметишь - не строй из себя героя, говори!
- Знаю - не дурак! - всё так же шепотом огрызнулся мальчишка.
Зеленая кромка леса - как край болота на грани с трясиной! Слева - топь. Справа - открытое поле, куда и загнали... дичь.
Пограничье лесной тиши. Несвойственное весенней чаще безмолвие. Зеленеют травы под ногами, розовеет небо в просвете нежно-изумрудной листвы. И так остро ощущается каждое дуновение ветерка!
Тихо и красиво - как в сказке. Сказки часто прекрасны... а еще чаще там драконы и прочие жуткие чудища едят половину героев. Без дальнейшего воскрешения. Творец всемилостивый и всепрощающий, спаси хоть Мирабеллу!
Еще бы не кружилась голова! Попытавшись поудобнее перехватить дочь, Эйда пропустила под ногами коварный камень. И едва не рухнула на колено.
Конечно, кто же еще может всех подвести, кроме нее? Она всегда была всего лишь никчемной дрянью! Хилой и бестолковой слабачкой.
Светловолосый жестом предложил забрать ребенка, девушка отрицающе мотнула головой. Пара мягких теплых листьев ласково скользнули по щеке.
Если придется драться, воин - светловолосый, а не Эйда. Груз должен нести самый бесполезный.
Только бы в обморок не сверзиться! Трава пахнет так одуряюще, или просто уже совсем плохо?
Ноги заплетаются вовсю. Пятнистый туман и душная одурь. Травы пахнут сном, от которого нет пробуждения...
Смуглые жители лежащей за Южным морем Хеметис всегда кладут травы в пирамиды гробниц. Последний подарок мертвым. Чтобы подземный перевозчик Сет сразу нашел их. А те, кто посмеет осквернить покой гробницы, не покинули ее живыми. Присоединились к сонму вечных слуг родовитого умершего.
Эйду отправят служить отцу или сестре - ведь она не спасла их. Она искупит вину, обязательно...
Там темно, в этом подземном мире! Вот река, но почему на шее такой тяжкий груз? Грешную дочь лорда Таррента посчитали недостойной искупления и теперь просто утопят?
Дочь... Где Мирабелла?!
- Змеи! - сквозь зубы выругался светловолосый (Сет? Ти-Наор?), подхватывая ослабевшее тело Эйды.
Почему его едва слышно? Он не хочет тревожить покой достойных из-за недостойной? Неважно... Он здесь, а значит - ее путь окончен.
Лицо Ти-Наора заслоняет черное небо, глаза горят агатовым огнем, а лицо и волосы - белее льна. Или это уже кажется? Белого - нет, есть лишь черное и темно-алое. И огненные вспышки боли в клочья рвут голову! А еще - грохочет в ушах дикий шум:
- ДИЕГО!
Кто такой Диего?
Цепкий, тянущий на дно груз стащен с шеи, но слишком поздно! Эйда уже тонет...
- Диего, возьми ребенка. Проклятие, что на этот раз?!
Диего? Илладиец? Что здесь происх...?
Багровое золото расплавленного огня исчезло. Навалилась бездонная чернота - тяжело, слишком тяжело! - сдавила и смяла...
3
Огонь! Он выжигает чуму и гнилую плесень! Очищает...
Дым... Нет - просто предрассветный туман. Влажный, полупрозрачный. И замшелая скала перед носом.
Жесткая земля под боком впивается сквозь тонкую ткань плаща и одежды. И еще один плащ сверху - ее собственный.
Какое бездонное нежно-розовое небо над головой! На что похоже это странное облако? Прямая линия? Древко стрелы? Замершая в линию змея перед прыжком?
Где Юстиниан? Диего с Октавианом?! А заодно - светловолосая девчонка с дочерью?
Никого из них поблизости.
Кстати, куда подевался покойный супруг? И как сама Элгэ вдруг оказалась на воле? Лежа возле очередной, насквозь проросшей мхом скалы.
Можно, конечно, предположить, что добив вернувшегося с того света мужа (если это не привиделось в бреду!), илладийка неведомо как выбрела из подземелья. Ни на миг не ошибившись в выборе дороги. И по пути ничего не свалилось на голову.
А потом Элгэ поплелась куда-то еще, забрела на очередную "улочку" каменных развалин. И уже здесь вполне могла рухнуть надолго. Хорошо - не навсегда.
Только откуда взялся совершенно чужой плащ, услужливо подстеленный под ее бренные кости?
Ладно, решим эту загадку позже. Равно как и выясним имя благодетеля, принесшего Элгэ сюда. Можно, конечно, предположить, что это Диего и Октавиан. Но во-первых: куда они делись потом? А во-вторых: ни у одного не было такого плаща. Не пройдет даже вариант "обобрали некоего покойника". Потому что жрецы все как на подбор были в сутанах.
Что за шум вдали? Будто полк солдат...
И чего это она сама тут разлеглась, а?
Вот змеи!
Еще не совсем соображая, девушка едва успела прильнуть к серому плечу скалы - с головой ныряя под того же цвета плащ. Сейчас бы разумнее отползти - хоть вон за те камни! Но почему-то туда вовсе не хочется... Значит - и не нужно. Кого именно стоит опасаться - змей или людей - проверять не будем.
Шаги за теми самыми камнями простучали мимо. Серые глыбы - на глаз выше ее роста. Но это еще не значит, что их нельзя обойти. И тогда - девять против десяти - Элгэ заметят.