Страница 20 из 20
Прошел уверенно по холлу. Приблизился к окошечку, требовательно постучал. Окошечко открылось.
- Мне нужен главный врач! Срочно.
- Хорошо-хорошо,- Форточка захлопнулась, дежурная поспешно поднялась и куда-то пошла. Виктор стоял, навалившись на подставку и воинственно барабаня по ней пальцами. Потом отошел, принялся нервно ходить...
Вдруг открылась дверь, из нее выглянул здоровенный круглолицый парень, оглядел пустой холл и становил взгляд на Викторе.
- Ты, что-ли, к главному хочешь?
- Я!
Парень оглядел его с ног до головы, потом кивнул:
- Ну иди! - И раскрыл шире дверь.
Они прошли по коридору, мимо ряда красивых белых дверей с табличками и остановились возле двери с номером 10.
Парень шагнул к нему.
- Что в карманах?
Виктор вытащил руки.
- Ничего.
- Ну ладно.- Толкнул дверь и прошел первым. Виктор вошел за ним. Главный врач уже направлялся к нему.
- Рад вас видеть. Рад!- Протянул руку, на лице его играла улыбочка. Виктор спрятал руки за спину.
- Вы уже знаете?- как ни в чем не бывало спросил врач.
- О чем?
- Ну как?.. Эту вашу знакомую... ее выписали. Вчера. Так что все нормально!
Виктор мрачно посмотрел на него.
- Вы мне вот что скажите...
- Да-да?- отозвался с готовностью врач.
- Я был сейчас у нее...
- И что?
- Она такая... Что вы сделали с ней?!- вдруг закричал Виктор, подступая к врачу.
Сразу нарисовался рядом детина, встал сбоку.
- Все нормально,- успокоил его жестом врач. Прошел за стол и сел.
- Я требую у вас объяснений!- Виктор приблизился к столу, уперся в него руками.
- Мы с ней ничего не делали.- ответил спокойно врач.
- Как, ничего? Вы стерли ей память. Вы же обещали мне, обещали!
- Ну это вам показалось,- улыбнулся врач. Откинулся на спинку.- Память мы и не думали трогать.
Виктор напряженно смотрел в лицо главврача.
- Вы сделали всё за нас. Это вы излечили ее!- вдруг услышал он.
- Как? Что вы сказали?..
- Вы!- тыкал в него пальцем врач.- Вы стали её лекарством.- Врач уже не улыбался, он больше не был ни мягким ни обходительным. Глядел на Виктора режущим взглядом.
- Я не понимаю...- пролепетал Виктор.
Врач усмехнулся.
- М-да!- поднялся, подошел к телевизору, тихо стоящему в углу, нажал зеленую кнопку.- Пожалуйста,- показал на экран.
Виктор вдруг увидел себя: он стоял у черной доски и говорил уверенно, резко, рассекая воздух ладонью:
... мне было отвратительно думать, что я окажусь замешан в такой грязной истории. Но в конце концов я сделал то, что должен был. Ведь это я сообщил в инспекцию нравов об этой женщине.
- Вы?
- Когда я понял, что все мои усилия ни к чему не приведут, то позвонил в инспекцию и все рассказал, не называя своего имени, естественно.
- Так это были вы?
- Да! Эта женщина была мне противна. Противно все с нею связанное!..
- Достаточно. - Врач протянул руку и выключил телевизор. Стало очень тихо.
- Вы показали ей это?- проговорил Виктор.
- Да,- ответил врач.- И не один раз. Мы продублировали наиболее сильные места из вашей речи, и она слушала их вчера здесь пока... пока...- Он замялся, пощелкал пальцами в воздухе.- Пока ей не надоело. Нам пришлось, конечно, ее немножко зафиксировать, но ей это было очень полезно. Чрезвычайно! Эффект превзошел все наши ожидания. Как говорили древние: самое полезное лекарство - самое горькое.
Виктор весь согнулся, словно многокилометровый атмосферный столб придавил его своей тяжестью.
- Но как же... - Он опустился на стул.
Врач развел руками, потом взял со стола какую-то бумажку и стал внимательно изучать.
- Как же?- Виктор вскочил.- Зачем вы ей показали?
- А почему мы не могли ей показать? Я, кажется, этого вам не обещал. К тому же, вы ведь были искренни. Не правда ли?
Не помня себя, Виктор бросился вперед, сбил по дороге стул, перегнувшись через широкий неподъемный стол, схватил человека в халате за воротник... Лицо его перекосилось, он замахал на Виктора руками. В ту же секунду сзади Виктора метнулась тень, страшная боль ослепила его, по рукам и ногам пронесся жгучий электрический разряд, и он повалился на пол, теряя сознание...
Вечером следующего дня он выходил из ворот больницы. Все тело нестерпимо болело, ломило кости... В голове стоял горячий туман. Он не чувствовал холодного ветра, не замечал снега, косо летящего навстречу. Домой. Ему сказали идти домой, и он пошел. Он идет домой. Идет домой. Идет... Ноги сами несут куда-то... Его толкают прохожие, что-то с шумом проносится рядом...
Потом он словно очнулся. Он стоит перед какой-то дверью, и все плывет и качается на длинной волне. То поднимется, то уходит вниз, в глубину. Он пытается что-то вспомнить... Поднимает руку, ищет звонок... Долго жмет на кнопку, и как сквозь толстый слой ваты слышит далекий звук...
Дверь давно уже раскрылась, а он все давит и давит на кнопку, налегая всем телом, будто это составляет главную его задачу...
Мирослава стояла на пороге и смотрела на него. Над головой ее заливался электрический звонок, все пел свою пронзительную песню. Наконец, она взяла его руку и отняла от звонка. Виктор стоял, упершись плечом в стену. Голова его поднималась и сразу безвольно падала на грудь, губы силились сказать что-то, но он только двигал челюстями и ничего не говорил. Лицо Мирославы дрожало перед ним, он видел это лицо, и не видел. Все мутилось, все погружалось и всплывало в омуте беспамятства... Голова его в очередной раз упала на грудь, он качнулся взад и взмахнул рукой, хватаясь за воздух.
- Вот...
Тогда Мирослава шагнула к нему, обняла крепко одной рукой и, осторожно ступая, удерживая его от падения, повела в квартиру, в теплую и светлую прихожую. Они одновременно переступили через порог, и дверь за ними закрылась...