Страница 3 из 13
========== Глава 3 ==========
Шёл второй месяц лета. Здесь лето отличалось своей беспощадной жарой, пылью и палящим солнцем. Всё это Каю приходилось стоически переносить. Он старался абстрагироваться от удручающей действительности, лёжа в очередной раз между раскалённых на солнце камней и смотря через бинокль на движения противника. Практически всё это время он работал с группой Варфоломея. Сам он входил в руководство по планированию полной зачистки боевиков в долине Зандар. Но находиться в штабе он не привык, поэтому регулярно ездил с ребятами на выезды, чтобы видеть, что происходит в действительности и, исходя из этого, планировать дальнейшие действия.Ему нравилось работать в команде Варфоломея, сейчас все обиды и прежние разногласия стали неважны в их жизни. Даже Фрол и тот вёл себя как истинный профессионал, убрав все личные моменты в их взаимоотношениях. Вот уже сутки они лежали в скалах, смотря на перемещение противника и выжидая начала движения в сторону гор. Там их ждала засада из другой группы. Главным было не спугнуть бандитов и не вызвать у них подозрения, тогда план сработает. Все уже извелись долгим ожиданием, хотя никто не ныл и не говорил об этом. Но ждать, наверное, - это самое тяжёлое, тем более ждать в таких условиях, когда сверху - палящее солнце, а под тобой - мелкая пыль, которую ты вдыхаешь даже через ткань платка, закрывающего пол лица.Кай аккуратно отполз с позиции и вернулся к их БТРам, укрытым в углублении пещеры.– На, попей, – Фрол протянул Каю флягу с водой, – что, пока тихо?– Да, всё тихо, – Кай жадно отпил.– Ничего, мы терпеливые, – постарался всех приободрить Варфоломей, – мы своего дождёмся, – затем посмотрел на Кая, – посиди здесь. Сколько можно на камнях жариться? Там Торпедо сейчас дежурит, если что - сообщит.Кай устало опустился в тени у колес БТРа, прижавшись к нему спиной, и закрыл глаза, которые от яркого солнца и постоянного напряжения уставали и болели.Но долго отдыхать не удалось, зашипела рация, это был Торпедо, он сообщил, что видит движение.Кай пополз обратно на точку за скалой, из-за которой была видна долина. Действительно, группа боевиков двинулась в сторону тропы, где их ждала засада.Варфоломей сообщил ребятам в засаде, чтоб ждали гостей, а они сами, дождавшись, когда боевики скроются из вида и подождав ещё десять минут, сели в БТРы и поехали отрезать им путь к отступлению. Бой был недолгим, место для засады было выбрано удачно, отвесные скалы в ущелье не давали шансов боевикам уйти в горы. Выйдя на ожидающую их группу, они открыли огонь и начали отступать, но сзади появились БТРы Варфоломея, и ловушка захлопнулась. После недолгой перестрелки оставшиеся боевики побросали оружие.Решив вопросы с захваченными пленными, группа Варфоломея выдвинулась в лагерь, где они временно обитали с начала операции в долине Зандар. Лагерь был быстро возведён в предгорье и укрыт от посторонних глаз скалами. Кругом были пыль, горы и чахлые деревца. Между всем этим стояли походные палатки, военная техника, полевая кухня – вот и все удобства военной жизни.По пути от БТРа к палатке с целью плюхнуться на койку Кая перехватил лейтенант и сказал, что его ждут в штабе.Штабом считалась большая палатка, раскинутая в центре лагеря. В ней, как всегда, было оживленно, там был и Варфоломей, который отчитывался о сегодняшней операции. Поэтому Кай удивился, зачем он здесь нужен, но майор задержал его и показал на скамейку, где пришлось высиживать ещё полчаса, дожидаясь, пока майор закончит с разбором их сегодняшнего боя.– Кай, сообщение из штаба пришло. К тебе троих лейтенантов прислали, теперь ты с ними работаешь.– Зачем? Я с командой Варфоломея работаю, – Кай не любил менять тех, с кем сработался.– Варфоломей и его ребята сейчас другой участок под себя возьмут, а тебе этих дали, - видя готовность Кая вступить в спор, майор строго сказал, – приказы не обсуждать. Они в пятой палатке. Свободен. Шагом марш!Кай «отдал честь» и вышел, понимая, что, в целом, ему это тоже безразлично. Он лишь выполняет приказы и всё, это не его война, он здесь не из-за своего выбора.Поискав глазами номера на палатках, он побрел к пятой. Подходя к ней, услышал голоса.