Страница 23 из 69
Её, видимо, это разозлило. Она нахмурилась и подняла глаза на меня. В них ясно отражалось усталое раздражение.
- Жизни нет, - чётко выговорила она и исчезла.
Я открыла рот, судорожно выдохнув. В этот момент лампы над головой часто замигали, затем свет совсем пропал, и я снова услышала страшное шипение твари из комнаты. Я закрыла руками уши и зажмурилась что было сил, а когда очнулась, увидела перед собой огромную стальную дверь Убежища 101.
Она была очень грязной, ржавой, перепачканной в крови. Вокруг было слишком темно, чтобы хорошо разглядеть что-либо вокруг, но я отчётливо видела надпись, выведенную белой краской на металлической поверхности двери.
"Ты теперь одна. Не ходи дальше..."
Я прерывисто вздохнула и приоткрыла глаза, просыпаясь.
Меня кто-то расталкивал, держа за плечи. Очнувшись, я почувствовала холод и дрожь после кошмара и, потерев глаза, увидела Амату. За эти несколько лет она, как я, сильно повзрослела. Амата трясла меня за плечи, пытаясь разбудить:
- Просыпайся скорее, Кайли! Ну же...
Я открыла глаза и медленно поднялась с кровати. Придя в себя, я внимательно посмотрела на подругу и заметила, что она была крайне взволнована. Да вид у неё был какой-то потрёпанный и запыхавшийся, словно она долго бежала. Её тёмные локоны выбились из причёски и теперь влажными от пота прядками обрамляли её узкое смуглое лицо, зелёные глаза горели беспокойством.
Несмотря на то, что глупо было сейчас вспоминать о сне, я была рада, что моя подруга оказалась жива. Оправляясь от остатков кошмара, я начала понимать, что происходит что-то нехорошее. Быстро скользнув взглядов по комнате, я заметила, что папы здесь не было. Что-то больно заскреблось у меня в груди, в желудок моментально скользнула глыба ледяного страха. Я перевела дыхание и резко схватила Амату за руки.
- Что случилось? - хрипло спросила я, не помня себя от волнения.
Амата явно обрадовалась, что я наконец-то пришла в себя. Я заметила, что моя подруга едва-едва сдерживает слёзы.
- Кайли, твой отец ушел из Убежища!
Я перестала дышать. Замерла, осознавая, что за секунду весь мир сжался в одну точку. Внутри всё оборвалось: ужас и страх смешались в удушающую смесь. Моё сердце забилось так сильно, словно билось оно в последний раз.
"Твой отец ушёл из Убежища".
Как это? Как это могло произойти? Из Убежища же никто и никогда не выходил! Он отправился за стены Убежища?! В ужас этого умершего мира?! ОДИН?!
Я попыталась вздохнуть, но мне стало так больно, что я чуть не закричала. Перед глазами всё мгновенно расплылось от слёз. Амата схватила меня за плечи. Я посмотрела на неё пустым взглядом. Она покусала губы, словно собираясь с силами, чтобы сообщить мне что-то ещё.
Она отвела взгляд, точно так же как и у меня во сне.
- Они убили Джонаса, - прошептала она наконец.
Её лицо исказилось в гримасе рыдания. Меня словно ударили в самое сердце, я отшатнулась, понимая, что эти ужасные слова просто раздирают меня на части.
- Боже...
Рыдание скрутило меня. Моё сердце! Как болело сердце! Я словно бы чувствовала пробитую в груди дыру, заполненную серой холодной пустотой.
Я закрыла лицо руками, и Амата обняла меня. Я едва обратила на это внимание. Голова готова была взорваться: всё разрушено. Джонаса больше нет, а папа ушел. Как же так? Теперь я осталась совсем одна.
"Ты осталась одна. Не ходи дальше..."
Я вспомнила надпись из сна на двери Убежища. Я отняла руки от лица и постаралась всеми силами взять в себя в руки. Дверь Убежища. Выхода нет. Если папа, ушел, тогда и я смогу уйти отсюда. Я смогу пойти за ним. Да, я выйду под небо и найду его.
Амата отстранилась от меня, всё ещё дрожа как осенний лист.
- Прости, что спрашиваю, Кайли, но у нас совсем нет времени, - сказала Амата. - Твой папа случайно не говорил тебе что-нибудь о своём уходе?