Страница 27 из 82
- Не было. А ты откуда знаешь?
- Так ведь у меня мужиков за время вдовства сколько было. Я уж отличу, кто ни разу за сиську не держался. - Она протяжно вздохнула.
- Тебе, наверное, бабы все завидуют. Столько мужиков.
Вилена подняла голову и попыталась сквозь темноту всмотреться в глаза Вандереру. Потом опять опустилась щекой на его плечо.
- Чему же тут завидовать? Вдовья доля горькая. Я вот за своего не по любви вышла. Просто время пришло. А он видный был, надежный. Любил меня. И только когда его не стало, поняла, как это - когда есть мужчина в доме. Опора и защитник. Любовь ведь не главное. Тело ублажить и без нее можно. Главнее когда мужик всегда рядом. Хоть какой да свой. И постель поделить, и по жизни. Наши бабы это хорошо понимают. Потому и не завидуют. Жалеют даже. Ну, языками-то почешут, пообсуждают. Не без этого. Которые подруги поближе и поинтересуются - как там было. Хорош ли был в постели. Даже какой уд. - Прыснула в ладошку. - Некоторые и помечтают. Особенно если мужик по этому делу не очень. Только не завидуют.
- Тяжело, наверное, тебе живется?
- Поначалу тяжело было. На одну-то пенсию за мужа. А потом - ничего. На службу устроилась - поварихой в вашу кормильню. Огородик держу. Прожить-то и без него можно. Жалованье хорошее положили. Да ведь руки занять чем-то надо.
Дружок Вандерера успел отдохнуть и начал подавать признаки волнения. Вилена почувствовала это, и ее рука скользнула туда. Процесс значительно ускорился.
10
Вандерер проспал время своего обычного подъема. После бурно проведенной ночи это было и неудивительно. Вилены рядом не было. Вскочив, принялся одеваться. На шум заглянула хозяйка. Улыбнулась.
- Проснулся? Иди умывайся. Сейчас завтракать будем. Можешь на речку сбегать ополоснуться.
- А как же соседи?
Женщина весело рассмеялась:
- И откуда ты такой странный взялся? О моей репутации заботишься? Так я не мужняя жена. С кем легла - тот и муж. Хоть и временный. Беги давай. А то пахнуть за столом постелью будешь.
Вандерер в одних штанах выскочил за дверь и припустил к речке. Вернувшись и войдя во двор, удивленно остановился. На крылечке примостился мальчонка и, высунув кончик языка из уголка сжатого рта, видимо помогая себе этим в работе, пытался чинить леску из конского волоса. Вандерер узнал рыбачка, за которым как-то увлеченно наблюдал на речке.
- Привет. Помочь?
Мальчонка стрельнул глазом, предпринял еще одну попытку связать воедино расползавшуюся леску, вздохнул и молча протянул снасть Вандереру. Тот принялся более успешно укрощать строптивицу. Мальчонка понаблюдал за ним и неожиданно заговорил, пытаясь говорить "по-взрослому".
- А я тебя знаю. Это ты один девятерых Аватаров зарубил. Я видел. А еще ты каждое утро бегаешь до Сивковой косы и там мечом машешь как оглашенный.
- А тебе что по утрам, не спиться?
- Да я рано встаю. На зорьке клев хороший.
- И что, спать утром совсем не хочется?
- Не-а. Мамка говорит, что я ранняя птичка. А вот ты сегодня проспал. Ну да с мамкой еще никто не высыпался. Она жадная до этого, как дорвется. Только не часто ей перепадает. Переборливая больно. - В тоне мальчика послышалось как будто сожаление. Только непонятно из-за чего - то ли что "переборливая", то ли что не часто.
Снасть в руках Вандерера дрогнула, уши стала заливать краска. Он никак не ожидал, что у Вилены есть сын. И не мог привыкнуть к столь демократичным нравам этой земли. "Как будто я знал другую мораль". - Мелькнула мысль.
Малыш заметил смущение Вандерера. Хмыкнул.
- Да ты не боись. Я крепко сплю. Мне хоть над ухом кричи - все одно не проснусь.
На крыльце показалась Вилена.
- Эй, мужики, завтрак давно на столе. Марш есть.
Малец сорвался с места и, увернувшись от руки матери, которая хотела погладить его по головке, шмыгнул в дверь. Вандерер завязал наконец узелок и тоже вошел в дом.