– Ну вот, не повезло нам, под командованием какого-то козла теперь работать будем.Кай зашёл внутрь и увидел, что этот красочный монолог изрекает Иван. В углу на койке сидел Алексей, а Мефодий пытался ножом открыть банку с тушёнкой.– Кай! – закричали они все разом и, побросав всё, бросились к нему.– Так… стоять по стойке смирно! – серьёзно скомандовал он, – это вы под моим командованием работать будете, – затем посмотрел на Ивана, – а за козла ответишь.Ребята, поняв его шутливый тон, набросились на него и чуть не задушили в своих объятиях.Потом, усадив за стол, стали расспрашивать, как он сам, параллельно рассказывая, где всё это время служили. В процессе разговора они накрыли на стол, сбегав до полевой кухни, также достав всё, что привезли с собой.– Теперь ты у нас будешь регулярно питаться, – накладывая Каю гречку с тушенкой в тарелку, заявил Мефодий, – мы это Тоями пообещали. Кстати, как он?– Он в Японии, его туда на военную базу отправили на время служить, но это и к лучшему.– Это точно. Волнуешься за него?Кай смущенно опустил глаза.– Волнуешься, я же вижу. Звонит?– Звонит. Давай сменим тему?– Ну ладно, давай. А я думал, что тебе приятно о нём поговорить, – Мефодий толкнул его в бок, подмигнув, – ну всё, не дуйся, командир. Теперь вместе работать будем.Странно, но приезд этих ребят сильно скрасил все тяготы жизни Кая. Наверное, из-за того, что у него не было друзей, - Варфоломей и его ребята не считались, они были намного старше его и между ними была дружба как бы боевая, а между практически своими ровесниками, - Кай был ненамного младше их, - у него сложились действительно дружеские отношения. Может, их ещё и сплотил общей секрет, но Кай не беспокоился, что они знают о нём такое. В них он не сомневался.Он переехал к ним в палатку. Это было несложно, просто перекинуть рюкзак с минимумом вещей из одной палатки в другую. Ребята трогательно о нём заботились, при этом на людях соблюдая субординацию. Но наиболее активно их забота выражалась в его регулярном кормлении, на этой почве они порою ссорились, хотя это было незлобно и всё потом оборачивалось в шутку.***Разработав очередную операцию в штабе, Кай выдвинулся с ребятами на свой участок для её исполнения. Им нужно было заминировать и взорвать мост через горную речку, чтобы боевики не смогли отступить и попали в кольцо. Как раз у Варфоломея и его команды и была задача встретить их огнём, когда те, увидав, что мост взорван, будут возвращаться на свою базу. Скоординировав между собой действия, все выдвинулись по своим точкам.Кай с Иваном лежали между камней и ждали возвращения Мефодия с Алексеем, которые ушли осмотреть местность. Вскоре они вернулись. Всё было спокойно. Распределив между собой взрывчатку, ребята выдвинулись к мосту. Кай остался на месте, держа в поле видимости всю местность, чтобы при малейшей опасности предупредить группу. Всё прошло успешно, взрывчатку заложили, теперь осталось ждать приближения боевиков. Взрывать мост заранее было нельзя, это привело бы к полному провалу всей операции.Наконец рация зашумела, разведка передала, что моджахеды приближаются. Кай закурил сигарету, прячась за камнями, Мефодий забрал у него её из руки и, пару раз затянувшись, затушил.– Всё будет нормально, – смотря на напряжённое лицо Кая, сказал он, – тебя что-то беспокоит?– Да. Разведку в предгорье так и не отправили, хотя я говорил в штабе об этом…– А почему не отправили?– Сказали, что там всё спокойно. Ты же знаешь, им там виднее.– Прорвёмся, – только и ответил Мефодий, скрываясь в ночи.Кай тоже пополз к своему месту, откуда он должен был активировать взрыватель. Его действительно беспокоила ситуация, что развёртка была произведена не тщательно, лишь частично, но он к этому уже привык, привык, что в штабе делали так, как считали нужным, и его мнение не бралось в расчёт. Конечно, его слушали, но не всегда, считая слишком молодым, чтобы советовать им - бывалым воякам, и считали блатным, вроде он здесь на особом счету. Только на каком особом, Кай так и не мог понять.