Страница 33 из 58
<p>
– И в чем связь этих семей? – задумчиво спросила Варвара.</p>
<p>
– Понятия не имею, – ответил Зубов, откусив от большого куска вкусной пиццы.</p>
<p>
Она отпила кофе. Общаться с ним ей было все так же легко, но уже как-то неловко.</p>
<p>
– Надо съездить в архив и взять всю информацию по этим двум семьям, – решительно и тоскливо сказала Варвара. Ей ужасно надоели тексты за сегодня. Столько она не читала со времен написания дипломной работы.</p>
<p>
Он зевнул.</p>
<p>
– Дим, ну, я тоже не хочу сидеть сутками и копаться в чьем-то "грязном белье". Но нам нужно все выяснить! Тебе самому-то это что, не интересно?</p>
<p>
Он глубоко вздохнул. Интересно-то было, но не на столько.</p>
<p>
– Варь, я в библиотеках и архивах побывал за два дня больше, чем за пять лет! – обиженно проговорил Дмитрий,</p>
<p>
– Сам согласился помогать своему следователю. Сам виноват, – проговорила Варвара.</p>
<p>
Он громко выдохнул. Он всю ночь не спал, думал, кто для него Варвара. Какое место она занимает в его жизни? Но так и не смог ничего понять.</p>
<p>
– Ладно, умеешь ты убеждать, – буркнул Дмитрий.</p>
<p>
– Вот, и отлично! Сейчас поедем в архив и составим генеалогические древа Туровых и Ровневых.</p>
<p>
Они встали, Дмитрий заплатил по счету и они, сев в машину Дмитрия, поехали в архив. Это был тот самый архив, где Владимир Поляков сегодня изучал биографию Анжелики-Варвары. Между ними было большое напряжение. Они просто молчали, боясь сказать что-то не то.</p>
<p>
Они вошли в здание, Зубов попросил у архивиста нужные данные, тот быстро все им принес и они, сев за большой стол, стали все изучать. Уже в середине XIX века они нашли то, что искали – связь. В 1861-м году Евгений Туров женился на Марии Ровневой. Мария была бездомной, а Евгений помещиком. В 1853-м году он забрал всю семью Ровневых в качестве крепостных крестьян, а в 1861-м, когда появилась некая иллюзия свободы крестьян, он, чтобы не потерять Марию, женился на ней. Все родственники Евгения были против, ну, это и понятно! За него хотели выйти замуж большинство дочерей крупных помещиков, а он женился на нищенке. Но он никого не слышал. Вот она, связь! Эти семьи стали одной. Значит, их убийца потомок этих Евгения и Марии. Дальше они усиленно искали потомков, и нашли двоих человек: Фаину Сомову и Кирилла Турова.</p>
<p>
– Ну, Дима, звони своему следователю, – не успела она это договорить, как телефон у Дмитрия зазвонил. Звонил Поляков. – Вспомни …, тут и оно.</p>
<p>
Он встал и, выйдя из архива, ответил на звонок.</p>
<p>
– Ало, Володь, мы тут нашли кое-что любопытное…</p>
<p>
– Потом, – прервал следователь друга. – Отправь ко мне в участок свою подругу, Варвару.</p>
<p>
– Зачем? – не понял Дмитрий.</p>
<p>
– Ничего не спрашивай! Просто сделай! – нервно приказал Владимир и положил трубку.</p>
<p>
Дмитрий медленно, ничего не понимая, вошел обратно в архив, сел за тот же стол рядом с Варварой.</p>
<p>
– Когда едем? – спросила Варвара, повесив на плече сумку.</p>
<p>
– Мы не едем, – отстраненно проговорил Зубов.</p>
<p>
– Почему?</p>
<p>
– Ты едешь одна.</p>
<p>
Его фраза прозвучала как приговор. Она все мигом поняла. Этот следователь вчерашний, Резнецкий, ее все же узнал и вспомнил, кто она. Сердце застучало очень громко. Лицо моментально начало гореть. Было страшно. Отказаться? А смысл? Лучше она сама пойдет и выяснит все, чем он заявится к ней домой. Если придет она сама, то всегда сможет встать и уйти.</p>
<p>
– Хорошо, – ошарашенно пробормотала Варвара и медленным шагом вышла из здания архива.</p>
<p>
Она поймала машину и поехала в полицейский участок. Она всю дорогу пыталась продумать, понять, заранее построить в голове предстоящий диалог. Но в голове творился такой бардак, что не о чем думать спокойно она не могла.</p>
* * *
<p>
</p>
<p>
Она открыла дверь его кабинета дрожащей рукой. С руки упало пальто, которое она сняла на входе. Она быстро присела, подняла пальто и стряхнула с него пыль. За своим столом сидел Владимир Поляков, а за соседним сидел Арсений Резнецкий. </p>
<p>
– Здравствуйте, – робко выговорила она, с трудом сдерживая дрожь в голосе.</p>
<p>
– Здрасте, Варвара Дмитриевна, – промычал Поляков. – Или, Анжелика Дмитриевна?</p>
<p>
Сердце резко заболело. Лицо загорелось. Руки, как и все тело, начали трястись. От страха и волнений она потеряла дар речи.</p>
<p>
– Скажите, Анжелика Дмитриевна, зачем вам все это? – поинтересовался Резнецкий.</p>
<p>
Она не могла ничего сказать. Думать ни о чем она тоже не могла. Могла только стоять и ждать, что будет дальше.</p>