Под тенью мира

Папа обнял меня и, прошептав поздравления, поцеловал в щёку.

- Поздравляю, солнышко!

Я поморщилась от укола его щетины (он всегда носил короткую бороду, которая очень шла ему) и посмотрела на отца.

Его карие глаза блестели от радости, а морщины на лице на мгновение разгладились, когда он улыбнулся. Отец указал мне на подбежавшую Амату.

Подруга стиснула меня в своих объятиях, и я вдруг поняла, что ужасно стесняюсь всего этого внимания. Подруга неловко поцеловала меня в щёку, и через секунду её сияющее от радости лицо возникло перед моим носом. Мне всегда, казалось, что она, Амата, была очень симпатичной девочкой. Особенно по сравнению со мной.

У Аматы была смуглая кожа, низко посаженые глаза травяного цвета, пухлые губы и красивые тёмные волосы, остриженные в рваное каре, как и у меня. Вот только я со своим бледным лицом и огромными глазами была просто кикиморой рядом с ней.

- С Днём Рождения, Кайли! Ну, что, классный праздник я тебе подготовила? - чуть ли не прыгая от радости, спросила Амата.

Я вымученно улыбнулась, ощущая усталость.

- Конечно! Спасибо, Амата... - как-то скупо ответила я.

Подруга тут же это заметила и с подозрением нахмурилась.

- Ну, ты же не догадалась об этом, правда? - спросила она, прищурив глаза и надув губки.

Я примирительно подняла руки с самым невинным выражением лица.

- Нет, что ты! Это просто потрясающий сюрприз!

Амата быстро кивнула, весьма довольная собой.

- Вот! Правда, старалась не только я. Твой папа мне очень помогал. И Джонас тоже...

"Как всегда. Больше я никому не нужна", - цинично мелькнуло у меня в голове, и я тут же укорила себя за это. Вообще-то мне стоило быть благодарной за то, что в моей жизни вообще были люди, которые меня любили.

- Ну, же, Кайли, угадай, что я тебе подарю! - донёсся голос Аматы до меня.

Я вздрогнула и быстро состроила задумчивый вид.

- Ммм...не знаю даже... - протянула я, и Амата снова самодовольно ухмыльнулась.

- Вот, держи - это четырнадцатый выпуск "Грогнак Варвар"! Там все страницы на месте. Представляешь, я его у моего папы в коробках нашла - классно, правда? Никогда бы не подумала, что он тоже когда-то читал комиксы.

Я очень обрадовалась и поблагодарила Амату. В конце концов, это было действительно классным подарком. Я любила читать комиксы, а так как у меня их было мало, то обычно я прочитывала одну страницу по несколько раз прежде, чем перейти к следующей. Повернув голову, я заметила, как Пол Хэннон-младший удаляется в направлении столика, где сидел Буч и его гадкий дружок Уолли Мак. Я тут же почувствовала знакомый липкий страх, нахлынувший на меня. Так было всегда, когда я видела этих задавак.

Мне было приятно, что Хэннон-младший решил поздравить меня. В конце концов, я любила компромиссы куда больше, чем конфликты.

Просто обычно, когда я воевала с мальчиками, моя самооценка падала ниже некуда, но так как Буч действительно придурок, как и его дружки, то они относились плохо не только ко мне. К Амате тоже. Я тщательно скрывала то, что меня это успокаивало.

Я отвела взгляд от созерцания недоброй компании, из-за мнения которых я всегда чувствовала себя ущербной, и увидела перед собой едва сдерживающего презрение Смотрителя. Он, как и все остальные, был одет в голубой комбинезон Убежища с несколькими желтыми полосками и большими цифрами 101 вышитыми во всю спину. Костюм был кожаным и блестящим. На левом плече был закреплен специальный механизм со шлангом. На талии металлический пояс, а на правой руке - стальной наруч. У взрослых на левой руке мигал квадратный зеленый портативного научного компьютера "Пип-Бой 3000".

Точно такой же компьютер был в руках у Смотрителя.

- С Днём Рождения, Кайли Смит, - сухо произнёс он. - Сегодня тебе исполнилось десять лет, а значит, теперь ты, как и все взрослые жители этого места, будешь трудиться на благо Убежища. А это...это твой подарок. Одень его и помни, что твоя задача - беречь этот портативный компьютер, чтобы он мог служить другим жителям Убежища после тебя.

Смотритель передал мне Пип-Бой, а я осторожно приняла его, коротко взглянув на почти бесперебойно работающую машину, и как можно вежливее улыбнулась отцу Аматы.