Эрлен. Начало пути...

Глава 6

После разговора в душе остался небольшой осадок из-за того что пришлось укрыть часть правды от них. Я не хочу чтоб они ещё больше волновались за меня. Макс всё это время просто сидел рядом и молчал.

Спасибо тебе за всё . Я очень признателен тебе .

Да не за что. - сказал Макс и нежно обнял меня

Не знаю почему но мне с тобой очень спокойно - ответил я прижимаясь сильнее к его так манящему телу

Мне тоже. Прошу будь со мной ты мне очень нравишься- сказал Макс приподнимая моё лицо за подбородок и нежно прикоснулся к моим губам и в нерешительности отстранился ожидая от меня реакцию

Я не против быть с тобой рядом , но только если мы будем равны во всём. Ты мне тоже очень нравишься , но у меня до сих пор не было не с кем отношений и я волнуюсь немного.

Не волнуйся мой хороший . Всё будет хорошо — ответил он и впился в мои губы обжигающим поцелуем.

От неожиданности и напора с которым он принялся исследовать мои губы я слегка приоткрыл рот чем он незамедлительно воспользовался, начав с упоением исследовать открывшиеся просторы. Сначала слегка пососал верхнюю губу потом начал методично посасывать нижнюю, потом проник во влажность моего рта и начал упоительный танец языков. Пока он целовал меня одна его рука крепко прижимала к его разгорячённому телу , а другая удерживала за затылок и слегка массировала его.

   От этого всего стало так сладко что я невольно застонал в его губы от чего Макс слегка вздрогнул и усилил свой напор. Его руки казалось были везде попутно освобождая меня от всего лишнего и раздеваясь самому . Я обнял Макса за шею, притягивая его к себе поближе и запуская пятерню ему в волосы. М-м-м-м, как шелк. От моих нехитрых действий Макс так застонал, не разрывая поцелуя, что меня как током ударило! Возбуждение пронеслось огненной волной по позвоночнику, скапливаясь внизу живота. Кожа по всему телу начала гореть. Любое новое прикосновение заставляло меня тихонько постанывать от удовольствия. Когда рука его переместилась на внутреннюю сторону бедра, я нетерпеливо заерзал. Как-то уже чего-то большего хочется…

Его губы скользнули на мочку моего уха, а язык прошелся по самому его краешку. Меня в очередной раз тряхнуло, и я застонал уже гораздо громче, обвивая ногами талию мужчины и начиная активно под ним ерзать. Однако он не торопился что-то предпринимать, продолжая методично покрывать поцелуями мою шею, ключицы, грудь. На сосках он задержался надолго. У меня от возбуждения уже цветные круги перед глазами плавали, и я стонал, не останавливаясь. Если так дальше пойдет, чувствую что я кончу, так ничего и не дождавшись.

Первым делом я попытался выбраться из-под Макса. Номер не прошел, от моих трепыханий тот только больше завелся и в итоге чувствительно прикусил мой сосок. Это оказалось настолько неожиданно приятно, что я громко вскрикнул. Макс приподнялся надо мной и заглянул в глаза. У него на лице было такое выражение полного блаженства, что мне было бы смешно, если бы не было так невтерпеж.

— Хватит! — прохрипел я. Воздуха катастрофически не хватало.

В глазах Макса появился просто океан непонимания.

— Если ты сейчас же ничего не сделаешь…

Дальше я ничего сказать не успел, Макс заткнул мне рот очередным поцелуем, а его рука оказалась у меня между ног. Пальцы прошлись по всей длине члена, от головки до яичек и скользнули дальше. Я невольно замер, чувствуя, как в меня проникает один из них. Ощущения были странные, но на фоне моего общего возбуждения даже какие-то волнующие и добавляющие происходящему приятности. Расслабившись, я застонал, поощряя дальнейшие действия замершего было Макса . Тот, не будь дурак, все понял и, прикусив мое ухо, продолжил. Я же просто терялся от переизбытка нахлынувшего удовольствия.

Когда я уже совсем ничего не соображал, все вдруг прекратилось. Разлепив плотно зажмуренные глаза, с недоумением сфокусировал взгляд на Максе. Он замер, приподнявшись на руках, и внимательно меня разглядывал. Только я, было, собрался возмутиться, как он одним плавным движением вошел в меня.

   Не сдержавшись, я закричал. Не то чтобы это было больно, скорее уж слишком приятно, обжигающе. Никогда не думал, что такое возможно.