Боевики приближались, их уже было видно в бинокль, и тогда Кай понял, что что-то не так. Внутри всё похолодело – их было намного больше, чем должно было быть. Значит, всё-таки к ним пришло подкрепление с предгорья, как и предполагал Кай. А ещё он знал, что из того места, где была их засада, им не удастся уйти. Если бы бандитов было мало, то после взрывов они бы отступили обратно, но их много, слишком много, и, значит, они пойдут искать тех, кто по логике вещей взорвал этот мост, и неглубокая речка их не остановит. Технику остановит, но они были на лошадях. И это должна была сообщить им заранее разведка. Но разведки в предгорье не было, поэтому не было и этой информации.Кай дополз до Мефодия.– Ну, что там видно? – с того места, где был Мефодий, ему не было видно приближение духов.– Их мало, как и должно быть. Бери ребят и уходите, я взорву мост и сразу пойду к вам.– Ну вот, а ты боялся, что их будет много. Видишь, всё нормально. Давай я взорву, а ты иди.- Нет. Я командир, это моя обязанность. Мефодий, сейчас некогда спорить, – Кай придал голосу беззаботные нотки, – забирай ребят и уходи. Мы здесь всё уже сделали, осталась малость.– Хорошо, командир, как скажешь.Мефодий по рации сообщил ребятам, чтобы они шли к оставленной на дороге машине. До неё ещё нужно было добраться по горной тропинке. Он не стал больше пререкаться с Каем и растворился в темноте. Кай вернулся к детонатору. Он знал, что после взрыва, когда боевики рванут в их сторону, по этой тропинке уже не уйти, она будет полностью простреливаться. Только сейчас, пока всё тихо, у ребят есть время скрыться за холмом и добраться до машины.Кай не видел смысла всем здесь оставаться. Он привык всё брать на себя. Сейчас он был рад, что они ушли, и, когда Мефодий сообщил, что ждёт его в машине, от сердца у него отлегло.Боевики приближались. В нужный момент он нажал на кнопку, и прогремели взрывы. Мост упал в реку вместе с находившимися на нём боевиками, но это их только разозлило. Они моментально поняли, где могут находиться те, кто подорвал мост, и направили коней в сторону Кая.– Мефодий, как слышишь? Прием.– Слышу тебя, командир, ты уже идешь к нам?– Их очень много. Это подкрепление из предгорья, они на лошадях. Заводи машину и уезжай. Это приказ. Ты понял меня?– А ты?– Я их задержу. Ты понял мой приказ?– Да, командир.Кай выключил рацию и открыл огонь из автомата по приближающимся к нему боевикам. Они стали стрелять в ответ. Он перемещался, закрываемый камнями, постоянно меняя точку нахождения.Духи, приблизившись к нему на расстояние полёта брошенной гранаты, кинули несколько в его направлении. Последовали взрывы. Кай почувствовал хлопок совсем рядом, на него посыпались комья земли и камней, и он провалился в темноту.*** Очнулся от неприятного чувства – пульсации крови в голове. Постепенно сознание вернулось к нему, и он понял, что лежит поперек седла на лошади с мешком на голове и связанными сзади руками. Лошадь шла шагом, вокруг слышались голоса на местном наречии. Из всего этого он сделал радостный вывод, что после взрыва гранаты остался жив, и ему даже ничего не оторвало, видно, только оглушило ударной волной, а неутешительный вывод был таков, что его захватили в плен.Ехать на лошади в таком положении было мучительной пыткой. Время тянулось бесконечно долго, лошадь шла шагом, дорога была каменистая, и он чувствовал животом каждую её неровность. Наконец из разговора духов, который он прекрасно понимал, он услышал, что они приехали. Его стащили с седла и повели. Затем толкнули. Он упал на пол. С него сняли мешок, затем он услышал скрежет замка.Полежав немного на полу и придя в себя, Кай приподнялся, насколько это было возможно со связанными сзади руками, а затем отполз к стене, так было удобнее сидеть, прислоняясь к ней спиной. Он осмотрелся. Видно, это было в мирное время здание полиции: коридор, с двух сторон двери-решетки в достаточно просторные камеры-распределители. Сейчас всё пришло в запустение: обшарпанные стены, валяющиеся кирпичи, скорей всего от взрывов часть потолка рушилась и падала на пол, но в целом стены были целы, а решётки надежны. Было понятно, что отсюда не сбежать. Он просто сидел и ждал. В коридоре послышались голоса и шум шагов. В камеру напротив за такую же дверь-решётку втолкнули двоих и закрыли её за ними. Затем охранники ушли. Кай поднял глаза, и у него перехватило дыхание.