За завтраком выяснилось, что сына Вилены зовут Никитой, и что он весь в отца. И лицом, и статью. И ростом вышел не по возрасту. Ему оказалось только шесть лет. На удивление и смышлен. Вот только погодков ему в поселке не нашлось. Все больше намного старше или совсем еще малые. Малыш быстро затолкал в рот свою порцию, сгреб в карман какие-то сласти и полетел к двери. На ходу из жующего рта послышалось:
- Ма, я на речку.
- Где хоть будешь сегодня?
- К Сивковой косе пойду. - Донеслось со двора.
- Чтобы к обеду дома был. - Повысила голос Вилена.
В ответ хлопнула калитка. Вилена вздохнула:
- Сорванец. Боюсь я за него. Так ведь и дома не удержишь. В клетке и птичка не поет. А что ж за мужчина вырастет, если в клетке. Правда, у нас здесь спокойно.
- А ты что не на службе? Из-за меня не пошла?
- Да у нас посменно. Сегодня после обеда пойду ужин готовить. На ваш кагал без передыху готовить - ноги протянешь. А ты опять мечом махать?
- Да. Спасибо тебе.
- Да не за что. Вроде оба не скучали. - Улыбка у Вилены вышла озорной.
Вандерер опять немножко смутился, но быстро нашелся:
- Да за завтрак.
Хозяйка махнула рукой:
- На здоровье. Заходи, коль соскучишься. Только, чур, без подарков. А то обижусь.
Расстались довольные друг другом.
Назавтра была баня и Вандерер смог уже спокойно попариться, не чувствуя томительного возбуждения в паху. Да и эстетическое удовольствие получил, рассматривая обнаженные тела местных красоток.
На следующее утро спозаранку он как обычно тренировался на своем излюбленном месте. Уже заканчивая тренировку, заметил подходившего по берегу Никиту. Пока Вандерер проделывал последние упражнения, тот успел закинуть свою нехитрую снасть. Аватар подошел и присел рядом:
- Здорова. Будет сегодня клев?
- Здорова. А как же. Я без улова еще не приходил.
- А где ты крючки берешь?
- Так мне дядька Игнат кует. За так. Он с папкой вместе на заставе служил. А теперь кузнецом у нас. Он хороший кузнец. Только у него крючки все равно не такие выходят как гномские. Дядька Игнат говорит, их кузнецы секретов много знают.
Мальчонка не отрывал глаз от поплавка. Но пока не клевало. Вандерер поднялся:
- Ну ладно. Не буду тебе рыбу распугивать. Удачи.
Но мальчонка не дал ему отойти далеко:
- Погодь. - Сам подошел к Вандереру. Засунул руки в карманы, поковырял голым пальцем ноги землю, шморгнул носом и наконец, заговорил снова. - Ты это вот что. Ты мамке понравился, я видел. Она давно такая веселая не была. И это не из-за плата, я свою мамку знаю. Так ты б, это - пожил пока у нас. А то, говорят, из-за воздержания разные женские болезни случаются. Да и она б, хоть на время, себя мужней почувствовала. Тебе ж все равно только неделя тут осталась. Потом разбежитесь навсегда. А?
Вандереру показалось, что последние слова были сказаны с какой-то затаенной надеждой. А еще у него чуть не навернулась слеза на глаза, из-за такой трогательной заботы этого малыша о своей матери. Он протянул Никите руку:
- Я попробую. Только примет ли мамка?
Никита перестал хмуриться, заулыбался:
- Вот ты у нее и спроси. Только не говори, что это я тебе подсказал. Гордая она у меня. - И убежал удить рыбу.
Вандерер покачал головой и в задумчивости побрел к Школе.
Тем же вечером он переговорил с Виленой. Та согласилась. Ночевал он уже у нее. Назавтра сходил к писарю и перевел свое довольствие на Вилену, рассудив, что лишний рот кормить Вилене с Никитой не с руки. А казенные харчи лишними не будут.
Распорядок дня остался прежним. Только завтрак, обед и ужин перенесся домой к Вилене. Да еще после ужина он оставался дома. Суетился по хозяйству, колол дрова, чинил крышу - да мало ли дел в хозяйстве, где нет мужчины в доме. Да еще старался пораньше освободиться, когда у хозяйки была первая смена и побыть вместе с ней и Никитой. Забота о чужих ему, в принципе, людях была для Вандерера внове, но не в тягость. И даже приносила какое-то удовлетворение.