Страница 58 из 82
- Приношу свои извинения за бесцеремонность, но другого случая может не представиться. Мое имя Ританиэль. Я восхищен твоей красотой и естественностью. Не будь ты человеком, а я эльфом, я приложил бы все силы, чтобы сделать тебя счастливой. Вот это тебе на память о нашей мимолетной встрече.
И эльф снял с дощечки и с поклоном протянул девушке лист пергамента.
На нем углем нарисовано изображение эльфийки. Нет, только уши острые, а лицо, лицо было Насти. Но сразу Вандерер ее не узнал. И не только из-за эльфийских ушей. Настина короткая прическа претерпела на рисунке кардинальное изменение. С одной стороны волосы приподняты, открывая острое изящное ушко, складываясь в ассиметричную, но красивую прическу. Тело девушки, также изящно присевшее на краешек стула, обтягивало длинное тонкое платье с разрезом, оканчивавшимся чуть ниже пояса. Радикально черный цвет платья оттенялся белизной внутренней отделки высокого стоячего воротника. Рукава пониже локтя расширялись и были косо срезаны. Подол тоже чуть короче спереди, чем сзади. Платье очень шло нарисованной девушке. Но главное, что притягивало взгляд, это лицо. Художник умудрился абсолютно точно передать его черты, показав ту внутреннюю боль, которая сопутствовала ей последние дни, и в то же время душевную твердость вместе с трепетной нежностью. Каким-то чудом он проявил, отразив в портрете, частичку души девушки.
Оба долго пораженно рассматривали портрет. Когда опомнились, высокая фигура эльфа уже лавировала между прохожими вдалеке.
- Мне никто никогда... не дарил... моих портретов. - Смущенно пробормотала девушка.
- А еще, могу спорить, никто и никогда тебя не рисовал. И не делал таких утонченных комплиментов.
Настя зарделась и окончательно смутилась.
- А еще, если верно то, что говорят об эльфах, они способны как никто оценить красоту.
Вандереру доставляло удовольствие смотреть на смущавшуюся девушку. Может быть, впервые гадкого утенка назвали прекрасным лебедем. Однако он решил не перегибать палку и прийти Насте на помощь.
- А почему эльф так категорически признал невозможность, эээ дружбы между человеческой женщиной и эльфом?
- Как, ты и этого не знаешь? Темнота. Между тремя расами невозможны половые отношения из-за полной несовместимости устройства их тел. Понятно? - Даже слишком агрессивно пояснила девушка.
Она аккуратно свернула рисунок трубочкой и решительно поднялась.
- Пошли в банк.
Вот и помогай девушкам после этого.
Пришлось опять пересекать базарную площадь. При выходе с нее был устроен высокий дощатый помост, и когда они поравнялись с ним, туда как раз поднялся глашатай. Протрубив в свой рог, он зачитал пергамент, держа его в руках. Если изъять всю витиеватость и прочие ненужные, по мнению Вандерера обороты, то смысл сводился к приглашению всех присутствовавших в городе Аватаров, а также знати и дворянства на прием и бал в королевский дворец. Прием должен состояться послезавтра.
- Вот бы хоть одним глазком посмотреть. - Мечтательно протянула девушка.
Вандерер вздохнул. Сам он не постеснялся бы заявиться во дворец и в той одежде, в которой ходил сейчас. Но девушку в таком виде на бал не поведешь. Да и не факт, что их в таких костюмах пропустят хотя бы во двор. А денег у него на обновы не было. Не разорять же Настю. Он и так у нее на шее сидит.
Банк находился в верхней части города в одном из шикарных особняков. Гномы его строили для себя, и выделялся он чисто гномьей архитектурой. Не то чтобы она настолько уж отличалась от прочей, но при взгляде на постройку сразу чувствовалась нечеловеческая рука. И некоторая напыщенность, как официального представительства, так как здесь же располагалось и посольство. Колоннады из огромных статуй гномов в броне и при оружии поддерживали многочисленные портики в виде горных пиков. Дверь банка, величиной и массивностью могущая поспорить с городскими воротами, должна бы была сдвигаться с места парой-тройкой волов. Однако легко поддалась человеческой руке. Внутри оформление напоминало скорее грот, стены которого сплошь покрывала искусная резьба, изображая то сцены битв, то еще какие-то исторические события народа гор. И все это сплошь по камню. Три колонны, также резные, поддерживали свод, сквозь хрустальный проем которого в помещение лился солнечный свет. Больше окон не наблюдалось. Вандерер проводил Настю по мраморному мозаичному полу к одному из нескольких арок-окошек, где уже знакомая процедура повторилась, но вместо билета девушка получила мешочек с деньгами. Заодно и выяснилось, что полковник сдержал слово, и стоимость проезда вернулась на счет. Вот только Вандерер не понял, как это возможно так быстро?