Напротив, за решёткой, стоял Тоями, а рядом с ним - Коджи.Тоями оглядывался вокруг и, наконец перевел, взгляд на того, кто на него смотрел. Он не сразу узнал Кая – тот был в запылённой форме, с грязным лицом и волосами, падающими на глаза. Но, когда он узнал его, Тоями побледнел.– Кай, – вырвалось у него непроизвольно.– Не называй меня по имени, они, скорее всего, не догадываются, кто я, – он это предположил по тому, что с него ещё не спустили шкуру, так как за убийство Мустафы на него велась охота, да и то, что он был один из руководителей операции в долине Зандар, не давало ему шансов остаться живым, – и не нужно чтобы они знали, что мы знакомы. Так у нас больше шансов выжить.Вернее, у них, - они поняли, что не договорил Кай.– Здравствуй, – неслышно прошептал Коджи, контролируя взглядом коридор и подойдя в плотную к решетке.В отличие от Кая, у них не были связаны руки.– Как ты здесь оказался? – прошептал Тоями.– Я-то понятно, работа у меня такая. А как ты здесь оказался? Ты же в Японии был.– Я два дня назад прилетел и через неделю должен был опять возвращаться. Но вот видишь, как глупо мы попались…– Да, такое всегда случается по-глупому, – Кай поудобнее сел, чувствуя, как невыносимо болят руки, – думаю, они сейчас с вашим руководством свяжутся и вас на что-нибудь ценное обменяют. Вы им не нужны. Главное, чтобы они не поняли, что мы знакомы, а то и вам конец…– Я без тебя отсюда не уйду, – чувствовалось, что Тоями держался из последних сил, чтобы не завыть от осознания всего ужаса происходящего.– Очень умный поступок – подохнуть вдвоём. Коджи, хоть ты его вразуми.Коджи положил руку на плечо Тоями и сжал его, затем посмотрел на Кая:– Они тебе даже рук не развязали. Больно?– Да, очень. Терпеть не могу, когда руки связывают.– Там мост взорвали,.. – Коджи пристально его разглядывал, – этот ты? Значит, ты…Повисла пауза. Тоями не в силах сейчас был говорить, он лишь смотрел на него.– Телефон запомни и, когда вас отпустят, позвони. Тоями, слышишь, это номер Мефодия. Я теперь с ним работаю. Ты ему скажи, где я, а он что-нибудь придумает.– Если ты с ними работаешь, почему ты здесь, а они - там? – Тоями сжал прутья решётки своей камеры.– А ты хотел бы, чтобы мы здесь все вместе сидели?– Прикрывал их? – догадался Коджи.Кай не стал отвечать. Послышались шаги в коридоре. Кай замолчал, понимая, что не успел продиктовать номер. К камере Кая подошла группа бандитов. Открыв его дверь, зашли внутрь. Двое грубо подняли его с пола и держали с двух сторон под руки. Опять в коридоре раздались шаги. В его камеру зашли ещё трое. Кай догадался, что это главный и его помощники. Один из них заговорил на английском. Это подтвердило вывод, что они не знали, кто он.Вопросы, которые они задавали ему через переводчика, были стандартные: как зовут, где служишь, какова численность русских около долины Зандар, какая техника, количество боеприпасов, план по нападению на них…На всё это Кай молчал. Тогда его начали бить. Сначала били в живот, пока двое держали, потом, когда он повис на их руках, отпустили, и он упал на пол, там его пинали несколько человек. Затем, разрезав веревки на его руках и видя, что он уже не двигается, все ушли.– Кай, – сквозь шум в ушах донеслось до его сознания.Он лежал на боку, сгруппировавшись, потом постарался вытянуться и медленно перевернулся на спину, с его губ сорвался стон. Всё тело болело от ударов, дышать было тяжело. Затем он прошептал.– Номер запоминай, – и назвал цифры.Всё это время Тоями с Коджи стояли и смотрели на происходящее. Коджи обеспокоено поглядывал на Тоями, но в то же время он знал, что самурай никогда не допустит слабости. Поэтому они с отстранённо-безразличными лицами наблюдали за допросом и избиением Кая. Только когда все вышли, по глазам Тоями Коджи увидел, насколько ему сейчас плохо. Они стояли и ждали, смотря на лежащего на полу камеры Кая. Через какое-то время Кай повернул голову и столкнулся с глазами Тоями.– Так как вы попались? – прошептал он, – Опять развлекаться ездили? – этот вывод Кай сделал по их дорогим костюмам.