Все дальнейшие мои ощущения свелись к непередаваемому чувству заполненности, мощных толчков во мне и горячих рук, которые казалось, были везде. А потом мир взорвался ослепительной вспышкой удовольствия, огненной волной разлившейся по всему телу. Не помню, по-моему, я опять закричал, вцепившись ногтями в задницу выгнувшегося и запрокинувшего голову Макса.

В себя я пришел полулежащим на этом не сносном парне который так не заметно ворвался в мою душу. Он обнимал меня одной рукой, а пальцы второй неторопливо скользили по моей ладони, покоящейся у него на груди. Я слегка завозился, устраиваясь поудобнее. Боль, прострелившая поясницу, заставила зашипеть. Рука парня тут же переместилась туда, и я почувствовал, как его ладони начали поглаживать тело от чего мне стало становиться приятнее . Всё тело начала заполнять новая волна возбуждения от которого боль утихла, а затем и совсем прошла.

Я тут же обвил его шею руками и потянулся за поцелуем. Макс выпендриваться не стал и сразу выполнил мое желание. Когда воздух стал заканчиваться, он оставил в покое мои губы и переместился на шею. Пока он выцеловывал мою шею я просто таял и плавился. А когда Макс опустился ниже и занялся моими сосками, м-м-м я чуть было не взвыл. Я даже сам не заметил как начал стонать от его действий и ласк.

Только когда я почувствовал его руки, которые кружили в опасной близости от моего ануса, до меня дошло чего этот тип добивается. Ну уж нет. Я дернулся, и каким-то образом перевернул его на спину, от чего он сначала непонимающе посмотрел на меня, в его глазах была бездна похоти и желания, а потом до него дошло и пришлось смириться с неизбежным.

Вот тут-то я и стал отрываться по полной. Полностью копируя его действия, я начал с шеи, следя за реакцией парня, ему нравилось, так как он даже выгибаться начал от удовольствия. А когда я переместился на соски... Он просто взвыл. Продолжая играться с горошинами, я их то прикусывал легонько, то зализывал, извиняясь за причиненную боль. А мои руки в это время гладили, ласкали такое красивое тело. Закончив терзать соски, которые успели немного припухнуть, я стал опускаться ниже, проводя языком по каждому сантиметру его такого желанного тела.

   Выцеловывая, вылизывая, я двигался к сосредоточию удовольствия, от чего теперь уже он извивался подо мной и стонал.

Добравшись до его члена, я сначала лизнул головку, как бы пробуя на вкус, вкус мне понравился и я провел языком от основания до головки. И эта ласка понравилась Максу. Достав из под подушки тюбик, он протянул его мне. Я, открутив крышку, зачерпнул немного вязкой субстанции пальцами, растер и продолжил ласкать член парня, попутно пытаясь ввести в него один палец. Получилось. Внутри было очень узко и жарко. Поводив по мягким, нежным стенкам, я попытался добавить второй палец, отвлекая Макса от дискомфорта и боли. И вот, продолжая посасывать член, я ввел второй палец, а за ним третий.

- Достаточно - на выдохе произнес парень, - давай уже...

Отстранившись от члена, я, смазав себя, попытался медленно войти в подготовленное тело. А войдя до конца, остановился, дав ему привыкнуть ко мне. И только когда он немного дернулся, побуждая меня к действию, я стал сперва медленно, а потом все убыстряя темп, двигаться. И если сначала парень кривился от боли, то в какой-то момент все изменилось и его подкинуло на кровати от удовольствия. Глубокие, властные толчки, откуда что взялось, истекающий смазкой член, пульсирующий внутри. Наше дыхание учащалось. Раздавались хриплые стоны и крики. Чувствуя скорый финал, я стал надрачивать член Максима и только когда парень излился себе на живот, я последовал за ним. А затем - поцелуи, частое, отрывистое дыхание, объятия.

Уснули мы на одной кровати, обнявшись и прижавшись друг к другу. Проснувшись утром, никак не мог сообразить от чего мне так уютно, так хорошо. В теле ощущалась приятная истома и расслабленность. А под головой была необычайно теплая, приятно пахнущая подушка, только немного жестковатая. Попытавшись перевернуться и устроиться поудобнее, я понял, что это невозможно, так как меня обнимали чьи-то руки, даже во сне вцепившиеся мертвой хваткой.