Когда ближе к вечеру ребята возвратились в гостиницу, их уже поджидал посыльный. Молодой эльф терпеливо цедил какой-то напиток за одним из столиков. Поднялись в занимаемую Настей комнату, где деньги и меч поменяли своих владельцев. На прощание эльф пожелал удачи и, скептически глянув на девушку и клинок в ее руках, откланялся.
После ужина Настя отправилась к себе, а Вандерер пошел присматривать место для завтрашней тренировки. Ему понравилась городская стена. Просторно и свежий ветерок продувает. И никакой вони. Надо было лишь определиться с путями подхода, чтобы лишний раз не конфликтовать со стражами правопорядка, могущими истолковать безобидное дело не в том ключе.
Поднявшись на стену, он бросил взгляд на город, вообразивший свои крыши позолоченными в последних лучах заходящего солнца. По другую сторону стены уже лежали глубокие вечерние тени. У зубцов стены, прямо напротив подъема, стоял Аватар, глядя на затягивающий пригород сумрак. Или на отступающий перед ним свет. Никогда не задумывались, есть ли разница в том, на что смотреть, на свет или на тени?
Когда Ван проходил мимо неподвижной фигуры, та повернула голову и произнесла:
- Привет, Вандерер.
Тот чуть не схватился за меч от неожиданности. Но вовремя спохватился. Всматриваясь в незнакомое лицо, ответил:
- Здравствуй и ты. Мы знакомы?
- Как сказать. Скорее да, чем нет. И в то же время, мы гораздо большие незнакомцы, чем те, кто впервые видит друг друга.
- Так кто же ты?
Странный собеседник опять повернул лицо в сторону редких еще огоньков пригорода.
- Странное дело, когда я смотрел на все это, гм, твоими глазами, красок было больше и виделось все ярче, детальней. А через этого перса вся графика обычна, детали смазаны.
Незнакомец повернулся к Вандереру, давая рассмотреть свое лицо. Ничем не примечательное, обычное, бесстрастное, как и у прочих Аватаров. Просто недавно воплотившийся еще один Аватар, не успевший или не посчитавший нужным сменить белое одеяние на другую одежду.
- Сейчас сравню еще раз.
Фигура неподвижно замерла, и почти сразу Вандерер ощутил почти забытое ощущение, пригашенное восприятие реальности, некую тревожность, или может быть немотивированную напряженность. Непроизвольно напрягаясь, готовясь к борьбе и лихорадочно творя заклинание, Вандерер не ожидал того, что произошло.
- Странно, - прошептали его губы, - судя по мессаджу на мониторе, я около трех минут, или около десяти по игровому времени, не могу управлять персом. Но зрительное восприятие не изменилось. Черт! Я ведь без микрофона и не набираю на клаве ничего. Откуда озвучка моих мыслей?!
Вандерер вдруг почувствовал нарастающую панику. И свою, и того - другого. И разом пропало нежеланное чувство непослушности тела. Ван потянулся к клинку за спиной. Но фигура стояла неодушевленным истуканом, не делая ни малейшего движения. И Вандерер заколебался - ну не рубить же беззащитное, и не оказывающее не то что сопротивления, но даже не угрожающее ничем тело. Да и чем это поможет?
Минут через десять пришлый Аватар шевельнулся и ничего не выражающие глаза впились в глаза Вандерера.
- С каждым разом становится все страшнее. Я уже пытался удалить тебя. Система выдает ошибку доступа. Впрочем, мы еще поговорим и об этом тоже. Сейчас я несколько выбит из колеи. Вот. - Незнакомец протянул сложенный лист бумаги. - Это реквизиты счета в банке. Не знаю, зачем я это делаю, но ты можешь им воспользоваться. Хотя, мне иногда начинает казаться, что при некотором желании ты и сам бы их "вспомнил". Пока.