– Ревнуешь? – Тоями придал голосу шутливый тон.– Нет, рад за тебя.– А мне было бы приятней, если бы ревновал… – Как Япония? – Кай намеренно пропустил этот ответ.– Тебе папа и мама привет передают. Постоянно спрашивают о тебе. В гости ждут.– Я часто вспоминаю тот сад… сакуру и снег, – Кай закашлял, на губах у него выступила кровавая слюна.– Осенью там тоже красиво. Клёны цветут. Я покажу тебе Японию осенью. – Уезжай поскорей отсюда…– Волнуешься за меня?– Да…Коджи лишь стоял и смотрел на их двоих, сдерживая подступающий к горлу ком.В коридоре опять послышались шаги. Кай видел, как отперли дверь камеры, где были Коджи и Тоями, затем им надели на руки наручники и повели по коридору на выход. Они успели обменяться взглядами с Тоями, затем Кай закрыл глаза, стараясь представить сакуру и снег. Он не волновался за них, боевики не трогали японцев, это им было политически невыгодно. Они всегда их обменивали на вооружение для себя, а то, что за Коджи и Тоями дадут хорошие откупные, было понятно по их документам, которые, скорее всего, при них были, и боевики знали, что за таких важных персон всегда заплатят.Он так и лежал на полу, старался не двигаться, тогда тело не так болело, да и силы сохранялись. Видно, все были заняты выгодным обменом элитных пленных и пока его не трогали, но он понимал, что это ненадолго.***Ночью он проснулся от тихого шороха, затем раздался скрежет замка, а потом теплая ладонь закрыла ему рот.– Это я, – услышал он у уха шёпот Мефодия, – идти можешь?– Да.Кай поднялся с его помощью, и они быстро двинулись по коридору. На пути им попался мёртвый охранник. На улицы невдалеке слышалась национальная музыка, горели костры и пахло жареным мясом. Видно, сделка по обмену японцев прошла удачно, и бандиты это отмечали, тем самым дав Каю отсрочку до утра.Мефодий потащил его в тень домов, обняв за талию и придерживая. Вскоре ему на помощь пришёл Иван. Ещё несколько трупов бандитов Кай увидел по дороге к скалам. Ребята работали чётко и грамотно. Вскоре дома закончились, это был небольшой городок, полуразрушенный войной, с пустыми домами, что способствовало их незаметному продвижению. Они стали уходить по тропинке в гористую местность. Потом их догнал Алексей, который сообщил, что всё тихо, их уход пока не засекли. За большим камнем стоял их армейский УАЗик, они, быстро запрыгнув в него, не включая фар поехали по дороге.– Это Тоями сообщил обо мне?– Да, он. Он сам хотел идти тебя освобождать, но ему нельзя, а то политическую ситуацию обострит, едва уговорили остаться, – следя за дорогой, Мефодий быстро посмотрел на Кая, – ты как?– Да всё нормально.– Знаешь, если ещё раз так с нами поступишь – я тебя сам пристрелю.– Не злись. Глупо было всем попадаться.– Нельзя так делать. Мы, вроде, вместе работаем.– Нет, Мефодий, я твой командир и сам принимаю решения.– Ну, ну, – неопределенно ответил Мефодий, а затем Кай увидел, что к ним из-за скалы выехал большой джип, странно ему знакомый, – Выходи! – услышал он его голос.Мефодий остановил их машину и, обойдя ее, вытащил Кая на дорогу. Из джипа к ним приближался Тоями.– Что всё это значит? – Кай пытался вырваться из рук Мефодия.– А вот это решение мы за тебя приняли, – Мефодий толкнул Кая, который моментально оказался в объятиях Тоями, – забирай его, – уже Тоями сказал Мефодий, возвращаясь в УАЗик, – мы решили, что Тоями тебя полечит. Ты, командир, не переживай, перед начальством мы тебя прикроем. У тебя есть несколько дней на выздоровление, – договорил он и нажал на газ.Всё это Кай уже слышал вдогонку, так как Тоями быстро повёл его к двери своего джипа и затолкал на заднее сиденье. За рулём сидел Коджи, который подмигнул ему и стал набирать скорость. Тоями, помня о его побоях, очень аккуратно его обнял и провёл рукой по его лицу.Кай хотел возмущаться, говорить, ругаться на Мефодия и вообще выйти и ехать в свой лагерь, но эти объятия… он почувствовал это тепло и всё, что он так мужественно переносил всё это время, накрыло его. Он положил голову ему на плечо. Тоями почувствовал, что Кая начало трясти. Он прижал его к себе и очень нежно гладил по голове, чуть прикасаясь к его кудрям, пропитанным пылью этой земли…